Kass2010

Глава 26. Где принимается важное решение

Added 2025-10-17 20:08:10 +0000 UTC

Рассвет над замком Принцев окрасил древние башни в золотистые и алые тона. Октавиус Принц стоял у высокого окна своего кабинета, наблюдая, как первые лучи солнца пробивались сквозь утренний туман. Сегодня он должен был выполнить обещание, данное внуку — разобраться с Альбусом Дамблдором раз и навсегда.

— Домми, — позвал он домашнего эльфа.

— Слушаю, милорд, — тут же появился эльф, низко кланяясь.

— Подготовь костюм для официального выхода. Полный комплект. И достань родовые регалии из сейфа.

— Сию минуту, милорд!

Октавиус медленно повернулся к стене, где висел портрет Максимуса Принца, основателя рода.

— Предок, — обратился он к портрету, — думаю, что ты слышал с кем и очем я буду сегодня беседовать. Я уже примерно знаю, что буду говорить, но, возможно, мне не помешалбы совет, как лучше поставить на место зарвавшегося директора школы.

Портрет оживился.

— Ты , ragazzo, и сам непромах, — заговорил со своим обычным итальянским акцентом. — Помни главное правило нашего рода: никогда не раскрывай всех карт сразу. Дамблдор — хитрый политик, но он переоценивает свое влияние. Просто напомни ему о границах его полномочий. Никаких угроз, — побольше гордости аристократа, в меру холодного презрения, максимум непреклонности. Он должен понять, что мы непростой род, и связываться с Принцами не стоит.

— Мудро.

— И еще, ragazzo. Насколько я наслышан, этот дамблдор привык считать себя самым умным. Покажи ему, что есть силы, которые он недооценивает. Но делай это pulito e bello. Мы — Принцы, а не грубияны.

Домми вернулся с парадной темно-синей мантией с серебряными застежками, украшенной гербом рода Принц. К ней прилагалась массивная старинная серебряная цепь лорда. Перстень лорда Октавиус носил постоянно.

Облачившись в официальное одеяние, Октавиус, который и так всегда выглядел как истинный представитель древней аристократии, стал еще более величественным, неприступным и внушающим почтение. Серебряные нити в мантии переливались в утреннем свете, а родовые регалии подчеркивали статус.

Октавиус не стал пользоваться камином внука, а аппарировал к воротам Хогвартса. Сегодня важно произвести впечатление. Никаких каминов, только главный вход в замок.

Вворота Хогвартса открылись. Студенты, гулявшие по территории в субботнее утро, замерли, вступившего на территорию замка аристократа, на мантии которого красовался герб рода Принц — серебряная роза на синем поле.

Маглорожденные ученики, прежде не встречавшие лорда во всех его реганлиях в парадном одеянии, даже открыли рты от удивления. Таких магов они никогда не видели.

— Смотрите, — прошептала одна из хаффлпаффок второго курса, — это же настоящтй лорд!

— Интересно, кто это? — отозвался рэйвенкловец, вглядываясь в герб.

Высокий волшебник степенно шел ко входу в замок, излучая такое достоинство и власть, что присутствующие невольно расступались.

Октавиус Принц медленно оглядел собравшихся учеников, и многие почувствовали, что находятся в присутствии истинного аристократа. Его взгляд был спокоен, но властен, а осанка — безупречна.

— Лорд Принц! — раздался голос профессора Макгонагалл, которая спешила из замка. — Добро пожаловать в Хогвартс.

— Профессор Макгонагалл, — учтиво кивнул Октавиус. — Я хотел бы встретиться с директором школы.

— Конечно, милорд. Директор Дамблдор в своем кабинете. Позвольте проводить вас.

Они прошли через толпу учеников, застывших в удивлении и восхищении, к главному входу. За ними потянулся шлейф шепотков.

— Это дедушка Аурелиуса? — спросил кто-то из гриффиндорцев.

— Да, лорд Октавиус Принц, — ответил знающий студент-слизеринец с гордостью в голосе. — Глава одного из древнейших родов Британии.

