Kass2010

Глава 19. Где внешность имеет значение

Added 2025-06-20 10:08:00 +0000 UTC

За окнами гулял шторм, волны с глухим грохотом катились к утёсу. Воздух был пропитан солью и ветром, а в комнате Аурелиуса, напротив, царили тишина и покой. Мальчик лежал в своей постели с закрытыми глазами, а рядом в креслах по обе стороны сидели Северус и лорд Октавиус Принц. Лицо отца не выдавало эмоций, но глаза смотрели с беспокойной нежностью, а прадед самодовольно постукивал рукой по резной ручке кресла. Северус первым нарушил тишину.

— Слава Мерлину, при возвращении сохранились дары роду Принц от Магии. Аура Аурелиуса… — проговорил он сдержанно, но с облегчением. — Аура стала единой, объединив в себе магию и Поттеров, и Принцев.

— Кровь Принцев не ошибается, — совершенно уверенно вставил
Октавиус. — Магия редко бывает настолько щедра к нашему роду. Аурелиус теперь навсегда один из нас, и никто у нас его не отнимет. На гобелене отображаетесь вы оба. Северус Октавиус Принц, как мой сын по магии, и Аурелиус Северус Гарольд Принц-Поттер, как мой кровный внук.

Аурелиус, слыша их голоса, чуть приоткрыл глаза и медленно перевёл
взгляд с одного мужчины на другого.

— А как я выгляжу? Можно… увидеть себя? — робко спросил он,
подтягивая одеяло повыше.

Не говоря ни слова, Северус коротким жестом взмахнулпалочкой.

— Imago.

Перед мальчиком повисло огромное зеркальное полотно.

Аурелиус замер, разглядывая себя. Это был он, и, одновременно, на него смотрел совсем новый человек. Зелёные, необычно яркие, почти светящиеся глаза, даже ярче, чем у Лили. Иссиня-черные густые волосы с лёгкой волной и верхняя губа — тот самый изгиб, «лук Купидона», как у Северуса. Высокие скулы и точёный нос, мягкая пухлость губ — типичные блэковские черты, взятые от Джеймса. В общем, Аурелиус выглядел так, как если бы был сыном триады Поттер-Эванс-Принц и был очень красивым мальчиком, объединившим лучшие черты своих родителей, а шрам-молния был почти незаметен.

«Я выгляжу… красивым. Удивительно красивым», — подумал Аурелиус, совсем не ожидая этого.

— У тебя глаза опять, как у мамы, — одобрительно кивнул Северус.

— Но волосы, губы, тонкие длинные пальцы, худощавость и, видимо, в будущем, высокий рост, точно не от Поттеров, — удовлетворённо хмыкнул Октавиус. — Это черты Принцев.

Аурелиус прикусил губу, не сводя глаз с отражения, а потом посмотрел на Северуса с тревогой в глазах.

— А ты… ты всё ещё чувствуешь меня своим сыном? — спросил он неуверенно. — Ритуал и… всё это, обратный обмен не изменил ничего?

Северус наклонился к Аурелиусу поближе, его рука легла на плечо мальчика с осторожной нежностью.

— Поверь, — тихо сказал он, — я никогда не перестану считать
тебя своим сыном. Всё, что есть в тебе от Лили и Джеймса, так должно быть, ведь ты и их сын тоже. Но прежде всего, ты мой сын, Аури, и я этим горжусь.

— Магию не обманешь, — добавил Октавиус. — Знак Принцев сохранился на твоей коже. Это не просто формальность. Это говорит о том, что ты принят Магией и Кровью рода Принц. Северус — твой отец, а я всегда буду твоим дедом.

Аурелиус опустил глаза, чувствуя, как в груди разливается тепло, и в попытке отогнать волнение чуть смущённо улыбнулся. Он зря волновался. Северус останется его отцом, а Октавиус дедом. Он уже успел полюбить обоих как родных, несмотря на их не самые приятные характеры.

— Я… я рад.

— Он будет знатным сердцеедом, — хмыкнул лорд Принц, разглядывая Аури. Принцы никогда не были красавцами, но мой внук полное опровержение этому. Нужно будет поискать ему достойную супругу. Притом, возможно, лучше в Испании или Италии. Британские ведьмы ничего хорошего моим правнукам не дадут.

