Kass2010

Глава — 29 —

Added 2025-10-02 22:43:13 +0000 UTC

Утро следующего дня началось с моросящего дождя, который превратил прибрежные тропы в скользкие глиняные ленты. Гарри проснулся и машинально нащупал на груди под футболкой довольно тяжелый серебряный кулон. Воспоминания о вчерашней встрече с Люциусом согрели его лучше любого заклинания.

— Сегодня углубимся в пещеры, — сказал Виктор, изучая карту за завтраком. — Осмотр ближних от входа ничего не дал интересного.

Гермиона кивнула, обновляя над ними купол, защищавших их от дождя и ветра:

— Надеюсь, там будет посуше. И потеплее.

Они почти дошли да входа в пещеры, когда Крам внезапно остановился, глядя на Поттера с каким-то странным выражением.

— Гарри, — сказал он медленно, — а можно мне на время твою мантию-невидимку?

— Зачем? — настороженно спросил он.

— Я хочу идти с вами незамеченным. Вдруг будет опасно? А незамеченная сила всегда пригодится.

Звучало разумно, но что-то в тоне Виктора заставило Гарри вспомнить слова Люциуса о том, что не стоит так уж безоговорочно во всем доверять болгарину: "Род Крам — очень непростой".

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответил Гарри. — Мантия — семейная реликвия. Поттеры не дают ею пользоваться другим.

Это не было совсем правдой, но и ложью не было. Дамблдор утверждал, что Джеймс отдал ему мантию «для исследования». То есть, не для того, чтобы покойный директор ею пользовался, но, никто не мог знать, что на самом деле делал с ней Дамблдор.

Лицо Виктора на мгновение потемнело, но он быстро взял себя в руки:

— Да, конечно, понимаю, родовой артефакт и все такое. Тогда просто пойдем все вместе.

Гермиона обернулась, уловив напряжение между молодыми магами.

— В чем дело? Поспорили о чем-то?

— Ни в чем, — слишком быстро ответил Виктор. — Не стоит останавливаться до входа в пещеры.

Углубившись дальше вглубь скалы, искатели убедились, что и дальние пещеры были явно рукотворными. На стенах то тут, то там встречались знаки и символы разных эпох.

— Эти свежие, — заметил Гарри, указывая на участок одной из стен. — Им не больше пары десятков лет.

— Возможно, что это Регулус, оставил подсказки, — прошептала Гермиона. — Он, как мне кажется, понимал, что не выживет: либо погибнет, добывая крестражи, что с ним и произошло, либо, Воландеморт мог узнать о предательства и его убить. Судя по его записям, он надеялся, что спрятанные им крестражи заберет Сириус, и, хорошо зная своего брата, оставил ему знаки.

Пока девушка все этого говорила, разглядывая символы, температура начала резко падать. Стало видимым дыхание, и в воздухе повисла та особая тишина, которая предшествует появлению мертвых.

Первым появился призрак римского воина в потрепанных доспехах, с разбитым шлемом и мечом в руке. Следом материализовался и старик друид: высокий и худой, с развевающимися седыми волосами. Его окровавленная белая рубаха была разорвана, а босые ноги не касались земли. Призраки двигались абсолютно беззвучно, зависнув около пришельцев. Они их явно заинтересовали.

Римлянин оглядел Гарри, Гермиону и Виктора, а, затем, указал им мечом вглубь прохода. Друид же, решительно встал на пути туда, разведя руки в защитном жесте.

— Мы должны идти туда? — шепотом спросила у воина Гермиона.

Римлянин кивнул, указал сначала мечом на символы Регулуса, затем на себя, потом снова вглубь прохода. Друид же яростно замотал головой, всем своим видом давая понять, что туда хода нет.

— Кажется, солдат хочет нам помочь, — неуверенно сказал Виктор. — А друид против.

— Или римлянин все еще пытается украсть сокровища друидов, — возразила Гермиона, — а старик защищает свой клад.

Гарри внимательно посмотрел на призраков. В поведении римлянина было что-то... более человеческое. Усталость, раскаяние. А вот друид казался фанатично непреклонным. Да и чаша, спрятанная здесь Регулусом, не принадлежала друиду.

— Пойдем по пути, на который указывает солдат, — решил он.

Римлянин, казалось, облегченно кивнул и двинулся вперед. Друид с яростным беззвучным воплем попытался преградить им путь, но та же сила, что связывала его с солдатом, удержала его.

