Kass2010

Глава 41. В Запретном лесу

Added 2025-02-21 22:29:21 +0000 UTC

— Ловушка? — спросил Вэй Ин с озорной улыбкой, бросив взгляд на Лань Чжаня, когда они оказались вдвоем в своей спальне. В его голосе звучал явный предвкушающий тон.

— Думаю, да, — спокойно ответил Лань Чжань, не проявляя ни капли удивления.

— Ну, значит, повеселимся! — радостно объявил Вэй Ин, его глаза блеснули от возбуждения.

Лань Чжань бросил на чжицзи строгий взгляд, полный молчаливого неодобрения, но, как и всегда, промолчал. Он знал, что Вэй Ин был больше заинтересован в новом приключении, чем обеспокоен возможной опасностью.

— Драко не должен быть в лесу, — вдруг серьёзно сказал Вэй Ин. — Если он увидит что-то из наших техник или способностей, выходящих за рамки здешнего магического мира, он не оставит нас в покое. Это будет... проблематично. Да и подвергать его опасности было бы неправильно.

— Что делаем? — уточнил Лань Чжань.

— Талисман беспробудного сна, — ответил Вэй Ин. — Никто не сможет разбудить его до утра. Только Снейп знает о таких возможностях талисманов, но он сейчас недоступен. Я подозреваю, что неспроста. После позовем старост — пусть они переправят Драко в Больничное крыло.

Примерно так всё и получилось. Для начала заклинатели обездвижили Драко, затем переодели его в пижаму, ловко прилепив талисман на его нижнее бельё и прикрыв всё это пижамными штанами. После этого, с максимально невинным видом, сами явились в его спальню, чтобы «разбудить» Малфоя перед отработкой.

Джемма Фарли и Элфинстоун Урхарт, слизеринские старосты, сначала, вообще, с сомнением отнеслись к рассказу о странном наказании, но, учитывая, что Вэй Ин и Лань Чжань никогда не были замечены в обмане, всё же согласились отпустить их. Они даже попытались связаться с профессором Снейпом, чтобы уточнить ситуацию, но, конечно, это оказалось безуспешным.

Когда старосты увидели, что Драко не реагирует на попытки разбудить его, они забеспокоились. Урхарт, вместе с ещё двумя семикурсниками, понесли Малфоя в Больничное крыло, а Джемма, обеспокоенная странным состоянием Драко, решила сопроводить Вэй Ина и Лань Чжаня к назначенному месту сбора, чтобы объяснить всё Филчу.

— Значит, заболел, — хмыкнул Филч, явно не удивлённый таким поворотом событий. Завхоз, в целом, был настроен благосклонно к слизеринцам. — Пусть выздоравливает. А вы, мисс Фарли, возвращайтесь в гостиную. Здесь я сам за всем прослежу.

Джемма бросила на Вэй Ина и Лань Чжаня последний настороженный взгляд, но всё же ушла. Как только она скрылась за дверью, из замка вышли Невилл Лонгботтом и Шеймус Финниган. Первый выглядел так, будто вот-вот расплачется, а второй старался держаться, хотя его глаза выдавали страх.

— Идите за мной, — скомандовал Филч, зажигая лампу и указывая на тропинку, ведущую в сторону леса.

— Мы идём в Запретный лес? — голос Невилла дрожал от ужаса. — Но туда нельзя ходить даже днём, не говоря уже о ночи! Это же опасно...

Лонгботтом крепко схватил Финнигана за рукав, словно в поисках поддержки. Шеймус сглотнул, не в силах ничего ответить.

— Надо было раньше думать, перед тем как безобразничать, — назидательно проговорил Филч, наслаждаясь их страхом.

Когда все они спустились вниз к хижине Хагрида, из темноты вышел сам лесник. Его огромная фигура казалась ещё более пугающей в тусклом свете луны. В руках он держал огромный лук, а через плечо был перекинут колчан с массивными стрелами.

— Наконец-то, — проворчал он, глядя на собравшихся. — Я уж тут полчаса как жду. Небось из-за тебя опоздали? Лекции им читал? — обратился он к Филчу.

— Лекциями нарушителей дисциплины не пронять, Хагрид, — холодно ответил завхоз. — Наказанные доставлены для выполнения работы. Я вернусь к рассвету... и заберу то, что от них останется.

Филч скорчил угрожающую мину, видимо, довольный своим чёрным юмором, и, поковыляв, направился обратно к замку.

