Kass2010

Глава 15. Вести расходятся по Средиземью

Added 2025-02-09 18:39:20 +0000 UTC

Эребор, Рованион

Королевство под горой почти полностью восстановило свое величие. Казалось, все тяготы и заботы должны были уйти, но сегодня внутри горы снова воцарилось напряжение. В зале, предназначенном для Советов, царила гнетущая тишина. Торин II Дубощит, Король под горой, сидел на троноподобном кресле с выражением глубокой сосредоточенности на лице. Его пальцы барабанили по подлокотникам, а взгляд был устремлён на Балина, читающего свиток, развернутый перед ним. Это было послание из Лесного королевства. Вести были тревожные. Камень государя возложил на Торина не только бремя верховной власти, даже Даин Железностоп, несмотря на свои амбиции, вынужден был склонить голову перед Королем под Горой, но и ответственность за всех гномов Средиземья.

Рядом с Торином стояли Балин и Двалин, его верные советники, которые сопровождали его на протяжении многих лет изгнания из Эребора. Балин, более старший и мудрый из двух братьев, задумчиво поглаживал свою длинную белую бороду, тогда как Двалин, с его суровым взглядом и шрамами, пересекающими лоб, выглядел готовым броситься в бой прямо в этот же миг.

— Это плохие новости, Торин, — наконец произнёс Балин, нарушив тишину. Его голос был глубоким, но мягким. — Истерлинги уже давно мечтали переселиться из скудных степей дальше на запад. Если это правда, то их армия может оказаться угрозой для всех.

Балин еще был расстроен новостями по личным причинам. Он планировал поход в Кхаазад-дум, собираясь окончательно очистить там все от остатков сил зла и стать его правителем. Новости о нашествии степного народа были очень не кстати.

— "Угроза для всех, кроме нас", — проворчал Двалин, скрестив руки на груди, глядя на Торина. — Эребор — крепость, которую не взять. Особенно кочевникам. Пусть они попробуют сунуться сюда.

— А что насчёт Железных холмов? — спросила Дис, сестра Торина, сидевшая напротив брата с сыновьями Фили и Кили справа и слева от нее. Её голос был твёрдым, но в нём не было резкости, присущей её брату. — Мы позволим нашим братьям-гномам сражаться в одиночку против моря степняков, сидя в своей горе?

— Даин — не брат нам, — буркнул Двалин, бросив взгляд на короля. — Или вы забыли, как недавно он собирался занять твой трон, Торин? Забыл, как собирался выбить нас отсюда, пока мы были слабы? Если бы не эльфы и маги...

— Я ничего не забываю, Двалин, — резко ответил Торин, выпрямляя спину. Его глаза, сверкающие глубоким синим цветом, были полны решимости. — Но сейчас речь идёт не о старых обидах. Если Железные холмы падут, истерлинги просто "перешагнут" через них и пойдут дальше. Под удар будут попадать любые земли на их пути. Если они пройдут мимо Эребора и Лесного королевства, под ударом окажется Лориэн, чьи эльфы пришли нам на помощь, когда Даин привел свои войска. А они не были обязаны этого делать. Договор у нас только с Трандуилом.

— Дядя, это вопрос чести, — кивнул Фили, старший из двух племянников Торина, наследник короля. Его голос звучал уверенно, несмотря на молодые для гнома годы. — Если мы не поможем Железным холмам, мы потеряем уважение всех гномов.

— Истерлингов нельзя недооценивать, — заметил Глоин, который сидел по левую руку от Торина. Перед ним лежали пухлые папки с записями по учету и счетами. Он был назначен главным казначеем Эребора, и его заботило не только политическое будущее королевства, но и его богатства. — Если их действительно так много, как говорят, то они могут просто раздавить войско Даина числом, и Железные холмы могут не устоять.

— Это точно не ловушка? — вмешался Нори, который, вместе с Бофуром, отвечал за безопасность Королевства под горой. Он с подозрением относился ко всему. — Может это все устроил Даин? Пустил слух о нашествии степняков и специально заманивает нас на свою территорию, чтобы там всех перебить и снова предпринять попытку захватить Эребор?

— Он может быть хитёр, но не тупая кирка, чтобы устроить такое, — возразил Бофур, поправляя свою шляпу. — Угроза реальна, а Даин слишком горд, чтобы просить нас о помощи.

Бофур и не знал, насколько был прав. На Даина его поход к Эребору, и, особенно то, чем он для него закончился, произвел сильное впечатление. Он до сих пор вздрагивал, когда встречался с командиром полусотни Тодрином, с которым провел два незабываемых дня в хижине тренировочного лагеря в качестве гномки. Он несколько раз порывался отправить похитителя королевской чести куда-нибудь подальше с "убийственным" поручением, но этот наглый полусотник был его дальней родней, а гномы родней не разбрасываются. И ожидать, что Железностоп будет разумен и позвонит на помощь гномов Эребора, не было никакого смысла.