Проход привел их в просторную пещеру с высоким сводчатым потолком. Посередине зияла круглая дыра, уходящая вниз в непроглядную тьму. Единственный способ пересечь зал — узкий карниз вдоль стены.

— Прекрасно, — пробормотал Гарри. — Никто не захватил метлу? Самое надежное, как мне кажется, перелететь на другую сторону.

Римлянин настойчиво приглашал пройти на карниз, указывая на него и кивая: мол, путь безопасен. Но когда Гарри сделал первый шаг, камень под ногой зловеще дрогнул.

— Осторожно! — крикнула Гермиона, когда мелкие камни с карниза посыпались вниз, едва Поттер попытался встать на него.

Виктор скастовал заклинание обнаружения слабых мест:

— Детектор темпес!

Многие камни подсветились зелёным светом. Они не были надежно закреплены и могли обрушиться.

Призрак римлянина развел руки — он не мог им физически помочь. Но тут он указал на противоположную стену, и Гарри увидел карниз и там. Он был шире и выглядел более надежным.

— Но как туда добраться? — задумчиво произнес Поттер.

Виктор нахмурился,прикинув расстояние:

— Слишком далеко для прыжка.

— Я знаю! — Гермиона внезапно схватила Гарри за руку. — Мы отлеветируем друг друга! Ты мне доверяешь?

Уж кому-кому, а Грейнджер Поттер был готов доверить свою жизнь.

— Конечно доверяю.

— Корпус локомотор! — четко произнесла Гермиона, направляя палочку на Гарри.

Поттер ощущение невесомости — словно невидимые руки подхватили его и осторожно подняли в воздух. Он летел, но в отличие от полета на метле, здесь он полностью зависел от концентрации Гермионы.

— Не дергайся, — предупредила она, слегка покусывая губу от напряжения. — И старайся не смотреть вниз.

Гарри медленно поплыл над пропастью. Внизу зияла непроглядная тьма, и он невольно представил, что будет, если Гермиона на секунду отвлечется. Его ладони вспотели.

— Всё хорошо, — успокаивающе сказала она, ведя его через пространство. — Почти долетел.

Наконец ноги Гарри коснулись твердого камня на противоположной стороне. Он с облегчением выдохнул.

— Теперь, Гарри, леветируй Виктора! Ты сильнее меня, а виктор тяжелее тебя, я не уверена, что удержу его, — проговорила Гермиона, виновато посмотрев на жениха.

— Ничего, это нормально, — кивнул Крам и дал знак Поттеру, что он готов к полету. Гарри направил на него палочку:

— Корпус локомотор!

Болгарин был действительно крепче и мускулистее Гарри, и Поттер сразу почувствовал, чего ему стоит плавно леветировать Виктора. У него даже пот выступил на лбу от напряжения.

— Я чувствую себя как мешок с картошкой, — пробормотал Виктор, неловко болтаясь в воздухе.

— Не двигайся! — предупредил Гарри, чувствуя, как его контроль ослабевает. — И не отвлекай меня!

На полпути рука Гарри дрогнула, и Виктор внезапно опустился чуть ниже. Крам не удержался и взглянул в пропасть под собой.

— Опа!* — выдохнул он. — Там дна не видно!

— Молчи, не мешай мне держать концентрацию!

С большим трудом Гарри довел болгарина до противоположной стороны и Виктор буквально рухнул на карниз.

— Теперь ты займись Гермионой, — сказал Поттер, вытирая пот со лба. — Она самая легкая. сложностей быть не должно.

Но именно с Гермионой возникла неожиданная проблема. Когда Виктор направил на нее палочку и произнес заклинание, она, как и положено, поднялась в воздух, но начала медленно вращаться вокруг своей оси, когда уже оказалась над дырой.

— Виктор! — крикнула она. — Что происходит?

— Не знаю! — ответил он, хмурясь, но не снижая концентрации. — Заклинание работает странно!

Гермиона продолжала двигаться вперед, кружась. От врещений и волнения её начало подташнивать. А тут еще и высота — под ней зияла черная пропасть.

— Сделайте что-нибудь! — взмолилась она. — Меня сейчас стошнит!

— Виктор, нужно ускориться, — попросил болгарина Гарри.

Крам вложил в заклинание больше вилы. Гермиона стала двигать вперед быстрее, но и кружение ускорилось. Ее лицо стало зеленоватым.