— Слушайте внимательно, — обратился Хагрид к первокурсникам. — Работа, которую нам сегодня предстоит выполнить, опасная. Мне не надо, чтоб с кем-то из вас случилось что-нибудь. За мной пошли.

Хагрид шагал впереди, держа в руке лампу, а рядом с ним уверенно трусил его пёс Клык. Следом за ними семенили Невилл и Шеймус. По их испуганным лицам было видно, что они с радостью оказались бы где угодно, лишь бы не здесь. За гриффиндорцами шёл Лань Чжань, как всегда спокойный и невозмутимый, его лицо оставалось бесстрастным. Замыкал процессию Вэй Ин, весело насвистывая какую-то мелодию, словно происходящее ничуть его не беспокоило. Однако время от времени он всё же бросал настороженные взгляды на Клыка, идущего в авангарде их отряда.

Хагрид подвел их почти вплотную к стене деревьев и указал на узкую тропинку, терявшуюся в черноте леса.

— Вон, смотрите... пятна на земле, видите? Серебряные такие, светящиеся? Это кровь единорога. Он раненый где-то там бродит. Мы должны его найти, помочь, подлечить или добить, если вылечить нельзя.

— А тот, кто ранил единорога, тоже там? — с невинным видом поинтересовался Вэй Ин. — Его нам поймать, а, если будет сопротивляться, тоже добить?

Невилл ойкнул и начал икать. Шеймус уставился на темного заклинателя, стараясь понять, говорит он серьезно или так шутит.

— Вот от тебя, Гарри, не ожидал! — обиженно проговорил Хагрид и всех заверил: — Нет в лесу никого такого, кто б вам зло причинил, если вы со мной да с Клыком сюда пришли. С тропинки не сходите — тогда нормально всё будет. Разделимся на два отряда и пойдём по следам в разные стороны.

— След один. Зачем в разные? — недоумевая, уточнил Лань Чжань.

— Сказано «в разные», так значит, надо. Вы, — лесник указал на Лонгботтома и Финнигана, — со мной пойдёте. А вам…

— Нет, только не собака! — быстро проговорил Вэй Ин, ныряя за спину Лань Чжаня.

Пёс, как назло, распахнул свою пасть, продемонстрировав внушительные клыки.

— Никто не нужен, — гусуланец выставил вперёд руку, подняв ладонь. — Мы сами.

— Хорошо, — пожал плечами Хагрид. — Значит, так: Невилл и Шеймус со мной и Клыком пойдут, а ты, Гарри, и ты, прости, не запомнил, уж очень имя у тебя трудное, сами. Вот, хоть фонарь возьмите. Кто найдёт единорога, посылает вверх зелёные искры, поняли? Ну всё, поосторожнее будьте... а сейчас пошли, пора нам.

Тропа, едва начавшись, сразу разделилась. Вэй Ин и Лань Чжань двинулись направо, Лонгботтом, Финниган, Хагрид и Клык пошли налево.

Темнота Запретного леса казалась почти осязаемой, как густой дым, сквозь который с трудом пробивался тусклый свет луны. Вэй Ин и Лань Чжань шагали по извилистой тропинке, их шаги были бесшумны, как у опытных охотников. Как только второй отряд скрылся из виду, заклинатели остановились.

— Пора, — кивнул Вэй Ин, скидывая школьную мантию. Под ней оказался его привычный тёмный костюм с почти незаметными защитными рунами, которые поблёскивали в свете луны. Он потянулся, разминая плечи, и повернулся к Лань Чжаню. — Ну вот, теперь совсем другое дело!

Лань Чжань, молча сняв мантию, оказался в своём белоснежном одеянии. Чистота и изящество его наряда резко контрастировали с мрачной и пугающей обстановкой леса. Он поправил ленту на лбу и достал Бичень.

— Ваш гусуланьский белый цвет здесь... — хмыкнул Вэй Ин и покачал головой, доставая свою флейту. — Как в ночи светящийся знак "я здесь". Хотя... тебе он очень идёт. Жаль испачкается.

— Защищен, — коротко бросил Лань Чжань. — Будь серьезней.

— Ах да, ты же всегда всё предусматриваешь, — с лёгкой усмешкой сказал Вэй Ин. — Но ты прав, сейчас не до шуток.

Темный заклинатель поправил на поясе Суйбянь и Чэньцин, а волшебную палочку оставил в руке, передав фонарь Лань Чжаню, тот все равно светился сквозь деревья и без него.

Заклинатели, наконец, двинулись дальше, их оружие было готово к бою, а шаги стали ещё тише. Лес вокруг становился всё более зловещим. Ветви деревьев тянулись к ним, словно когтистые лапы. Вэй Ин шёл чуть позади Лань Чжаня, иногда оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что за ними никто не идет.