— Октавиус! — Северус выразительно посмотрел на деда, которого Магия теперь считала его отцом. — Во-первых, Аурелиусу ещё только
исполнится одиннадцать лет! А во-вторых, я против договорных браков! Они не приносят ничего хорошего. Он женится по любви.

— А много хорошего дала тебе та любовь? — возмутился лорд Принц.

— Пусть и она принесла мне много боли, — тихо проговорил
Северус, — я ни за что бы, ни отказался от неё, хотя бы потому, что имею сейчас. Магия отдала мне сына любимой женщины — и это важнее всего.

Аурелиус, окончательно пришедший в себя, и, пораженный услышанным, не смог удержаться от вопроса:

— Отец, ты любил мою мать?

— Любил, люблю и буду любить всегда, — просто ответил Северус.

И это его «ВСЕГДА» прозвучало так, что и мальчик, и старый лорд оба поняли, что оно так и будет.

— Я рад… Я по-настоящему рад быть твоим сыном, — с улыбкой,
немного неуверенно, но очень искренне, сказал Аурелиус. Теперь он действительно поверил: он дома, среди близких. И никто все это у него не заберет!

***

Через два дня после тёплого семейного утра в Принц-Касл душа Аурелиуса потребовала ещё одного подтверждения собственной нормальности, и еду до смерти захотелось увидеть, каким стал Драко. Просьба о посещении Малфой-мэнора прозвучала между делом, но Северус сразу заметил, как он ее произнес. В голосе сына звучала настойчивость, которую не смог бы проигнорировать никто из Принцев.

— Отец, можно… Я бы хотел увидеться с Драко. Сам. Он ведь не представляет, какие перемены со мной произошли, — Аурелиус чуть смутился.

— Думаю, твой друг заслужил быть первым, кто увидит тебя с новой внешностью, — с улыбкой согласился Северус, — И Люциус с Нарциссой, думаю, будут не против.

Октавиус одобрительно кивнул:

— Блестящая мысль. Семья Малфоев умеет держать язык за зубами. А нам нужен взгляд со стороны на обновленную внешность Аурелиуса.

Визит был быстро согласован и следующим утром отец и сын Принцы вышли из камина в гостиной Малфой-Мэнора. Там их уже ждал Драко. Аури вздохнул с облегчением: его друг совсем не изменился: платиновые волосы, серые глаза, фамильный профиль Малфоя. Зато сам Драко с неприкрытым любопытством разглядывал Аурелиуса.

— Аури! — Драко первым хлопнул друга по плечу и пристально уставился на его лицо.

Потом он хихикнул и потащил друга к большому зеркалу.

— Ну что, — с видимым восторгом начал Драко, указывая на их отражения, — теперь мы точно будем самыми красивыми парнями в Хогвартсе! Но к Малфоям все уже привыкли, а вот ты… Посмотри на себя: зелёные глаза, чёрные волосы, и такие потрясающие губы… Это вообще законно — выглядеть так?

— Считай, что нам повезло, — засмеялся Аурелиус, тряхнув своей смоляной гривой, — я буду таинственным и «темным Принцем» рядом со «светлым Драконом», — кивнул он на белокурую голову друга.
— «Светлый дракон» и «тёмный принц», — повторил Драко, — звучит по-сказочному.

И оба прыснули со смеху.

— Теперь мы просто обязаны поступить на один факультет. И конечно на Слизерин! Зеленый будет тебе к лицу, — подмигнул Драко.

В это время Люциус и Нарцисса, успевшие хорошо разглядеть новую внешность Аури, устроились вместе с Северусом в отдаленном углу гостиной, поглядывая на мальчиков, веселящихся зеркалом.

— Северус… Внешность твоего сына — настолько яркое сочетание твоих черт, а также Эванс и Поттера, хотя, скорее Блэка… — Заметила Нарцисса.

Люциус тоже осмотрел мальчика с присущим ему вниманием.

— Уверен, что тебе поступит много предложений о помолвках. За такую кровь многие вступят в спор. Особенно те рода, у которых нет наследников, а только дочери. Они будут рады принять в род и третьего ребенка мальчика. Он ведь сохранил кровь Принцев?

