Kass2010

Глава 12. Где объект А летает, боится и получает подарок

Added 2025-02-09 01:34:15 +0000 UTC

Северус Снейп тихо прикрыл за собой дверь комнаты Аурелиуса. Мальчик выглядел уставшим и ослабленным после ритуала, но, к счастью, зелья, которые он приготовил заранее, уже начали действовать, восстанавливая силы маленького волшебника. Северус сел на край кровати, и с легкой улыбкой наблюдал, как его новый сын, укутанный в одеяло, пытался бороться со сном.

— Отец, почему я стал наследником Принц? Это ведь не должно было случиться, да? — Аурелиус слегка улыбнулся, зевая, и посмотрел на Северуса. Его голос звучал слабо, но любопытство пробивалось сквозь усталость. И была еще одна причина, по которой ему хотелось поговорить перед сном. Ему нравилось произносить слово "отец". Оно было для него новым, но таким желанным и правильным. Раньше у него не было никого, к кому он мог бы так обратиться, а теперь он чувствовал, что это слово наполняет его сердце теплотой и спокойствием.

Северус слегка нахмурился. Он ожидал, что Аури его спросит об этом, но не думал, что так скоро.

— Это… сложный вопрос, — начал он осторожно, — но я попытаюсь объяснить.

Аури подавил новый зевок, сосредоточившись взглядом на мужчине. Он был слишком любопытен, чтобы так просто заснуть.

— Фамилия Принц принадлежит моей матери, — начал Северус. — Её звали Эйлин Принц. Она была чистокровной ведьмой из древнего рода. Но её жизнь сложилась… неудачно.

Его голос стал немного тише и печальнее.

— Эйлин вышла замуж за моего отца, Тобиаса Снейпа, обычного человека. Это был её выбор, но он не понравился её семье, особенно лорду Октавиусу Принцу — моему деду. Он не смог смириться с тем, что его дочь связала свою жизнь с маглом. Он считал, что для рода Принц это позор.

Аури внимательно слушал, изо всех сил стараясь не зевать и не закрывать глаза.

— И что случилось? — спросил он тихо.

Северус вздохнул, его тёмные глаза устремились куда-то вдаль, будто он вспоминал что-то из своего собственного детства.

— Дед не признал меня своим внуком, — сказал Северус, и в его голосе появились едва уловимые горькие нотки. — Для моего деда я был… никем. Каким-то полукровкой.

Аурелиус нахмурился, его маленькие руки сжались в кулаки под одеялом.

— Но это же несправедливо! — воскликнул он. — Вы ведь его внук, какая разница, кто ваш отец?

Северус посмотрел на мальчика и усмехнулся.

— Магический мир редко бывает справедлив, Аури, — сказал он. — Особенно, когда дело касается чистокровных родов. Тебе еще предстоит многое узнать о мире волшебников.

Мальчик немного помолчал, обдумывая услышанное.

— А почему тогда я стал наследником? — спросил он после паузы.

Северус ненадолго задумался, прежде чем ответить.

— Думаю, всё началось с того ритуала, который мы провели с артефактом личины, — сказал он. — В твоём нынешнем теле уже была моя кровь. Пусть и немного. А затем… Магия решила, видимо, сделать подарок роду Принц, и во время ритуала усыновления заставила меня отдать больше крови, чем мы изначально планировали. — Он посмотрел на мальчика, его взгляд был серьёзным. — Теперь ты мой сын, но не просто Аурелиус Снейп, ты еще и Принц.

Мальчик, все таки, не удержался и зевнул, потом улыбнулся. Глаза его начали закрываться.

— Знаете, раньше моя жизнь была такая… скучная, — сказал он, и с каждым словом его голос звучал всё тише и тише, — а теперь каждый день что-то новое. Чудеса, сюрпризы…

Аури замолчал, окончательно проваливаясь в сон, но всё ещё держась за руку Северуса. Мужчина осторожно высвободился из его маленькой ладони, поправил одеяло, убрал свет, оставив лишь огонёк ночника и поднялся с кровати. Он задержался, наблюдая за спящим мальчиком. В его глазах читалась непривычная для зельевара теплота.

