Kass2010

Глава 14. Размышления, сомнения и неприятное открытие

Added 2025-02-28 21:57:17 +0000 UTC

Дамблдор сидел в своём кабинете, задумчиво глядя на танцующее пламя в камине. В его руках была чашка с чаем, но напиток давно остыл, и Альбус даже не заметил этого. Его мысли были заняты другим. Гарри Поттер. Мальчик-который-выжил. Избранный. Юноша, на чьих плечах лежал груз спасения Магического мира. И, если быть честным, мальчик, которого Дамблдор считал своим, пока успешным проектом. Но теперь, с каждым днём, ему всё больше казалось, что этот проект выходит из-под контроля.

Что-то изменилось в Гарри. Это не случилось внезапно, но Альбус, привыкший наблюдать за всем важными для его планов людьми, не мог не заметить перемен. Взгляд, который раньше всегда был направлен на него с легко читаемым доверием и уважением, теперь стал отстранённым. Гарри больше не смотрел на него с той же мальчишеской открытостью, с которой он смотрел, когда впервые вошёл в Хогвартс.

Тогда его глаза сияли, полные любопытства и надежды. Годами Поттер видел в нём наставника. Теперь же в его глазах уже не было того восхищения, которое раньше грело душу старого мага. Теперь там была только сдержанность, почти настороженность, и появилась какая-то непонятная Альбусу скрытая глубина, которую он не мог "прочесть". Дамблдор не мог избавиться от ощущения, что после просмотров в Омуте-памяти разных моментов из жизни Тома, Гарри начал смотреть на него чуть ли не снисходительно.

А ещё эти изменения в его поведении. Гарри всегда был энергичным, импульсивным, безрассудным, склонным к авантюрам, часто полагающимся на своих друзей Рона и Гермиону. Теперь же он выглядел сосредоточенным и осторожным. Альбус наблюдал за ним во время уроков и тренировок, и ему показалось, что Поттер больше не нуждается в чьих-либо советах и указаниях. Он действовал с внутренней уверенностью, будто знал больше, чем хотел бы показать. Это вызывало у директора тревогу.

Но больше всего его беспокоило даже не это. Нет, главной причиной его беспокойства было то, что Гарри начал отдаляться от своих друзей, и от него самого. Рон жаловался на странное поведение Гарри. Гермиона тоже не могла не заметить этого. Она говорила, что Гарри поссорился с ними и, судя по его поведению, не имел намерения мириться. Альбус хотел, чтобы эти трое были как единое целое, и разрыв между ними шел в разрез с его планами.

Вывод из всего этого был один: кто-то или что-то повлияло на Гарри.

И это вызывало у Дамблдора ещё больше опасений. Гарри начал общаться с другими, совсем не теми, кого Альбус считал подходящим окружением для него. И это были не только гриффиндорцы. Портреты сообщали, что он был замечен разговаривающим с Дафной Гринграсс и Блейзом Забини. Да, эти разговоры были недолгими, и темы не выходили за рамки простых школьных обсуждений, но кто мог поручиться, что Гарри не обсуждал с ними политику или традиции чистокровных.

Всё это его беспокоило. Альбус хотел видеть в Гарри другого человека: простого скромного юношу, который будет защищать Свет и добро, не задаваясь никакими вопросами. Он хотел, чтобы Гарри оставался тем, кем он должен был быть — символом борьбы против Тьмы, чистым и непоколебимым. Но Гарри почему-то больше им быть не хотел. Он изменился не только внутренне, но и внешне. Его одежда, его манеры, даже его речь — всё это изменилось. Он больше не ходил старых вещах, которые все на нем видели годами. Теперь он одевался в дорогую одежду, у него стали проявлять манеры, присущие аристократам. И голос. Голос стал более твёрдым. Он уже не звучал, как голос мальчика, нуждающегося в руководстве. Это был голос юноши, который начинал понимать, что он сам может руководить другими.

Дамблдора это беспокоило. Он знал, что Гарри — ключ к победе над Воландемортом. Но для этого Гарри должен был оставаться тем, кем он был раньше. Доверчивым, лояльным, готовым следовать инструкциям и указаниям его, Альбуса. Теперь же он видел, как Поттер всё чаще слушает его слова оценивающе, а к воспоминаниям в Омуте памяти, Гарри вообще остался равнодушным. Это очень озаботило Дамблдора.

Альбус чувствовал, что теряет контроль. Он привык быть тем, кто направляет, кто принимает решения, кто знает, что лучше для всех. А теперь он видел, как Гарри ускользает из его рук. И это пугало. Пугало, потому что он знал, что весб его план не имеет смысла без Гарри. Но сможет ли он доверять этому новому Гарри? Доверять тому, кто больше не доверяет ему?