— Ты взял мешочек "темницу для духов"? — вдруг спросил Вэй Ин, нарушив тишину.

Лань Чжань достал его из рукава.

— Здесь, — коротко сказал он, продемонстрировав артефакт, затем, пряча его обратно.

— Отлично! — с энтузиазмом произнёс Вэй Ин, его глаза загорелись азартом. — Сегодня идеальный момент, чтобы выбить дух из Квиррелла. Нельзя упускать такой шанс.

— Согласен, — тихо отозвался Лань Чжань.

— Знаешь, я даже рад, что нас отправили нарочно сегодня сюда. Не нужно прятаться или таиться.

Лань Чжань молча кивнул. Его взгляд был прикован к тропинке впереди, где деревья становились всё гуще, а воздух словно становился тяжелее. Что-то в нем появилось недоброе.

— Мы близко, — наконец произнёс он, остановившись.

Деревья окончательно преградили им путь, а пятен крови стало гораздо больше. Все корни деревьев здесь были забрызганы жидким серебром, словно бедный единорог, обезумев от боли, метался из стороны в сторону.

Вэй Ин всмотрелся вперед, сквозь толстые ветви стоявшего перед ними древнего дуба.

— Смотри, там поляна!

Заклинатели пробрались сквозь густые заросли, осторожно отодвигая ветви, чтобы не потревожить тишину леса. Впереди перед ними открылось небольшое пространство, залитое бледным лунным светом. В центре поляны лежал мёртвый единорог. Это была одновременно величественная и трагическая картина.

Его тело было неподвижным, но даже в смерти оно сохраняло свою возвышенную красоту. Длинные, изящные ноги были сложены под неестественным углом, словно он упал в прыжке в последний миг своей жизни. Грива, переливающаяся жемчужным светом, рассыпалась по траве, напоминая нежный шёлк. Его рог, всё ещё излучал слабый свет, будто сопротивляясь навсегда для него наступившей тьме.

И повсюду жидкое серебро. Кровь стекала и собиралась в небольшие серебристые лужицы на земле, отражая свет луны.

Вэй Ин вздохнул. Его лёгкая улыбка исчезла.

— Даже после смерти прекрасен, — тихо сказал он, глядя на единорога.

Лань Чжань ничего не ответил. Он стоял рядом, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалась печаль.

— Будь готов, — на грани слышимости прошептал темный заклинатель, сменив палочку в руке на флейту отступая в тень деревьев.

Лань Чжань взял в левую руку ножны с мечом, а правую палочку. Его прямая спина была безупречной, а взгляд — сосредоточенным.

Послышался шорох. Кусты на другом конце поляны зашевелились. Из них появилась фигура, облаченная в длинный черный балахон с наброшенным на голову капюшоном. Квиррелл крался к единорогу, как зверь, стремящийся поживиться своей поверженной добычей. Он не заметил заклинателей, подошел к мертвому животному, опустился на колени и склонился над огромной рваной раной в боку единорога. И... начал пить кровь.

Заклинатели замерли, пораженные увиденным, но лишь на мгновенье.

— Начнем? — одними губами спросил Вэй Ин, взглянув на Лань Чжаня.

— Вперёд, — коротко ответил тот, взмахивая палочкой. — Петрификус тоталус!

Промахнуться с тех метров в спину профессора было невозможно. Но для надежности Вэй Ин бросил в него обездвиживающий талисман и, убедившись, что Квиррелл больше не движется, он поднёс к губам флейту и заиграл "Призыв". Ноты этой мелодии были не просто звуками, а мощным оружием, способным управлять даже самыми непокорными духами.

Но дух, засевший в профессоре, был, видимо, очень силен. Он смог заставить тело сбросить заклинание и сопротивляться силе талисмана. Дергаясь, фигура в балахоне медленно поднималась.

— Дай мне поговорить с ними... Я хочу видеть, кто это, и чтобы они видели меня... — проговорил резкий голос, совсем не похожий на тот, что принадлежал профессору ЗоТИ.

— Но, повелитель, вы ещё недостаточно сильны! — запротестовал Квиррелл.

— У меня достаточно сил... — отрезал второй голос. — Для этого вполне достаточно...

Заклинатели в изумлении замерли и смотрели, как Квиррелл снял капюшон и начал разворачивать свой тюрбан. Наконец, ткань упала на землю. Там, где у всех обычных людей должен был находиться затылок, у Квиррелла было лицо! Отвратительное, уродливое. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей — узкие щели, как у змеи.