— Спи, сын, — тихо сказал он, прежде чем выйти из комнаты.

В гостиной его уже ждал Люциус Малфой. Он стоял, прислонившись к стене, с лёгкой усмешкой на лице.

— Давай поспорим, как скоро ты получишь письмо от своего дорогого деда, — сказал он, его голос был наполнен лёгкой иронией.

Северус бросил на него холодный взгляд.

— Я против того, чтобы Аурелиус взваливал на себя ответственность за род Принц, — ответил он резко. — По факту он не имеет к Принцам никакого отношения. Достаточно того, что он уже последний в роду Поттеров. У Принцев тоже никого не осталось, кроме старого Октавиуса. Наследник, когда лорд наконец шагнёт за грань, и здесь останется последним в роду. Зачем ему это? Да не признаю Октавиуса Принца своим дедом, также, как он не признаёт меня своим внуком.

Люциус лишь усмехнулся, его серые глаза блеснули.

— О, я уверен, что он скоро передумает, — сказал он. — У тебя теперь есть наследник, пожалованный роду самой Магией. Никто в здравом уме не стане перечить её воле. Интересно, сколько времени ему потребуется, чтобы протянуть руку к тому, кого он отверг?

Северус не ответил, встал, гневно посмотрел на Малфоя и вышел. И всё же, даже несмотря на свою решимость, он знал, что Люциус, скорее всего, прав. Магия сделала свой выбор. Только вот Северус не собирался так легко прощать того, кто столько лет что его не существует.

***

Утро следующего дня в Малфой-мэноре началось на удивление спокойно. За завтраком царила непринуждённая атмосфера. Аури, несмотря на тяжёлый минувший день, выглядел свежим и полным сил. Северус отметил про себя, как быстро дети восстанавливаются после магических ритуалов. Он украдкой наблюдал за мальчиком, который, несмотря на всё свое старание выглядеть сдержанным, явно наслаждался вкусной едой и беседой с Драко.

— Как ты себя чувствуешь, Аурелиус? — спросила Нарцисса, аккуратно отпивая чай. Её голос был мягким, почти материнским.

— Очень хорошо, — ответил Аури с лёгкой улыбкой. — Я даже не думал, что так будет.

— Дети всегда легче переносят магические ритуалы, — заметил Северус. — Твой организм молод и полон сил, так что это неудивительно.

Драко, посмотрел сначала на крестного, потом на родителей, и предложил Аурелиусу:

— А хочешь полетать на метле?

Аури удивлённо уставился на него.

— На метле? — переспросил он, будто не веря своим ушам. — Это не сказки? Волшебники действительно летают на мётлах?

— Конечно, — усмехнулся Драко. — У меня есть детские метлы. Они, к сожалению, не поднимаются выше двух метров и летят медленно, но для начала подойдут.

— Это... это возможно? — в глазах Аури загорелся огонёк восторга.

— Возможно, — подтвердил Люциус, сидевший во главе стола. — У моего сына их столько же, сколько у меня лошадей в конюшне. Если не больше.

Аури посмотрел на Северуса.

— Можно, отец? — спросил он, с лёгкой неуверенностью.

Снейп слегка приподнял бровь, строго произнес:

— Только если ты будешь соблюдать меры предосторожности, — сказал он. — Я не собираюсь варить котел Костероста из-за чьей-то беспечности.

Счастливая улыбка озарила лицо Аури, и он тут же вскочил из-за стола, готовый следовать за Драко.

***

Парк Малфой-мэнора был прекрасен в любую погоду, но сегодня особенно. Солнечный свет играл на зелёной траве, а лёгкий ветерок приносил ароматы цветов из сада. На одной из просторных лужаек мальчики готовились к полётам. Драко, с видом опытного наставника, объяснял другу, как садиться на метлу, держаться на ней и управлять полётом.

— Не бойся, — говорил он, показывая, как правильно взять метлу. — Эти модели сделаны специально для детей. Даже если ты упадёшь, то сильно не пострадаешь из-за небольших скорости и высоты.