— Мы не можем сидеть сложа руки, — заявила Дис, глядя на брата. — Ты — Король под горой, ты Государь гномов, признанный Камнем. Это вознесло тебя высоко, возможно, выше всех наших предков, исключая, разве, самого Дурина. Ты должен принять решение, но знай, что если мы оставим Железные холмы без поддержки, это будет пятном на нашей чести. Я не позволю, чтобы о тебе говорили, что Король под Гором отвернулся от своих братьев.

Тишина снова повисла в зале. Торин поднялся со своего кресла, его фигура казалась ещё более внушительной, чем обычно. Он посмотрел по очереди на каждого из собравшихся, внимательно изучая их лица.

— Мы отправим в Железные холмы отряд, — сказал он наконец. Его голос был твёрдым, как камень. — Это будет сотня гномов. Мы не можем рисковать безопасностью Эребора, оставляя его без защиты. Балин, ты займёшься планированием. Двалин, выбери лучших воинов. Глоин, выдели средства на снаряжение. Фили, ты возглавишь отряд. Я бы сделал это сам, но боюсь, что все будут против этого. Это будет твой первый самостоятельный настоящий поход в качестве наследника. Я знаю, что могу на тебя положиться.

— Я не подведу тебя, дядя, — ответил Фили, чьи глаза загорелись энтузиазмом.

— Стоп, а как же я? — воскликнул обиженно Кили.

— А ты останешься в Эреборе. Я не могу рисковать сразу двумя моими наследниками, — ответил Торин, приняв это решение под давлением яростного взгляда своей сестры.

Совет был завершён. Торин остался в Зале Совета один. Он знал, что решение было правильным, но не мог избавиться от тяжести сомнений. Любая война всегда оставляла раны, и он боялся, что эта может оставить слишком глубокие.

Минас Тирит, Гондор

Минас Тирит, возвышавшийся над равниной Пеленнора, сиял в лучах утреннего солнца. Но за его стенами, в залах королевского дворца, бывшего еще недавно дворцом наместника, было совсем не спокойно.

В главном зале, где из окон открывался вид на Белое Древо, величественно возвышавшееся на площади верхнего яруса, собрались все значительные фигуры Гондора. На длинном дубовом столе была развернута большая карта королевства. Сложные линии трактов и рек, горы, леса, крепости и города — всё было отмечено на ней. Взгляд Рудольфуса сейчас был прикован к той её части, обозначенной как Итилиэн.

Лестрейндж, как супруг матери короля, фактически исполняющий обязанности регента, возглавлял совет вместе с наместником Эктелионом, с которым они быстро нашли общий язык и радели об интересах Гондора и короля, а не о личной выгоде.

На Руди был эльфийский тёмно-синий плащ с богатой серебряной вышивкой, свадебный подарок Трандуила. Длинные волосы, собранные в хвост, и гладкое безволосое лицо (от привычки пользоваться бритвенными чарами маг не собирался отказываться в любом из миров) делали его в глазах гондорцев, поголовно носивших бороды, похожим на эльфа. Поэтому многие относились к нему с недоверием, не считая того, что он взялся непонятно откуда и женился на вдове отца короля.

Лестрейндж всё это замечал, но не считал нужным меняться в угоду кому-либо. Единственной уступкой было то, что он согласился на обращение исключительно по имени. Фамилии в Средиземье были не в ходу, да и "Лестрейндж" выговаривалось и эльфами с трудом. Всем своим видом Руди излучал уверенность, но взгляд его серых глаз был насторожен.

Перед Рудольфусом лежало письмо от короля Трандуила, доставленное из Лесного королевства. Послание принесло тревожные вести: истерлинги выступили на запад, и их орда могла обрушиться и на земли Гондора.

Рядом с Лестрейнджем, по правую руку, сидел Эктелион, наместник, чья мудрость и верность королю и Гондору были неоспоримы. Он был человеком строгих правил, с острым взглядом, который, казалось, видел каждого насквозь. Эктелион был одним из немногих, кто открыто поддерживал Руди.

По другую сторону стола стояли главные оппоненты регента короля: главный казначей Адунабел и начальник Стражи Цитадели Барзагар. Адунабела настраивала против короля и регента всё та же Анкалимэ. Интриганка всё еще надеялась на то, что благодаря какой-нибудь неслучайной случайности юный король долго не проживет. Эктелион к тому времени утратит свой авторитет, уж она-то позаботится, и тогда... О том, что будет тогда, супруга главного казначея Гондора, троюродная сестра наместника Эктелиона, пока не позволяла себе мечтать. Её планы сейчас касались текущих дел, а это означало создание помех любым планам регента. Анкалимэ жалела, что она сама не может присутствовать на совете. Адунабел не отличался быстротой принятия верных решений в соответствии с ситуацией.