Дамблдор вздохнул и поставил чашку с давно остывшим чаем на стол. Он понимал, что должен что-то сделать, чтобы вернуть прежнего Гарри. Чтобы напомнить ему о долге. Но сделать что? Гарри больше не был тем мальчиком, которого можно было бы убедить простыми словами за чашкой чая с лимонными дольками. Возможно, впервые за многие годы, Альбус Дамблдор почувствовал страх. Страх того, что он не сможет удержать юношу под своим влиянием и контролем. Годами воплощаемый в жизнь проект оказался под угрозой.

Старый маг откинулся в кресле, глядя на портреты прежних директоров, которые молча наблюдали за ним. Он думал о том, что ему придется принять непростое решение. Даже Свет бывает вынужден обращаться к Тьме, когда нет другого выхода...

Дамблдор в задумчивости посмотрел за окно своего кабинета. За ним кружились снежинки, время от времени пролетали совы. Все это на фоне заснеженного Запретного леса. Сейчас Альбус не мог оценить красоту зимнего пейзажа. Его мысли не давали ему покоя. Он вызвал к себе одного из немногих, с кем мог бы обсудить свои тревоги, кто мог пролить свет на происходящее. Он уже направлялся сюда.

Северус Снейп, как всегда, вошёл в кабинет бесшумно, но его присутствие было сразу весьма ощутимо.

— Что случилось, Альбус? — голос Снейпа был холодным, с лёгкой ноткой раздражения. Он терпеть не мог, когда его отрывали от его зелий, особенно в каникулы.

— Присаживайся, мальчик мой, — мягко сказал Дамблдор, указывая на кресло перед своим столом. — Нам нужно обсудить кое-что важное, касающееся Гарри.

Снейп не удивился, но его бровь чуть приподнялась. Он сел, держа спину прямо, уложив руки на подлокотники, и уставился на директора с выражением явного неудовольствия.

— Поттер, — пробормотал он, словно это слово само по себе было проклятием. — Что на этот раз?

Дамблдор ответил не сразу. Он долгим взглядом посмотрел на Северуса, потом, наконец, заговорил.

— Ты заметил, что Гарри изменился, Северус? Не только в поведении, но и в подходе к учёбе. Я бы даже сказал, что он стал более... целеустремлённым.

Снейп фыркнул, как если бы Дамблдор сказал что-то забавное.

— Целеустремлённым? — повторил он с явным сарказмом. — Если ты имеешь в виду, что он больше не бегает за Уизли и Грейнджер, размахивая палочкой, как безголовый цыплёнок, то да, я это заметил. Но, Альбус, это не значит, что он стал другим.

— Не спеши с выводами, мальчик мой, — мягко возразил Дамблдор, сложив пальцы рук домиком. — Я говорю не только о его поведении. Его знания улучшились. Ты ведь преподаёшь ему ЗоТИ в этом году. Разве он не впечатляет тебя?

Снейп нахмурился. Его лицо исказилось смесью раздражения и нежелания признавать очевидное.

— Да, — наконец признал он сквозь зубы. — Его результаты лучше, чем я предполагал. Но это ещё не повод для восторгов. Он, возможно, наконец, понял, что пора начать учиться. А может, кто-то помогает ему.

— У тебя есть предположения кто это может быть? — спросил Дамблдор, со слегка печальной улыбкой. — Нет, Северус, я не думаю, что здесь дело в помощи. Более того, твои коллеги тоже заметили изменения. Особенно Гораций.

Снейп скривился при упоминании Слагхорна. Его губы сжались в тонкую линию.

— Гораций, — процедил он сквозь зубы. — Поттер — это его новая игрушка. Его «звезда».

— Возможно, — согласился Дамблдор, чуть кивнув, — но Гораций заявляет, что Гарри проявляет потрясающие способности в зельеварении. Он утверждает, что Гарри даже превосходит твой уровень в его возрасте.

Северус резко вскинул голову, словно его ударили. Его чёрные глаза опасно сверкнули.

— Это полная чушь, — резко выплюнул он. — Поттер не способен даже правильно нарезать корень валерианы, но я должен признать, что происходит что-то, чему я не могу найти объяснений. Когда я оспорил мнение Слагхорна, Гораций продемонстрировал мне несколько зелий, сваренных мальчишкой. Я внимательно изучил каждый из образцов. Запах, цвет, консистенция и даже едва заметные, известные только профессиональным зельеварам признаки. Всё было идеально. Я не мог найти ни одной ошибки. При этом в зельях чувствовалась исключительно магия Поттера. Он сварил все эти зелья один, без чьей либо помощи.