— Да, он мой признанный Магией и Родом сын и наследник, Аурелиус Северус Гарольд Принц-Поттер.

— Он выглядит как обрядовый ребенок, зачатый Принцем и Поттером-Блэком, которого выносила Эванс, — заметила серьезно Нарцисса. — Ты точно не состоял с ними в триаде?

Северус быстро представил себя в одной постели с Лили и Джеймсом и ощутимо вздрогнул.

— Да как ты могла подумать такое!

— И смогла, и другие поймут именно так, когда увидят впервые Аури. Он Принц-Поттер не только по имени, крови и магии, но и по внешности, — заметила леди Малфой.

— Никто не имеет права вмешиваться в дела рода, — возмутился Северус. — Более того, если бы Аури и был обрядовым ребенком, никто не может спрашивать такое. А если и рискнет, то долго не проживет. Расплатившись за свое неуместное любопытство.

— Зная мстительный характер Принцев, и твои бесподобные способности в боевой магии и зельеварении, особенно в части изготовления ядов, никто не спросит. Но помешать всем думать об этом, и сплетничать, — ты не сможешь, — мягко улыбнулась Нарцисса.

— Есть еще. Дамблдор, — осторожно произнес Люциус, — Ты ведь знаешь, он обязательно сунет свой крючковатый нос во все, и в то, что его не касается. В том числе. Но, по его мнению, всё, что Гарри Поттера, касается и его. Тем более, он-то точно был на свадьбе Джеймса и Лили. И он знает, что триады не было!

Северус с лёгкой усмешкой покачал головой.

— Дед настоял, и мы получили копии документов от поверенного Поттеров. У них прошли сразу две свадьбы: одна — обычная, министерская, для всех. На ней и присутствовал Дамблдор. Но была и вторая, древняя и настоящая — магическая. Полный обряд нерасторжимого магического брака. Провел: Джеймс Поттер. Думаю, что он мог провести ритуал, даже без ведома Лили, которая слишком верила Альбусу и отрицала все «устаревшие причуды» магов. Именно поэтому Аурелиус — не бастард, а магией признанный наследник Поттеров и смог стать и наследником Принцев.

— Джеймс оказался не такой дурак, каким выглядел, — заметил Люциус. — Кроме Дамблдора никто не посмеет капаться в родовых тайнах. На всех гобеленах, кто связан с Принцами и Поттерами, Аури уже отобразился как наследник двух родов, включая наш, через родство по Блэкам с Нарциссой.

Драко и Аурелиуса все это не очень волновало, они занимались планированием предстоящего праздника по случаю дня рождения последнего. Отмечать его будут в Принц-Касл, который давно не открывал свои двери гостям и давно не знал праздников.

***

Утро выдалось на удивление тихим. Еще только-только рассвело, когда в высокое окно комнаты Аурелиуса влетела сова с гербом Хогвартса на медальоне и на красном сургуче печати на конверте. Мальчик замер в предвкушении и лёгком волнении.

На конверте была надпись:

«Аурелиусу Северусу Гарольду Принцу-Поттеру. Принц-Касл».

Это ему. Аури вскрыл конверт.

Письмо было официальным:

Мистер Принц-Поттер!
С радостью сообщаем Вам, что Вы зачислены в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс… Просим в кратчайший срок подтвердить Ваше согласие на обучение и прибыть к началу учебного года...

Аурелиус почти сразу направился в кабинет Октавиуса. Он знал, что в такой час найдет там и отца и деда. По утрам они там корпели над какими-то старинными гримуарами предков с семейными рецептами зелий. Вот и сейчас они что-то обсуждали склонившись над старым пергаментом.

— Мне письмо из Хогвартса пришло, — без лишних предисловий сказал Аурелиус, помахивая конвертом.

— Поздравляю, — улыбнулся Северус.

— Только… — Аури мялся,— а нельзя поступить в другую школу? В Бобатон или Дурмстрнг. Я даже согласен поехать далеко: в Мохотокоро или Кастелобрушу! Всё, что я слышал о профессоре Дамблдоре, не внушает доверия. Да и то, как он со мной поступил… Я не хочу снова оказаться под его контролем.