— Почти долетела! — подбодрил подругу Поттер. — Еще немного!

Наконец Гермиона достигла их стороны, и Виктор схватил её в объятья, не давая упасть.

— Извини, — виновато сказал Крам. — Сам не знаю. как так получилось.

— Ничего, — отмахнулась Гермиона, приходя в себя. — Главное, мы все целы. Хотя больше такого бы я себе не желала.

Гарри усмехнулся:

— Не говори так. Еще неизвестно, что нас ждет впереди.

Как же он оказался прав. Звуки, доносившиеся из следующего зала, не предвещали ничего хорошего.

Войдя снова в проход, на который продолжал указывать призрачный воин, они попали в еще один зал, встретивший друзей зрелищем, от которого кровь застыла в жилах. Пол был усеян человеческими костями — десятки, возможно, сотни скелетов. И среди них бродил друид, собирая черепа в аккуратные пирамиды.

— Мерлин, — прошептала Гермиона. — Сколько людей здесь погибло?

Белый старик поднял голову и посмотрел на них. В его мертвых глазах пылала ярость: он указал сначала на них, а потом на кости. Смысл был ясен без слов: "Вы пополните эту коллекцию".

Появился призрак воина, указывая на узкое продолжение прохода в дальнем конце зала, потом на себя — он проведет их безопасной дорогой, но с первым же шагом стало понятно — это ловушка. Кости под ногами начали шевелиться, складываясь в скелеты. Мертвецы поднимались, казалось, послушные воле друида.

— Бежим! — крикнул Виктор, посылая отталкивающее заклинание в ближайший скелет.

Они бросились через зал, уворачиваясь от костлявых рук, стремясь побыстрее уйти из этого места. Призраки и скелеты следовали за ними.

В третьем зале, в его дальнем конце, на простом каменном выступе, стояла золотая чаша. Та самая чаша Хельги Хаффлпафф, но вот пройти к ней не было возможности. Старик поднял настоящую бурю смерти, закружив вокруг себя смерч из костей, в которые снова превратились скелеты.

Гарри, Гермиона и Виктор перепробовали полтора десятка заклинаний – костяной вихрь ничто не брало.

— Мантия! Твоя мантия-невидимка — это же Дар Смерти! Может быть, она поможет? — подсказал Виктор.

— Дар Смерти? Ну, можно попробовать.

Гарри достал мантию и накинул на себя. И произошло нечто удивительное — он почувствовал, что стал недосягаем не только для живых, но и для мертвых: его больше не видели старик и воин, и он был недосягаем для вихря, устроенного друидом.

— Я пойду за чашей. Вы оставайтесь здесь, — твердо и громко произнес Гарри.

— Гарри, нет! — воскликнула Гермиона, и в её голосе прозвучала настоящая паника. — Это безумие!

Но Гарри уже шел к чаше через костяной вихрь, чьи потоки обходили его стороной, а дойдя, он взял её в руки, а вместе с ней, привязанный к ножке, свиток. Это было письмо Регулуса:

Кто бы ни читал это — я надеюсь, вы пришли сюда с правильными намерениями. Чаша содержит часть души Тёмного Лорда. Я не смог найти способ, как уничтожить крестражи, но спрятал её в надежде, что найдется тот, кто будет более удачлив, чем я. Спасибо, что поняли все мои подсказки. Покончите с ним навсегда!

Р.А.Б.

Когда Гарри повернулся к друзьям, он увидел, что призраки исчезли, а вихрь осыпался костями на камни.

— Это она? — уточнила Гермиона.

— Она, — кивнул Гарри, и добавил: — Давайте уберемся отсюда поскорее, а то вернется старик и еще что-нибудь учудит.

***

Когда они выбрались из пещер, уже подбирался вечер. Все трое были измотаны, покрыты пылью, напряжены.

— Мы сделали это, — прошептала Гермиона, глядя на сумку на плече Гарри, в которой лежала чаша. — Еще один крестраж найден.

Крам молчал, крестраж его не сильно волновал, взгляд болгарина был прикован к мантии-невидимке, которую Гарри аккуратно укладывал в рюкзак с остальными вещами.

— Виктор? — позвал он. — Ты в порядке?

Крам резко поднял голову:

— Да, конечно. Просто... устал. Это было тяжело.

Лагерь был свернут, вещи собраны, и они аппарировали на площадь Гриммо. Блэк-Хаус встретил их привычной тишиной.