Снейп напрягся. Его профессиональная гордость была задета.

Ты бы видел лицо Горация. Оно сияло от гордости: "Ах, Северус! Эти зелья просто шедевр! И всё это Гарри сварил один. Никто не помогал ему. Чистый талант!"

Снейп очень похоже изобразил голос Слагхорна. Потом медленно выдохнул. Его лицо потемнело ещё больше. Он не мог ничего понять. Гарри Поттер, который годами едва ли справлялся с простейшими зельями, вдруг стал гением? Это было невозможно.

— Как бы то ни было, это требует проверки, — сказал зельевар. — Я уже проверил его на оборотное зелье. Это действительно Гарри Поттер. Но что-то с ним не так.

Дамблдор кивнул, его лицо оставалось серьёзным и задумчивым.

— Вот почему я позвал тебя, Северус. Гарри изменился, и я не могу избавиться от ощущения, что за этим стоит нечто большее, чем просто взросление. Я хочу, чтобы ты наблюдал за ним. Внимательно.

Снейп решительно кивнул.

— Я сделаю всё, что в моих силах, Альбус.

Дамблдор слегка улыбнулся, но прежде чем Северус успел встать, старик продолжил с легкой небрежностью, будто упомянул что-то незначительное:

— И ещё небольшая просьба...

Северус сдержал вздох. Он знал, что «небольшие просьбы» у Альбуса редко оказывались таковыми.

— Какая ещё просьба? — голос Снейпа был ровным, но ледяным.

Дамблдор, словно не заметив напряжения в его тоне, вытащил из ящика стола сложенный пергамент и протянул его Снейпу.

— Мне нужна одна книга из Блэк-Хауса, — сказал он, глядя на Северуса поверх своих полулунных очков. — Это не займёт много времени.

Северус взял пергамент, развернул его и пробежал глазами название. Его брови мгновенно сдвинулись.

— "Искусство похищения Воли" Вульфрида Верриса? — произнёс он медленно, словно проверяя, правильно ли понял. — Ты серьёзно, Альбус? Это очень темные знания. Зачем тебе эта книга?

— Нужна для одного исследования, — спокойно ответил Дамблдор, будто речь шла о каком-то простом поручении, например, передать чашку чая.

Снейп задумчиво посмотрел на пергамент, а потом вновь поднял глаза на Дамблдора.

— Я знаком с этим трудом этого автора. Даже не могу представить, зачем тебе эти знания.

Директор пожал плечами, словно говоря: «Какая тебе разница?»

— К сожалению, сейчас у меня нет времени на долгие объяснения. Как я уже сказал, это просто просьба.

Снейп не больше ничего спрашивать. Он знал, что если Альбус не хочет о чем-то говорить, пытаться что-то у него узнать бесполезно.

— Хорошо, но сначала позволишь мне закончить зелье, которое я оставил под стазисом, — сказал он с лёгким раздражением. — Через час я принесу твою книгу.

Дамблдор кивнул, довольный согласием. Северус молча вышел из кабинета. Пока он спускался по лестнице, его мысли бурлили.

«Что ты задумал, Альбус? — подумал он. — Искусство похищения Воли? Светлым невместно знать о таком. Даже я бы не стал использовать те ритуалы, о которых написано в книге... Но Альбус...»

Снейп знал, что Дамблдор способен на многое. За его мягкой улыбкой скрывалась железная воля и готовность пойти на всё ради достижения своих целей. Сейчас думать об этом не было времени. Отложив свои мысли "в архив" для вечерних размышлений, Северус направился в подземелья, чтобы завершить работу над зельем. Спустя час, точно по своему слову, он попытался пройти камином в Блэк-Хаус, как это делал всегда. Камин был заблокирован. Аппарировав по известному адресу особняка, он его просто не нашел. Северус нахмурился, поднял палочку и попытался несколькими заклинаниями обнаружить вход в резиденцию Блэков, но всё неудачно.

— Что за... — пробормотал он и нахмурился ещё сильнее.

Он не мог понять, что произошло. Блэк-Хаус всегда был доступен членам Ордена. Но теперь он был запечатан. Полностью. Нужно было сообщить об этом Дамблдору.

Вернувшись в Хогвартс, Снейп направился прямо в кабинет директора, резко распахну дверь и выплеснул все накопившееся в нем раздражение на Дамблдора.

— Это какой-то предновогодний розыгрыш, Альбус? — бросил он с порога.