Минерва провела лорда через коридоры замка. Другие преподаватели, встречавшие их по пути, почтительно кланялись, чувствуя исходящую от Октавиуса ауру власти.

У входа в кабинет директора Макгонагалл остановилась:

— Я доложу о вашем прибытии, милорд.

— Благодарю.

Через минуту дверь открылась, и на пороге появился сам Альбус Дамблдор в своих обычных ярких одеяниях, резко контрастировавших с элегантной строгостью облачения лорда.

— Лорд Принц! — приветливо воскликнул директор. — Какая неожиданная честь! Проходите, пожалуйста.

Октавиус молча кивнул и прошел в кабинет. Дамблдор закрыл дверь и повернулся к гостю с привычной добродушной улыбкой.

— Садитесь, прошу вас. Может быть, чаю? Или что-то покрепче?

— Благодарю, не стоит, — холодно ответил Октавиус, оставаясь стоять. — Я пришел по делу, Альбус.

Тон лорда заставил директора насторожиться. Обычно даже самые влиятельные волшебники проявляли к нему больше теплоты.

— Слушаю вас, лорд Октавиус.

— Мне стало известно о ваших... попытках воздействия на моего наследника, — произнес Октавиус ровным, но холодным голосом. — О визитах вашего лесника, о приглашении некоего Люпина для бесед с мальчиком.

Дамблдор моргнул, но сохранил спокойствие:

— Я лишь хотел, чтобы мальчик узнал больше о своих настоящих родителях...

— Остановитесь, — резко прервал его Октавиус, и в его голосе прозвучала сталь. — Меня не интересуют ваши мотивы. Аурелиус — наследник рода Принц. Его воспитание, образование и будущее — исключительно семейное дело.

Директор попытался возразить:

— Но, лорд Принц, вы должны понимать...

— Я не должен ничего понимать, кроме одного, — голос лорда стал еще холоднее. — Вы — директор школы. Ваши полномочия распространяются исключительно на организацию образовательного процесса в стенах Хогвартса. Все остальное — не ваше дело.

Дамблдор попытался улыбнуться, но улыбка получилась натянутой:

— Возможно, мои действия показались вам неуместными, но я руководствовался лишь заботой о мальчике...

— Ваша забота не требуется, — отрезал Октавиус. — У Аурелиуса есть семья. Любящая, заботливая семья, которая прекрасно справляется со своими обязанностями. Никто не давал вам права вмешиваться в наши дела.

— Но Гарри... то есть, Аурелиус... — начал Дамблдор.

— Его имя — Аурелиус Принц-Поттер, — отчеканил лорд. — И я настаиваю, чтобы вы обращались к нему именно так. Он не сирота, которого можно лепить что вам угодно по своему усмотрению. Он наследник древнего рода с богатой историей и традициями.

Дамблдор почувствовал, что ему никак не удается взять ситуацию под контроль. Обычно его авторитет и дипломатические навыки помогали находить общий язык даже с самыми влиятельными волшебниками. Но лорд Принц был крепким орешком.

— Лорд Октавиус, я понимаю ваши чувства, но...

— Нет, — Октавиус сделал шаг вперед, и Дамблдор невольно отступил. — Вы не понимаете. Вы привыкли к тому, что все склоняются перед вашим авторитетом, что ваше слово — закон. Но есть силы в этом мире, могущественнее ваших связей и серьезнее ваших амбиций.

В кабинете директора стало труднее дышать. Явно сгущалась магия. Портреты предыдущих директоров притихли, чувствуя грозовую атмосферу.

— Род Принц существует сотни лет, — продолжил Октавиус. — Мы видели взлёты и падения королевств и династий; служили королям и свергали тиранов. Наш род имеет связи и влияние, о которых вы можете только догадываться и мечтать. И я не позволю какому-то директору школы, пусть даже знаменитому, вмешиваться в дела рода.

Дамблдор понял, что недооценивал Принцев. Октавиус явно не блефовал. За ним стояла реальная сила.

— Что вы хотите от меня? — тихо спросил директор.