— Я не боюсь, — уверенно ответил Аури, хотя в душе он волновался о том, что вдруг у него не хватит магии, чтобы взлететь.

Северус, Нарцисса и Люциус наблюдали за детьми из беседки неподалёку. Нарцисса держала в руках чашку из тончайшего фарфора. Она любила пить чай на свежем воздухе. Её лицо излучало спокойствие.

— Аурелиусу предстоит многому научиться, — заметила леди Малфой, не сводя глаз с мальчиков.

— Ему придётся освоить за год всё, чему Драко обучали с самого детства, — кивнул Люциус. — Хорошо, что сын сможет ему помочь.

— Это необходимо, — тихо добавил Северус. — К началу его обучения в Хогвартсе он должен стать настоящим маленьким магом, а не маглом с палочкой.

Тем временем Аури оседлал метлу и оторвался от земли. Он медленно поднялся на высоту чуть больше метра, и начал двигаться вперёд. Ветер трепал его волосы, и на лице мальчика появилась счастливая улыбка.

— Это... невероятно! — воскликнул он, смеясь от восторга, поднимаясь выше, туда где летел Драко маневрируя на своей метле.

— Я же говорил! — ответил он с довольной ухмылкой. — Полёты — это лучшее, что есть в магическом мире.

Мальчики провели в воздухе не один час, летая, смеясь и обгоняя друг друга, пока взрослые продолжали обсуждать планы на будущее обучение Аури. Северус не спускал глаз с сына. Не смотря на то, что метлы были детскими, он тревожился. Он видел столько травм в Хогвартсе у игроков в квиддич, бывших мастерами полетов, а его сын летал впервые.

После прогулки в парке все вернулись в дом. Обед был одновременно изысканным и вкусным. К концу трапезы, когда на стол подали десерты, атмосфера за столом была расслабленной. Аури с удовольствием ел какое-то воздушное пирожное, а Драко ему рассказывал о верховой езде и лошадях.

Вдруг в столовой появился один из домовых эльфов. Он держал в руках аккуратный конверт с гербовой печатью Гринготтса.

— Это для мастера Северуса, — сообщил домовик, протягивая письмо адресату.

Снейп взял конверт и, вскрыв его, начал читать. Его лицо мгновенно потемнело, брови сдвинулись, а губы сжались в тонкую линию.

— Что там? — спросил Люциус, заметив его реакцию.

Северус сразу не ответил. Он дочитал письмо до конца, затем медленно положил его на стол и с видимым усилием взял себя в руки.

— Это от гоблинов, — сказал он холодно. — Они пишут от имени деда.

— И что хочет лорд Принц? — поинтересовалась Нарцисса.

— Он требует "передать ему на воспитание наследника рода", — ответил Северус, с трудом скрывая раздражение. — Для этого он соблаговолил назначить мне встречу в одной из переговорных банка.

— Что?! — воскликнул Аури, его глаза расширились от страха, а сам он весь сжался.

Северус заметил, как мальчик напуган, и его гнев вспыхнул с новой силой. Он взял письмо и разорвал его на мелкие клочки.

— Никто не заберёт тебя у меня, Аурелиус, — твёрдо сказал он, глядя на мальчика. Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась стальная решимость.

— Но... он... этот лорд Принц, — пробормотал Аури, всё ещё испытывая страх. Он только-только обрел отца, и теперь может его снова потерять?

Северус встал, подошел к сыну, присел так, чтобы их глаза были вровень и взял его за плечи.

— Послушай меня, — сказал он мягко, но настойчиво. — Ты уже мой сын, поэтому мы будем жить вместе, мы же семья. Никто, даже Октавиус Принц, не сможет этого изменить. Я клянусь, что никогда никому не отдам тебя.

Глаза Аури заблестели и он рывком прижался к отцу, крепко его обняв, на что Северус тоже ответил объятьями.

— Я тебе верю, — тихо сказал мальчик куда-то в грудь обретенному отцу и отпустил Снейпа, который выпрямился и, повернувшись к Люциусу, твердо проговорил:

— Я не собираюсь идти на эту встречу.