Дамблдор поднял голову от книги, которую читал, и посмотрел на зельевара с искренним недоумением.

— О чём ты, мальчик мой?

— О твоей "небольшой просьбе", — процедил Снейп, бросив пергамент на стол перед директором. — Блэк-Хаус полностью закрыт для посещений. Абсолютно. Камин не работает, на площади дома нет. Что это такое, Альбус?

Дамблдор нахмурился и слегка наклонился вперёд.

— Закрыт? — повторил он медленно. — Этого не может быть. Дом принадлежит Гарри. И, насколько я знаю, он не собирался менять защиту.

— Ну, видимо, он, все же, это сделал, — отрезал Северус. — Потому что сейчас туда точно не попасть никому.

Дамблдор задумался, его лицо приобрело серьёзное выражение. Он медленно провёл рукой по своей длинной бороде.

— Это... неожиданно, — наконец сказал он. — Но может объяснить многое.

— Объяснить что? — резко спросил Снейп. — Что именно ты хочешь этим сказать, Альбус?

— Возможно, наш мальчик пробует играть в собственную игру. И это тревожит меня больше, чем ты можешь себе представить, — тихо ответил Дамблдор.

Северус внимательно посмотрел на директора, пытаясь понять, что тот скрывает. Но Дамблдор, как всегда, о многом умалчивал.

— Если ты что-то знаешь, Альбус, — сказал Снейп, — то лучше скажи это сейчас, чтобы я не думал о Поттере, его смерти я не желаю.

— Сейчас мы все узнаем у самого Гарри.

Дамблдор встал, подошел к камину, потянулся к небольшой коробочке, стоящей на каминной полке, и, достав пригоршню зелёного порошка, бросил его в камин.

— Нора, вызов, — он произнёс чётко и громко.

Огонь вспыхнул ярче, окрасившись зелёным, и спустя мгновение в пламени появилась голова Артура Уизли. Его лицо выражало лёгкое удивление, но тут же озарилось приветливой улыбкой.

— Альбус! Северус! — воскликнул Артур. — Какая неожиданность. Чем могу помочь?

— Добрый вечер, Артур, — начал Дамблдор, его голос был, как обычно, мягок, но в нём звучала скрытая настороженность. — Надеюсь, мы не отвлекаю тебя от важных дел?

— Нисколько, — с улыбкой ответил Уизли. — Все сейчас заняты своими делами: Молли на кухне, дети тоже чем-то увлечены. Что-то случилось?

— Возможно, — медленно сказал Дамблдор, подбирая слова. — Я хотел бы поговорить с Гарри. Не мог бы ты позвать его?

Артур удивлённо моргнул.

— Гарри? — переспросил он, словно не был уверен, что правильно услышал.

— Да, — подтвердил Дамблдор, слегка кивнув. — Мне нужно обсудить с ним кое-что важное.

Лицо Артура приобрело выражение явной растерянности.

— Но… Гарри не у нас, Альбус, — наконец сказал он. — Он не приезжал в Нору на эти каникулы.

Дамблдор слегка подался вперёд.

— Как это не у вас? — спросил он, его голос всё ещё оставался спокойным, но теперь в нём слышалась нотка беспокойства. — Он ведь сказал Минерве, что собирается провести Рождество в Норе, с вашей семьёй.

Артур нахмурился ещё больше и качнул головой.

— Нет, он не приезжал, — уверенно сказал он. — Мы думали, что он остался в Хогвартсе. Рон говорил, что Гарри собирался остаться в замке на эти праздники.

— Это... странно, — сказал Дамблдор. — Он ничего не писал никому о том, почему не приехал и где он сейчас? И вы уверены, что его нет в Норе?

— Абсолютно, — ответил Артур. — Мы были бы счастливы принять его у себя, как всегда. Но он не присылал писем. Рону ничего не написал и, что странно, Молли отправила ему подарки, но сова принесла их обратно.

— Благодарю тебя, Артур, — сказал Альбус. — Пожалуйста, не беспокой Молли и остальных этим. Я уверен, что Гарри в порядке. Но если он появится или свяжется с вами, прошу, дай мне знать.

— Конечно, Альбус, — кивнул Артур. — Если что-то случилось, ты можешь рассчитывать на нас.

— Благодарю, мой друг, — мягко сказал Дамблдор, прощаясь.

— Так паршивец в замке? — уточнил Снейп.

— Спросим у Минервы, — ответил Альбус, отправляя Макгонагалл патронус с просьбой зайти, будучи уверенным, что Поттера в Хогвартсе нет...