— Очень просто, — ответил Октавиус. — Никаких попыток воздействия на Аурелиуса. Никаких приглашений к себе помимо вопросов, касающихся учебного процесса. А если таковые возникнут, вызывать его только вместе с деканом факультета. Никаких визитов сомнительных личностей из прошлого, никаких попыток оказать влияние на мировоззрение наследника и его планы на будущее.

— И если я не соглашусь?

Октавиус усмехнулся — холодно и неприятно:

— Тогда вы узнаете, что значит противостоять роду, который имеет друзей и связи не только в Министерстве и Визенгамоте, но и в международном сообществе. Поверьте, Альбус, ваших заслуг будет недостаточно, чтобы защитить вас от серьезных неприятностей.

Дамблдор тяжело вздохнул. Он понимал, что проиграл этот раунд.

— Хорошо, лорд Принц. Я согласен на ваши условия.

— Мудрое решение, — кивнул лорд. — И помните — я узнаю, если вы предпримите малейшую попытку нарушить наши договоренности. И тогда наша следующая встреча будет происходить в совершенно иной обстановке.

С этими словами Октавиус развернулся и направился к двери. У выхода он обернулся:

— Ах да, Альбус. Аурелиус — исключительно талантливый мальчик. Было бы прискорбно, если бы его академические успехи пострадали из-за каких-то недоразумений между нами.

После этих слов дверь за лордом Принц закрылась, оставив Дамблдора наедине с горькими размышлениями о пределах собственного влияния.

***

Октавиус поспешил вернуться, так как у него была назначена важная встреча в Принц-касл. Должен был прибыть важный гость.

В точно назначенное время из языков изумрудного пламени камина в главном зале, с присущей ему элегантностью, вышел лорд Люциус Малфой.

Октавиус лично встречал гостя. Это, а еще официальные одежды лордов, подчеркивали важность визита.

— Люциус, — тепло приветствовал Октавиус, протягивая руку. — Благодарю, что нашел время для этой встречи.

— Октавиус, — ответил рукопожатием Малфой, — когда дело касается будущего детей, время всегда найдется.

Они обменялись формальными приветствиями, соблюдая древние ритуалы встречи равных по статусу лордов.

— Пройдем в мой кабинет, — предложил Октавиус. — Там мы сможем спокойно и обстоятельно поговорить.

Кабинет лорда Принца представлял собой воплощение аристократической роскоши и древних традиций. Темное дерево стен украшали портреты предков. У камина стояли два кресла обитые кожей дракона.

— Прекрасная коллекция, — заметил Люциус, рассматривая полки с редкими книгами. — Вижу несколько томов, которые считались утерянными.

— Наш род всегда ценил знания, — ответил Октавиус, наливая гостю виски из хрусталевого графина. — Но сегодня мы собрались обсудить не прошлое, а будущее.

Люциус принял стакан и устроился в кресле:

— Да, ситуация с Дамблдором становится... сложной. Я следил последние недели за его действиями по письмам Драко и рассказам Северуса. Попытки воздействия на Аурелиуса становятся всё более настойчивыми.

— Сегодня утром я нанес ему визит, — сообщил Октавиус. — Поставил на место довольно решительно. Думаю, он понял серьезность моих намерений.

— Это хорошо, но недостаточно, — покачал головой Люциус. — Альбус Дамблдор — не тот человек, который легко сдается. Он найдет другие способы достичь своих целей. Более тонкие, менее заметные.

— Есть другие предложения?

Люциус отпил виски, обдумывая слова:

— Открытый конфликт с Дамблдором сейчас невыгоден ни нам, ни ему. У него слишком много сторонников в Министерстве, а репутация героя войны еще крепка. Если мы развяжем политическую войну, последствия могут быть непредсказуемыми.

— Согласен. Продолжай.

— Северус рассказал мне о предполагаемой роли Аури в будущем. И я предлагаю стратегию скрытого развития, — Люциус наклонился вперед. — Дамблдор ждет от нас эмоциональных реакций, громких заявлений, политических демаршей. Вместо этого мы просто пока займемся подготовкой Аурелиуса.

Октавиус внимательно слушал:

— Объясни подробнее.