Октавиус покачал головой и хлопнул рукой по столу:

— Принцы не бегут от трудностей, парень. Что нам тот директор? Ты наследник Принц, а он просто управляющий школой.

Северус наклонился к сыну ближе и посмотрел ему в глаза:

— Твоя мама, Лили, была самой храброй волшебницей — она сражалась, когда другие давно бы бежали, и твой первый отец, Поттер, каким бы он ни был, уж точно не был трусом! Ты и их сын. И мой.

— Я понимаю... — Аури немного поник, но мужественно кивнул. — Значит, поеду в Хогвартс.

Аурелиус и так в дуще это знал. Он же не мог оставить Драко, с которым они мечтали учиться вместе. Поэтому, пожав плечами, Аури отправился к себе, встал за старинное письменное бюро. И уверенной рукой он вывел на пергаменте:

«Я, Аурелиус Северус Гарольд Принц-Поттер, подтверждаю согласие обучаться в Хогвартсе».

Коротко и ясно. Сова, так и сидевшая на окне, получив ответ, тут же исчезла, унося письмо в Хогвартс.

***

На следующий день Принц-Касл наполнился гостями из всех уголков магической Британии. Тысячелетние стены дрожали от людского гомона и детского восторга. Дом, обычно такой строгий и мрачный, на этот раз был рад гостям.

На празднике были не только родственники, но и представители большинства чистокровных семейств — кавалеры в парадных мантиях, леди в роскошных платьях, будущие наследники и наследницы с серьёзными лицами и любопытными глазами. Среди детей было немало тех, с кем Аурелиус успел сдружиться за последний год.

Драко, сияющий и невероятно гордый, как будто это было его заслугой, что у Аури сегодня день рождения, не отходил от друга буквально ни на шаг. Все давно знали, что между ними особая связь, крепкая мальчишеская дружба.

Младшие гости сбились в группку вокруг Аурелиуса и Драко и обсуждали разные новости и будущую учебу в Хогвартсе.
К Люциусу и Нарциссе выстраивалась настоящая очередь из аристократов и матрон, чтобы расспросить детали о наследнике Принце-Поттере: кто его мать? Почему он и Принц, и Поттер? Все вопросы, как всегда, формулировались обтекаемо, но суть была ясна.

Северус и Октавиус, стоявшие в центре зала, метали зловещие взгляды в особенно любопытных. Или тех, кто задерживался с поздравлениями рядом с Аурелиусом дольше, чем позволяла вежливость. Чувствуя направленную на них убийственную ауру, все мгновенно испарялись под благовидными предлогами.

Потому праздник шел своим чередом. Он стал по-настоящему домашним торжеством — с вкусной едой, танцами, волшебными шарами, конкурсами и детским восторгом, и фейерверком в конце.

Аурелиус уснул абсолютно счастливым: у него есть семья, друг и дом, что еще было пожелать?

***

Минерва Макгонагалл, аккуратно разложившая по столу письма с ответами от будущих первокурсников, сдержанно радовалась привычному ритуалу подготовки к учебному году. В этом году только двое из детей отправятся в далёкие школы Франции и Севера.

Просматривая надписанные конверты, профессор привычно сортировывала их в стопки, но одно из писем заставило её сильнее, чем обычно сжать конверт, а потом ещё и перечитать содержимое раз, другой... третий…

«Я, Аурелиус Северус Гарольд Принц-Поттер, подтверждаю согласие обучаться в Хогвартсе».

Минерва внимательно разглядывала детский, но уверенный почерк. Имя Поттер сразу обжгло сердце тревожной теплотой. «Гарольд» могло быть полным именем Гарри. НО! Рядом соседствовали «Северус», и «Принц»! Не мог же кто-то подшутить над ней?

Она даже мысленно произнесла имена вслух.

— Гарольд Поттер… Северус… Принц… Принц-Поттер?! Это же… Какая-то невероятная химера! Этого просто не может быть!

Минерва вздохнула, взяла письмо и отправилась в кабинет директора. Может быть Альбус всё ей объяснит?