— Было бы удивительно, если бы ты пошел, — с лёгкой усмешкой заметил лорд Малфой. — А письмо от старика пришло быстрее, чем я ожидал.

— И ещё раз повторяю: я против того, чтобы Аурелиус брал на себя ответственность за этот род, — холодно ответил Северус.

Нарцисса ничего не сказала, но бросила на супруга особый взгляд. Они оба были уверены, что лорд Принц, чтобы сломить сопротивление их друга, признает и его своим наследником, введя в род. Для Северуса это было бы со всех сторон выгодно, вот только девиз Принцев: "Сломлюсь, но не согнусь" подходил характеру Снейпа как никому другому. Поэтому Люциус мог лишь посочувствовать другому упрямцу, Октавиусу Принцу.

***

Чтобы успокоить Аурелиуса и поднять ему настроение, Северус решил отвезти его в Йорк. Там на Шемблс, одной из самых древних улиц Британии, аналогом Косой аллеи, они должны были купить мальчику детскую тренировочную палочку. Снейпс знал, что её покупка отвлечет сына от мыслей о письме лорда Принца, да и сама торговая улица порадует его.

Шемблс, с её узкими мощёными улочками и покосившимися домами, выглядела так, будто была ожившей иллюстрацией из книги сказок. Старинные кованные вывески раскачивались на ветру. На каждом шагу можно было встретить что-то удивительное: то витрину с островерхими шляпами волшебников, то с колбами зелий, то с метлами. Аури с восторгом разглядывал всё вокруг.

Вот он замер у лавки "Перо и Пергамент" в витрине которой были выставлены перья разных птиц, а также я золотые и серебряные перья. Некоторые сами писали тексты, а над ними парил свёрток, на котором было написано: "Самозапечатывающийся пергамент — секреты не вскрыть!"

— Это невероятно, — пробормотал он, — я как будто попал в сказку!

Северус, который шёл немного позади, наблюдал за мальчиком с лёгкой улыбкой. Он специально выбрал Йорк, где его мало, кто знал. Проход улыбающегося "ужаса подземелий" по Диагон аллее в Лондоне наделал бы много шуму.

— Шемблс — место с богатой историей, — заметил он, Северус. — Она старше лондонской Диагон аллеи больше, хотя и она имеет своё очарование.

Аури ничего не ответил, только кивнул, продолжая крутить головой во все стороны, боясь пропустить что-то интересное.

— Что мы ищем? — спросил он, когда они прошли уже половину улицы.

— Нам нужна в лавка Эвана Гарднера, — ответил Северус. — Это мастер артефактор. Мы купим тебе тренировочную волшебную палочку. Или, как ее все называют, детскую палочку. Она понадобиться тебе для занятий.

— Палочку? Мне? — Аури остановился на месте, его лицо озарилось радостным удивлением.

— Да. Взрослую, с которой ты поедешь в Хогвартс, мы приобретем, когда тебе исполнится одиннадцать лет. Такая традиция, — сказал Северус, указывая на дверь к которой они, как раз, подошли.

Лавка Эвана Гарднера была небольшой, но уютной. Внутри царил порядок, пахло деревом и чем-то похожим на полироль. Мастер изготавливал не только палочки, судя по витринам, но и их у него было в достатке — два больших шкафа, на полках которого рядами стояли специальные узкие коробки.

— Добро пожаловать! — поздоровался маг средних лет приятной наружности с доброжелательным выражением на лице. — Что привело в мой магазин двух таких славных джентльменов?

— Моему сыну нужна детская палочка, — коротко ответил Северус, кивая мастеру в знак приветствия.

Гарднер внимательно посмотрел на Аурелиуса, потом на полки с коробками, а потом снова на мальчика.

— Отлично, — сказал он. — Ну что ж, давайте подумаем, что этому юному волшебнику подойдет больше всего.

Мастер снял с полок несколько футляров. Он открывал каждый, смотрел на палочку, потом на Аури, щурил глаза, шевелил губами и снова закрывал крышку, откладывая коробку в сторону. Он проделал это со всеми палочками кроме одной.