— Как же хорошо быть дома, — облегченно вздохнул Гарри, опускаясь в кресло в гостиной.

— Завтра уничтожим крестраж в чаше, — сказала Гермиона. — А пока отдохнем.

Крам кивнул, но по-прежнему выглядел напряженным. Его странные взгляды начинали серьезно беспокоить Поттера.

***

Утром они спустились в ритуальный зал в подвале. Гарри осторожно достал чашу Хаффлпафф и поставил на каменный алтарь.

— Помнишь, как было с медальоном? — спросила Гермиона, доставая пузырек с ядом василиска.

— Помню, — кивнул Гарри. — Поэтому в этот раз я не буду колебаться.

Он взял у Грейнджер яд и решительно накапал несколько капель в чашу. Яд мгновенно пропитал металл, и крестраж исчез, издав ужасающий крик.

— Всё, — выдохнула Гермиона. — Ещё один уничтожен.

Но вместо облегчения Гарри почувствовал какую-то пустоту. Он помнил слова Дамблдора о том, что Воландеморт, скорее всего, создал семь крестражей.

— Послушай, Гермиона, — медленно сказал он, когда они устроились втроём в гостиной. — Дневник — уничтожен. Кольцо — уничтожено. Медальон — уничтожен. Диадема — уничтожена. Чаша — только что уничтожили. Это пять, но Дамблдор говорил о семи.

— Значит, есть ещё два, — мрачно констатировал Виктор.

— Но какие? — Гермиона нахмурилась. — Чтобы искать, нужно знать, что мы ищем.

— Нужно ещё раз просмотреть записи Регулуса, — предположил Гарри. — Займёмся этим завтра.

***

Той ночью Гарри не мог заснуть. Он ворочался в постели, перебирая в голове всё, что знал о крестражах Воландеморта. Семь частей души... но где две недостающие?

Наконец он сдался и спустился на кухню, чтобы подогреть молока. Может быть, это поможет.

Кухня была погружена во тьму, только луна светила через окно. Гарри в пижаме и тапочках тихо прошёл к плите.

— Не спишь?

Он резко обернулся. В дверном проёме стоял Виктор, тоже в домашней одежде.

— Не могу заснуть, — признался Гарри.

— Понимаю. — Виктор вошёл в кухню и закрыл за собой дверь. — Мне тоже не спалось.

Что-то в его тоне заставило Гарри насторожиться.

— Гарри, нам нужно поговорить, — сказал он тихо. — О твоей мантии.

— О мантии? Что с ней? — осторожно спросил Поттер.

— Ты ведь знаешь, что это Дар Смерти? — Виктор сделал шаг вперёд.

— Ты уже говорил. И что с того?

— Мой род искал Дары Смерти сотни лет, Гарри. Это наша миссия, наш долг. И теперь я знаю, что один из них у тебя.

Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок:

— К чему ты ведёшь, Виктор?

— К тому, что ты должен отдать мне мантию. — Голос Крама стал жёстче. — Ты не достоин быть её владельцем. Она должна принадлежать тем, кто понимает её истинную силу.

— Миссия? Мне что до того? Мантия принадлежит моей семье. Всегда принадлежала, — твёрдо сказал Гарри. — И я не собираюсь её отдавать.

Лицо Виктора потемнело:

— Я надеялся, что мы просто договоримся. Но ты всё усложняешь. Наверху спит девушка, которая мне нравится. Моя невеста. Но моя миссия важнее личных чувств.

— Ты не посмеешь причинить ей вред! — воскликнул Гарри.

— Я и не хочу, но ты заставляешь меня... — Виктор сглотнул. — Одно тихое заклинание, и она просто не проснётся. Такое случается.

Гарри смотрел на Крама с ужасом. Это был не тот Виктор, которого он знал. Сейчас он выглядел как фанатик, готовый на всё ради своей цели.

— Решай, — продолжил Крам. — Либо ты отдаёшь мне мантию, либо Гермиона умирает.

Поттер лихорадочно пытался придумать, как выйти из этой ситуации. Он мог попытаться атаковать Виктора, но тот был опытным бойцом, да и палочку он не взял с собой на кухню... Позвать Кричера? Приказать схватить Крама? Будет шум, и Гермиона наверняка спустится, чтобы узнать, что происходит. Неизвестно, что успеет натворить Виктор.

И тут его рука нащупала кулон на груди под пижамой.