— Мальчик еще слишком молод, чтобы понимать всю сложность политической игры. Но он достаточно взрослый для того, чтобы получать образование, соответствующее его будущему положению. Дополнительные занятия, углубленное изучение магических дисциплин, основы политики и дипломатии... Мы органицуем что-то вроде специального курса элитного образования для талантливых детей.

— Создадим ширму?

— Именно. Мы включим в программу, Драко, а потом и других наследников. Это объяснит совместные занятия и не вызовет подозрений. К тому же, — Люциус улыбнулся, — мой сын вполне может стать правой рукой будущего лидера. Их дружба и особая ментальная связь — стратегически важный фактор.

Октавиус задумчиво кивнул:

— Разумно. Но кто будет заниматься с мальчиками? Нужны преподаватели, которым можно доверять.

— У нас есть союзники в Хогвартсе, — напомнил Люциус. — Кроме Северуса, есть те, кто понимает, что Дамблдор заходит слишком далеко в своих амбициях.

— Макгонагалл?

— Минерва — честная волшебница. Если ей правильно объяснить ситуацию, она может стать ценным союзником. То же касается Помоны Спраут и Филиуса Флитвика. Они преподаватели, а не политики. Их главная забота — благополучие учеников.

Октавиус встал и подошел к окну:

— Нужно будет открыть им часть правды.

— Да. О королевском происхождении Аурелиуса, о пророчестве, о его потенциальной роли в будущем магической Британии. Под магическую клятву, разумеется.

— Рискованно, — заметил Октавиус.

— Но необходимо. Мы не сможем подготовить мальчика в одиночку. Нам нужна команда преданных людей, которые понимают масштаб задачи.

Люциус поднялся и подошел к камину:

— Подумай, Октавиус. Дамблдор хотел бы превратить Аури в марионетку, которой бы он управлял в своих играх. Мы же можем подготовить его к роли настоящего лидера. Лидера, который поведет магическую Британию к процветанию, а не к очередной войне.

— Когда начнём?

— Немедленно. Каждый день промедления — это упущенная возможность. Мальчик должен изучать не только заклинания, но и историю, политику, риторику, основы дипломатии. Он должен понимать ответственность власти и цену решений.

Октавиус вернулся к креслу:

— А что с самим Аури? Когда мы откроем ему то, что ждет его в будущем?

— Не раньше, чем ему исполнится пятнадцать, — решительно ответил Люциус. — Пока он должен просто учиться и развиваться. Правду он узнает только тогда, когда будет готов.

— Мудро. Слишком тяжелое бремя для одиннадцатилетнего ребенка.

— Именно. А пока он должен оставаться обычным мальчиком, который просто получает хорошее образование. Это защитит его от Дамблдора и позволит нормально развиваться.

Октавиус протянул руку:

— Согласен, Люциус. Начнем реализацию плана.

Они обменялись рукопожатием, скрепляя соглашение между древними родами.

***

Вскоре в Принц-касл прибыл Северус.

— Люциус, Октавиус, полагаю, наша встреча связана с особой проблемой?

— Именно так, Северус, — ответил Октавиус. — Мы выработали план действий, и твоя роль в нем ключевая.

Люциус изложил основные пункты стратегии. Северус внимательно слушал, время от времени задавая уточняющие вопросы.

— Логично, — заключил он. — Но для реализации нам понадобятся союзники среди преподавательского состава. Люди, которым можно доверять.

— Мы думали о Макгонагалл, Спраут и Флитвике. — сказал Октавиус.

— Я уверен, что мы можем подключить еще Септиму Вектор, профессора арифмантики и Бадшеду Баблинг, профессора Древних рун. Они обе с начала года присматривают за Аури и будут рады заняться его подготовкой, — сообщил Северус. — Но с ними придется поделиться информацией.

— Под магическую клятву, — кивнул Октавиус.

***

Вечером того же дня Северус пригласил к себе "на чай" Макгонагалл. Она появилась в его покоях точно в назначенное время.

— Что-то случилось? — осторожно уточнила она.

— Минерва, — начал Северус, — мне нужно серьезно поговорить с тобой о будущем Аурелиуса.