— Древясина тысячелетнего дуба из леса Савернейк. То дерево, откуда взят материал, видело самого Вильгельма Завоевателя. Сердцевина из волос единорога, взятых из гривы годовалого жеребенка. Интересное сочетание. Попробуйте!

Как только Аури взял протянутую ему мастером палочку и просто ей взмахнул, из нее вырвался сноп золотистых искр, осветив всю лавку.

— О, это определённо ваше, — сказал Гарднер, довольно улыбаясь. — Дуб — для стойких духом, а волосы единорога — чистота помыслов и доброе сердце. Вы интересный клиент. А как зовут такого замечательного юного мага?

— Это мой сын, Аурелиус Северус Снейп, — ответил зельевар, глядя на то, как Аури внимательно рассматривает палочку, скользя пальцами по гладкому дереву.

— Она… она такая красивая, — прошептал мальчик.

Северус задумчиво смотрел на сына. Он знал, что волосы единорога часто использовались для детских палочек, ведь единорог является символом добра и света, кому, как не "чистым душой" детям они должны подходить? Но у Аури, видно, внутри жил особенный свет, каким обладают только жеребята единорогов. А вот дуб подходит для сильных духом и стойких магов. Детство Аури до того, как началась вся эта история было безрадостным и тяжелым, это все закалило характер мальчика, поэтому ему пошел такой особенный дуб.

— Мы берём её, — коротко сказал Снейп, доставая кошелёк с галеонами.

— Учиться с такой палочкой будет легко, — сказал мастер, передавая коробку с палочкой мальчику.

Когда они вышли из лавки, Аури буквально светился от счастья. Он не выпускал футляр с палочкой из рук, крепко держа его, как будто это была самая ценная вещь на свете.

— Спасибо, отец, — сказал он, поднимая глаза на Северуса, и тот молча кивнул ему, но это говорило больше, чем любые слова: он был рад, что смог сделать своего обретенного сына счастливым.

Они уже направлялись к выходу из Шемблс, когда вдруг услышали, как кто-то произнес с удивлением:

— Северус Снейп?

Зельевар остановился и обернулся. Неподалеку, у витрины лавки сладостей, держа в руках мешочек, надпись на котором утверждала, что внутри него засахаренные ананасы, стоял Гораций Слагхорн.

— Какая неожиданная встреча! — воскликнул Слагхорн, подходя ближе. Его глаза внимательно оглядели Аурелиуса. — И кто это у нас тут, позвольте спросить? Нежели это твой мальчик, Северус?

Снейп сдержанно кивнул ему.

— Это мой сын, Аурелиус.

Слагхорн выглядел ошарашенным. Он перевёл взгляд с мальчика на Северуса и обратно, сходство было очевидным.

— Сын? — переспросил он, едва удержавшись, чтобы не задать вопрос о матери. — Очень похож.

Аури слегка смутился, но всё же вежливо кивнул незнакомцу.

— Рад познакомиться, сэр, — сказал он.

— О, какой вежливый мальчик! — воскликнул Слагхорн, его лицо озарилось широкой улыбкой. — А я учил твоего отца. Северус, не знал о таком важном событии в вашей жизни, как рождении сына. И, как мне кажется, не я один.

— Я сам не знал до недавнего времени, Гораций, — холодно ответил Северус, давая понять, что откровений старый змей от него не дождется.

Слагхорн лишь усмехнулся, не обращая внимания на резкость своего бывшего ученика.

— Ну что ж, я рад видеть вас, Северус, Аурелиус. Надеюсь, мы ещё пересечёмся.

Северус, едва склонил голову в знак прощания.

Когда они отошли от Слагхорн подальше, Аури тихо спросил:

— Этот господин и правда был вашим учителем?

— Да, — ответил Северус, — правда, совать нос в чужие дела у него получалось и до сих пор получается, лучше, чем учить и варить зелья

Аури улыбнулся, но ничего не сказал. Он был счастлив, что этот день закончился так особенно. Теперь у него была палочка и яркие впечатления от посещения Шемблс. Огорчения от содержания письма лорда Принца уже позабылись.