Порт-ключ Люциуса.

"Сейчас, по-моему, как раз критическая ситуация", — подумал про себя Гарри и тихо произнёс вслух: — Убежище!

Артефакт перенёс его прямо в спальню Малфоя. Почему-то тапочки остались на кухне Блэк-Хауса, а сам он потерял равновесие и плюхнулся на ковёр босиком, в одной пижаме.

— Гарри!

Голос Люциуса прозвучал встревоженно. Поттер поднял голову и обомлел. Малфой сидел на краю огромной кровати, явно только что проснувшись. Его платиновые волосы были распущены и слегка растрёпаны, а на теле — только пижамные штаны из тёмного шёлка. В лунном свете, проникавшем через высокие окна, его кожа казалась мраморной, а очертания торса — почти скульптурными.

— Что случилось? — Люциус опустился перед ним на колени, и Гарри почувствовал, как у него пересохло во рту. Так близко аристократ был ещё прекраснее — резкие скулы, серые глаза, полные беспокойства, губы...

— Виктор... — проговорил Гарри с трудом, но не потому, что сильно испугался. А потому, что близость полуобнажённого Люциуса действовала на него самым неожиданным образом. — Он угрожал убить Гермиону, если я не отдам ему свою мантию-невидимку. А я был не готов, даже палочки с собой не было...

— Ты в порядке? Он ничего тебе не сделал? — Тёплые ладони Люциуса легли на плечи Гарри, и тот едва сдержал дрожь.

— Со мной всё хорошо, но Гермиона... Она осталась там с ним.

— Где именно? — Серые глаза Малфоя сузились, в них вспыхнула ледяная ярость.

— В Блэк-Хаусе, — Гарри схватил Люциуса за руку, и под пальцами ощутил тёплую кожу. — Он может ей навредить!

— Мантия-невидимка тоже там? Он может её найти?

— Там, но он не найдёт. Я сплю... — Гарри смутился. Если сказать, где он спит, то Малфой всё поймёт.

— В спальне главы рода? — уточнил Люциус, который давно уже был в курсе изменившегося статуса юного мага. — Тогда всё хорошо. Он не сможет причинить вред твоей подруге — ведь она твой гость, значит, под защитой дома. Он не сможет сам добраться до мантии — она в безопасности в покоях главы рода. Так же как и ты здесь.

Люциус улыбнулся и помог Гарри подняться. Их лица оказались совсем близко, и Поттер почувствовал, как сердце забилось быстрее. Взмах палочки — и ноги Гарри окутало приятное тепло.

— Я бы хотел услышать историю с мантией с самого начала, но уже так поздно, — Люциус посмотрел на него внимательно. — Может, приляжем, и ты расскажешь мне её в постели?

— Мы... там вместе? — Юный маг порозовел, смущаясь.

— Ничего такого, — заверил Люциус, хотя в его глазах мелькнуло что-то тёплое и многообещающее. — Ты расскажешь мне подробно, что случилось, а потом мы просто поспим. Утром я решу, что делать.

Малфой сам быстро улёгся на свою кровать поистине королевских размеров и откинул одеяло с другой стороны, приглашая Поттера.

Гарри неуверенно подошёл. Кровать была огромной, но всё равно лежать рядом с Люциусом казалось невероятно интимным. Особенно учитывая, что тот был практически обнажён.

— Не стесняйся, — мягко сказал Люциус. — Здесь тепло и безопасно.

Гарри осторожно лёг, стараясь не смотреть на торс мага. Шёлковые простыни были прохладными и гладкими, пахли дорогим одеколоном и чем-то неуловимо... малфоевским.

— Рассказывай всё с самого начала, — сказал Люциус, откидываясь на подушки.

Он повернулся на бок лицом к Гарри, и тот невольно проследил взглядом линию от плеча к груди, к плоскому животу...

— Гарри?

— А? — Поттер резко поднял глаза, надеясь, что в полумраке не видно, как он покраснел.

Люциус улыбнулся — едва заметно, но Гарри показалось, что в этой улыбке было понимание.

— История с Виктором и мантией, — мягко напомнил он.

И Гарри начал рассказывать, стараясь сосредоточиться на словах, а не на том, как близко находится Люциус, как тепло исходит от его тела, как хочется протянуть руку и коснуться...

========

Опа — в болгарском языке вместо русского «ой» или «ой-ой-ой» используется «о́па» или «оп».