— Я слушаю.

— Но сначала, прости, но мне придется взять с тебя магическую клятву о неразглашении.

Макгонагалл насторожилась:

— Это настолько серьезно?

— Более чем. Речь идет о судьбе магической Британии.

После небольшого колебания Минерва согласилась дать клятву. Северус произнес формулу, и золотистые нити магии соединили их руки.

— Теперь, Минерва, скажу то, что сильно тебя удивит: Аурелиус Принц-Поттер не просто наследник древнего рода. Он — последний прямой потомок правителей магической Британии.

— Что... что ты имеешь в виду? — побледнела Макгонагалл.

— Аурелиус по крови имеет право на престол Магической Британии. Престол, который был упразднен столетия назад, но может быть восстановлен.

— Ноо...

— Более того, существует пророчество. Оно звучит так: "В самые тёмные дни явится сын двух отцов. Он станет Светочем для всех. Под его властью магическая Британия обретет мир, благоденствие и величие".

— И Аури...

— Да, он сын двух отцов. Все указывает на то, что пророчество об Аурелиусе.

Минерва тяжело опустилась в кресло:

— А Дамблдор знает?

— Об этом нет. Но он знает иное, ложное пророчество, и именно поэтому пытается подчинить мальчика своему влиянию. Альбус видит в Аурелиусе инструмент для достижения собственных политических целей.

— А зачем ты мне все это рассказал?

— Я хочу подготовить мальчика к его истинному предназначению. Дать ему лучшие образование и навыки, необходимые для будущего. Но делать это тайно, прямо здесь, в Хогвартсе, под видом обычных дополнительных занятий.

Макгонагалл долго молчала, обдумывая услышанное. Наконец она подняла голову:

— Если это правда... Если Аурелиус действительно может стать тем лидером, в котором нуждается наш мир, то я готова помочь.

— Прекрасно, — кивнул Северус. — Но нам понадобятся и другие союзники.

В течение следующих двух дней аналогичные разговоры состоялись с остальными. Профессора, выслушав объяснения и дав магические клятвы, все соглашались присоединиться к тайному союзу. Только один Аури не подозревал, что его ждёт.

***

В понедельник вечером после ужина Северус пригласил Аурелиуса и Драко в свой кабинет. Мальчики пришли, несколько озадаченные неожиданным вызовом.

— Садитесь, — предложил Северус, указывая на кресла перед своим столом. — Мне нужно поговорить с вами.

— Мы что-то натворили, отец? — с легкой тревогой спросил Аурелиус.

— Напротив, — улыбнулся Северус. — Речь идет о ваших возможностях и будущем.

Он встал и прошелся по кабинету:

— Вы оба демонстрируете исключительные способности в учебе. Ваши результаты значительно превышают средний уровень первокурсников. И я, совместно с некоторыми коллегами, решил предложить вам программу углубленного обучения.

Глаза мальчиков загорелись:

— Дополнительные занятия? — уточнил Драко.

— Не просто дополнительные, а элитная программа образования, — объяснил Северус. — Курсы, которые не изучают первокурсники. И даже то, что вообще не преподают в Хогвартсе.

— Это звучит потрясающе! — воскликнул Аурелиус. — А кто будет нас учить?

— Профессора Хогвартса.

— А почему именно мы? — уточнил Драко.

— Потому что вы показали, что готовы для продвинутого уровня обучения, — ответил Северус.

Аурелиус и Драко возможность такого обучения их определенно привлекала.

— Но это же не займет все наше свободное время? — поинтересовался Малфой.

— Дополнительные полтора часа в день не помешают вашим обычным урокам и домашним заданиям?

— Нет, отец. Мы справимся, — уверенно ответил Аурелиус.

— Отлично. Тогда начинаем уже завтра. Первое занятие с профессором Макгонагалл.

Мальчики покинули кабинет в приподнятом настроении. Они воспринимали это предложение как признание их способностей.

Северус остался в кабинете, погруженный в размышления. Первый шаг был сделан. Теперь предстояла долгая и кропотливая работа по подготовке Аурелиуса к его будущей роли.