— Вы кто? — проговорило лицо, крайне удивленное внешним видом заклинателей.

— Потом познакомимся, — сообщил духу Вэй Ин и заиграл "Призыв", вкладывая в мелодию больше сил, взгляд его стал сосредоточен, а движения пальцев точны и быстры.

Лань Чжань стоял рядом, держа на готове в руках "темницу для духов", открыв мешочек. Он был готов поймать в нее дух, засевший в голове Квиррелла, но, если тот окажет сопротивление, пустить в ход Бичень. Тело профессора уже было мертво или близко к этому, а из отсеченной головы призвать дух будет проще.

Мелодия, которую играл Вэй Ин, становилась всё резче, вызывая в памяти Лань Чжаня не самые приятные воспоминания: Безночный город, армия мертвецов, многочисленные смерти, море крови... Сила, вложенная темным заклинателем была так велика, что под ногами начала заметно вибрировать земля.

Квиррелл схватился за голову. Второе лицо в его затылке исказилось, словно невидимая рука его сминала как тесто. Звуки флейты вытягивали дух из захваченного им тела.

— Нет... НЕТ! — это кричал не профессор, а Воландеморт.

Из головы Квиррелла начал струйкой течь чёрный дым. Мелодия становилась всё резче и громче, наполняясь властной силой. Глаза Вэй Ин блеснули алым цветом. Струйки дыма становились шире и гуще, истекая из головы профессора без остановки, не в силах сопротивляться приказу флейты, собираясь в нечто более плотное, почти осязаемое, как тёмная субстанция.

— Лань Чжань! — воскликнул Вэй Ин, на мгновение прервав игру.

А гусуланец уже был готов. Его лицо оставалось бесстрастным, но рука, сдержащая открытый мешочек, была твёрдой, а взгляд — решительным. Он поднял ловушку, поднося её прямо к тёмной сущности.

Тело Квиррелла начало падать, и он закричал. Исход тьмы из него прекратился. Её сгусток медленно, но неизбежно двигался к ловушке, втягивалась в её центр.

— Почти... — прошептал Лань Чжань.

Вэй Ин, кивнул, не отрываясь от игры. Вот вся чернота полностью оказалась внутри "темницы для духов". Ловушка сомкнулась и запечаталась. Мелодия достигла своего апогея и смолкла. На мгновение всё вокруг замерло. Тишина вновь окутала поляну, как будто сам лес затаил дыхание.

Тело Квиррелла лежало неподвижно рядом с убитым единорогом.

Лань Чжань на вытянутой руке показал мешочек своему чжицзи и тихо сказал:

— Готово.

Вэй Ин отнял флейту от губ и глубоко вздохнул. Его лицо стало расслабилось, алое пламя в глазах начало затихать, а лёгкая улыбка скользнула по губам.

— Отличная работа, Лань Чжань, — сказал он, поворачиваясь к гусуланьцу.

— Вэй Ин всё сделал, — показал тот головой.

— Теперь мы его допросим. Узнаем, где он порастерял другие свои части. Найдем их, и отправим вместе с ним туда, где ему место. И, знаешь, что потом будет?

— Что?

— Нас вернут домой! Ты представляешь, ДОМОЙ!

Лань Чжань вздохнул, убирая мешочек в рукав. Он слабо верил, что всё будет так просто. Но шаг на пути к возвращенгию они точно сделали.

Неожиданно раздался стук копыт. На поляне появился кентавр. Молодой, с белокурыми волосами, белым телом в черных пятнах и большими поразительно синими глазами, напоминавшими бледные сапфиры. Он оглядел пространство, заметив и мертвого единорога, и профессора в черном балахоне, в пятнах серебристой крови и двух детей в странных нарядах с оружием.

— Марс сегодня яркий, — проговорил он, переведя растерянный взгляд на темное небо, а потом, на заклинателей.

— С вами все в порядке? — спросил кентавра, Вэй Ин.

— Да, спасибо, — неуверенно пробормотал он в ответ. — А что это здесь было?

Темный заклинатель развел руками, а Лань Чжань, успевший спрятать мешочек в рукав, взмахнул палочкой, послав в небо зеленые искры.

— Кстати, меня зовут Флоренц, — флегматично сообщил кентавр, наблюдая за тем, как дети, куда-то спрятав все лишнее, накинули на себя школьные мантии и превратились в обычных учеников. — Вы умеете ездить верхом? Могу подбросить до Хогвартса...