Племена зебр: зебры с лодками

Да, те самые зебры-мореходы, в четырёх разновидностях.

Атоли, или Атори, или Эстоли, или Эстори, или же вон те зебры с лодками.

Пока весь народ зебр тратил недели на пешие переходы по континенту, у некоторых зебр появилась радикальная идея: а что если вместо хождений повсюду пешком, взять кучу брёвен, поставить мачту с прилаженным к ней куском материи, и позволить ветру толкать тебя вперёд. Таким образом, набрав брёвен, они соорудили плот и отправились вдоль побережья к следующему месту своего пути. И тогда морское чудовище того или иного рода подняло голову и разбило их плот, лишь несколько удачливых выживших вплавь добрались до берега. В какой-то момент один из них произнёс: «Эй, а ведь неплохо получилось. Давайте попробуем вновь!».
Кучка чудаков, подобные Логос, «Тох» (древнее зебринские слово, которым называли солёную воду) были зебрами, решившими, что жизнь в море лучше Великой миграции. Частично потому, что отсутствие конкуренции с другими зебрами позволяло вести беззаботный образ жизни на тропических островах. Другим нравились сравнительная безопасность, которую давала мобильность и возможность пограбить и/или сбежать от своих врагов. И пусть два земляных моста и морские течения попирали их мечты о путешествии вокруг континента, это всё равно позволяло процветать отдельной ветви зебринского рода.
Во времена до Первой Империи, тох жили весьма однотипно. Деревья выдалбливались либо выжигались, оснащались аутригерами и парусами, и спускались на воду. Тох жили на побережье, обычно питаясь морской капустой и прочими водорослями, а так же моллюсками. Многие раковины обменивались на товары у оставшихся в Великой миграции племён. А отличие от Прополи, поселения тох каждый год перемещались туда, где пища имелась в изобилии, отчего стабильная торговля становилась делом сложным. Хоть прополи и пытались создавать прибрежные поселения, но шторма, эрозия побережья и морские чудовища на корню загубили их попытки заставить тох осесть в более удобных местах.
Однако, именно тох открыли мрачную котловину на соседнем континенте. Они принесли эту весть зебрам, и Старкаттери отправились разбираться, заинтригованные этим местом. Не прошло и двух поколений, а старкаттери совместно с тох уже переправляли туда рабов и культистов, чтобы поднять из земли силу. Пусть тох и были со временем порабощены старкаттери, но они являлись звеньями цепи событий, приведших к взлёту и падению Старкаттери. Когда образовалась Первая Империя, Тохи стало официальным именем племени.
Так почему же четыре варианта? Пусть традиционно имеются двенадцать и одно племя, любой студент, взглянувший на этих отправившихся в море зебр, заметит четыре отличных друг от друга культуры и даст им имена, чтобы различать их. И потому Тох получили префиксы Ах и Эст для «запада» и «востока». А суффиксы Ли и Ри были даны северным и южным племенам, «холод» и «тепло» соответственно. И таким образом возникли четыре ветви одного племени — Атоли, Атори, Эстоли и Эстори. Все четыре имени используются попеременно, а Тох является архаичным названием (как называть кого-то нынче саксоном или пиктом).
Атоли являлись самыми известными из четырёх ответвлений, и имели самые обширные связи. Поддерживая торговые порты, они ходили по морю к якам, в зарождающуюся Кристальную Империю и ранним эквестрийцам. Атоли первыми переняли обшитые досками драккары и завязали ранние отношения с Могучим Шлемом. Обе группы являлись заклятыми друзьями, зебры помогали и соперничали с примитивными земнопони-мореходами. Атоли переняли культуру обоих материков, соединив её с собственными поместными князьями и шаманскими традициями, почитая при этом силу, честность и упорный труд.
Атори же, наоборот, не имелось особой нужды в прогрессе. Вулканические острова юго-запада были комфортны и предоставляли вдоволь пищи. Атори продолжали пользоваться долблёными каноэ с аутригерами, при помощи разнообразных навигационных хитростей перемещаясь с острова на остров. Атори известны своей яростью в битве, жеребцы и кобылы выдерживают разнообразнейшие конфликты, определяющие их социальное положение в племени, такое как главный воин, главный ткач, главный рыбак и главный шаман. Помимо этого, они печально известны своей любовью к ферментированному кокосовому вину.