— Его величество король Лесного королевства Трандуил сообщает нам, что Гондор может оказаться в опасности. — Наконец заговорил Руди. Его голос был глубоким и ровным. — Истерлинги идут на запад. Мы должны подготовиться, укрепить границы и обсудить планы противостояния нашествию степняков с возможными союзниками.

— Укрепить границы? — резко перебил Барзагар, голосом, полным презрения. Он указал рукой на карту. — Обсудить планы с союзниками? Это с кем же? Уж не с эльфами ли? Гондор всегда справлялся со своими врагами сам, выступая им на встречу.

— Сейчас это не лучшее решение. Границы велики, невозможно послать войска одновременно в разные стороны, — вмешался Эктелион. — Вероятнее всего, враг нападет со стороны Итилиэна. Там только небольшой отряд пограничной стражи охраняет Харадский Тракт. Если истерлинги захватят Итилиэн, они получат плацдарм для нападения на Осгилиат и, в конечном счёте, на Минас Тирит. Мы не можем игнорировать эту угрозу.

Руди кивнул, его взгляд был сосредоточен на карте. Он взял угольную палочку и отметил Итилиэн жирным чёрным крестом. Его рука замерла на миг, а затем он провёл линию от Минас Моргула до Осгилиата.

— Это Минас Моргул, — пояснил Эктелион. — Когда-то это была наша первая столица, сияющий Минас Итиль, построенный Исильдуром, чтобы защищать границы Гондора. Потом он был превращён в логово тьмы. Если истерлинги пройдут через Итилиэн, они смогут переправиться через Андуин по броду к Осгилиату. Там есть гарнизон, но он небольшой. Мы должны увеличить отряд и количество патрулей у границы, иначе враг быстро прорвётся к самому сердцу королевства.

— Согласен, — кивнул Руди. — Нет возражений?

— Есть, — тут же отозвался Адунабел. — Мы не можем позволить себе действовать поспешно. Нужно созвать расширенный Совет, собрать больше мнений.

Руди сжал в руке угольную палочку, которая тут же переломилась. Почему бы этим двоим случайно не упасть вниз со стен Минас Тирита? В расширенном составе Совета было свои преимущества: он состоял из личностей, близких наместнику, их будет гораздо проще убедить следовать выработанному плану. В данный момент ему можно и уступить.

— Пусть будет так, — сказал Лестрейндж. — Но помните: каждый потерянный день приближает нас к катастрофе.

Руди вышел на площадь и подошёл к парапету. Его взгляд устремился на Пеленнорскую равнину. Вдали мерцал Андуин. Он думал о том, как победить враждебность по отношению к эльфам со стороны людей. Они стали бы надежными и сильными союзниками Гондора.

Фалас, Дорвинион

Буквально через два дня после отбытия странной делегации, возглавляемой принцами Лесного королевства, Волчко — глава Совета Дорвиниона — вызвал к себе воеводу Нареса и Вайса, лидера объединения ремесленников. В просторном зале Совета, украшенной резными колоннами и фресками, изображающими виноградники и сцены из истории Дорвиниона, Волчко с хитрым прищуром обвел собравшихся взглядом.

— Так, господа, слушайте внимательно, — начал он, приглаживая бороду. — Саурона нет. В Средиземье сейчас, наверняка, разброд и шатание. Это самое время улучшить наши геополитические позиции.

— Улучшить что? — нахмурился Нарес, тяжелый меч которого звенел о перевязь, когда он наклонился ближе к столу.

— Он имеет в виду, что мы можем сейчас прихватить земли за морем, — пояснил Вайс, привычно беря на себя роль переводчика сложных идей для воеводы. Его голос звучал спокойно, но глаза горели азартом. — В Гондоре нет короля. Наместнику мы не подчиняемся. А если мы выйдем к Андуину, то сможем вести торговлю напрямую с дальними партнёрами. Представьте! Наши вина в Хараде, а может, и ещё дальше. Захватим земли по обе стороны Харадского тракта и Итилиэн. Как вам такой план?

Нарес, хоть и не знал, что такое "геополитические позиции", но карту Средиземья представлял себе хорошо. Он нахмурился, покачал головой и указал на воображаемую линию на столе.

— А вас не смущает, что по одну сторону тракта Пепельные горы? За ними — Мордор и Барад-дур. А если пройти дальше, к Итилиэну, то там находится Мораннон?

— Саурона больше нет, — насмешливо протянул Волчко и хихикнул. — Сколько раз нужно повторять? С ним покончено. Все так говорят.

— Это те парни из Лесного королевства так сказали, — мрачно возразил Нарес. — А что на самом деле творится там, за горами и трактами, никто не знает. Может, там остались его слуги. Может, этот Мордор вовсе не так пуст, как нам кажется.

— Боишься выйти за границы Фаласа? — Волчко подался вперёд, его тон стал едким. — Мы ведь отправляли разведчиков в Итилиэн. Они ничего не нашли. Там нет ни гарнизонов, ни военных отрядов. Просто горстка людей, которые привыкли жить в тени войны. Им без разницы, кто будет править. Мы просто скажем им, что теперь они не под Гондором, а под Дорвинионом. Думаю, они даже обрадуются.

Нарес прищурился, но промолчал. Ему не нравилась эта идея — слишком рискованной она казалась.

Вайс же поддержал Волчко:

— Давайте смотреть правде в глаза. Сколько ещё наши соседи будут смотреть на нас как на маленькое непонятно что, известное только своим вином? Если мы хотим стать настоящим государством, с которым будут считаться, нам нужен выход к Андуину. Это не просто торговый путь, это путь к будущему процветанию. А земли Южного Итилиэна — плодородные, тёплые, благословенные. Мы можем организовать там новые виноградники и поселения для наших людей.

— Земли-то хорошие, — пробормотал Нарес, но всё ещё выглядел угрюмо. — Если там действительно нет войск, почему бы не попробовать? Но вы должны понимать: если что-то пойдёт не так, это будет катастрофа.

Волчко улыбнулся, чувствуя, что практически убедил воеводу. Он встал и проговорил громче:

— Тогда решено. Мы начнём готовить стражу и объявим призыв добровольцев. Всем, кто присоединится к походу, пообещаем щедрые наделы земли в Южном Итилиэне. А если кто-то захочет нам помешать, мы покажем, что Дорвинион умеет не только выращивать виноград.

Сборы начались немедленно. Стражу разделили на боевые отряды, а по всему Фаласу и окрестным городам объявили о призыве. Добровольцы стекались к столице, привлечённые обещаниями земли и процветания. Улицы наполнились гулом — в кузницах ковали оружие, в мастерских готовили доспехи, а купцы снаряжали подводы с провизией. В отряды записывались как молодые, так и возрастные мужчины, надеясь обрести новую жизнь на плодородных землях Южного Итилиэна.

Вскоре несколько кораблей с вооружёнными людьми отплыли от пристани Фаласа. Их курс лежал через море Рун, к противоположному берегу. Оттуда они намеревались направиться к границам Гондора, через Пепельные горы и Харадский тракт.

Воевода Нарес лично стоял на палубе одного из судов, наблюдая, как за кормой проплывают холмы Дорвиниона. Это был первый в его жизни военный поход, и он очень надеялся на его успех.

Но не все в Дорвинионе разделяли энтузиазм главы Совета. Старшего общины авари Хисильдиэна не привлекли к принятию решения о захвате Итилиэна. Эльфы не считали этот поход хорошей идеей. Земли у них и так было достаточно, поэтому почти никто из авари не участвовал в походе. В тихих уголках Фаласа люди шёпотом обсуждали, что эльфы не зря остались в Дорвинионе. Видимо, они что-то знали.

Пребывая в приподнятом настроении, глава Совета Волчко был изрядно удивлен, когда ему доложили, что его снова желают видеть принцы Лесного королевства. Что-то они зачастили в Дорвинион...

=====================

Кха́зад-ду́м — (Khazad-dûm) — огромный подземный город-государство гномов, расположенный в Мглистых горах под тремя пиками — Келебдилем, Карадрасом и Фануидолом. Эльфы назвают его Мориа.

Минас Итиль был построен Исильдуром у подножия Эфель Дуат (горный хребет, западная и южная границы Мордора) при входе в перевал Кирит Унгол в начале Третьей Эпохи Средиземья. В 2002 году Третьей Эпохи Минас Итиль был захвачен назгулами во главе с Королём-чародеем после двухлетней осады. С тех пор крепость стала известна под именем Минас Моргул, превратившись в западную твердыню Тёмного Властелина Саурона и его главный плацдарм для войны против всего Средиземья.

Мораннон, также известные как Черные врата Мордора,

Харадский Тракт — дорога через Итилиэн из Харада к Чёрным Вратам Мордора. Харадский Тракт начинался на дальнем юге Средиземья. Он пересекал реку Харнен, входил в Южный Гондор и далее через Броды Пороса в Итилиэн. Тракт шёл вдоль границе Мордора.

Итилиэн был прекрасной зелёной землей, садом Гондора, лежавшей у границ Мордора. Армии Врага много раз проходили через эту землю, но, тем не менее, она сохранила свою красоту.

Карта 1, к началу главы, где гномы принимают решение