Эстоли, наверное, являлись самым удалённым зебринским племенем, населявшим островную гряду далеко на востоке. На самом же деле, острова, которые зебры называли Эстолина являлись островами, которые пони именовали Ниппон. Оба вида мирно проживали на одной островной гряде. Эстоли и ниппонцы вступали в межвидовые браки, и занятная генетическая аномалия позволяла им иметь жизнеспособное потомство. Многие эстоли обладают гривами ярких цветов, а у многих ниппонцев, порой, имеются волнистые зебринские метки. И пусть, технически, эстоли являлись подданными Империи, они никогда не платили имперских налогов, придерживались своих, а не имперских, законов и традиций, а многие даже не считали себя зебрами!
Эстори же, с другой стороны, населяли острова лежащие гораздо ближе к континенту, которые были куда засушливей и суровей, чем у их двоюродных сородичей Атори. Эстори занимались пиратством и налётами, используя большое разнообразие скал, отмелей и пещер, они построили сотни мелких поселений, сражавшихся друг с другом столь же часто, как становились целями налётов и разграбления. Эстори переняли традицию поедания мяса, и даже каннибализм не являлся чем-то запретным. Их колдуны изобретали жуткие, хитроумные проклятья. Эстори практиковали рабство на каждом, кто попадался к ним в копыта 
Когда Найтмер Мун закрыла солнце, лишь атоли посчитали это важным. Некоторые атори приносили жертвы духам вулканов, в то время как эстори посчитали это занятным небесным явлением, и почти десятилетие не знали о Найтмер Мун! Как результат, пока другие племена панически буйствовали и реорганизовывали Империю, атоли и остальные ветви продолжали жить, как и прежде: бороздили моря, вкушая его дары, и платья ему дань.
Во времена Второй Империи, большую часть периода её существования, различные группы племени выступали в качестве торговых посредником по всему миру, выискивая либо изымая товары и, в конечном итоге, возвращая их в различные порты на побережьях. И пусть племя редко оставалось вдали от берега, их суда ходили в самые дальние уголки мира, и столетия спустя, исследователи, отправлявшиеся туда же, обнаруживали в «неизведанных» землях старые, давно заброшенные зебринские поселения.
Для племени, однако, величайшим сдерживающим фактором было кораблестроение. Пусть стволы тропических деревьев и годились для долблёнок, они мало подходили для более крупных судов. И потому атоли поддерживали тесную связь с Империей, используя её для стабильных поставок судостроительных материалов. Оказавшиеся в затруднительном материальном положении верфи Занзебры штамповали суда для перевозки товаров и рыбы по скованному льдом морю, в то время как эстоли и эстори производили корабли по своим собственным проектам. Любые идеи совершенной конструкции объединялись, результатом чего стало появление ряда одних из лучших судов. 
Переход к стальным корпусам ознаменовал собой отплытие для большей части племени. Мифы гласят, что жизнь в деревьях даёт жизнь душе корабля, но не существует подобной связи с листами железа и заклёпками, тем не менее, преимущество стальных корпусов было бесспорно. Атоли полюбили эти новые корабли, многие из которых производились из металла Прополи, в то время как остальные придерживались более традиционных деревянных судов.
Стоит отметить, что к временам поздней Второй Империи морская традиция Эквестрии была весьма скудной. Воистину, суда могли потерпеть крушение уже на умеренной зыби, и считанные пони поддерживали мореходные традиции Могучего Шлема. Однако, более новые стальные эквестрийские суда начали постепенно ставить под сомнение обычаи Атоли. И в самом деле, сколь бы хорошо не были спроектированы суда, зебрам недоставало для мореходства магии пони. Это вызвало ответную реакцию среди атоли, которые отвергли экономические соглашения, которые Прополи заключили с Эквестрией напрямую, вытеснив атоли. В ярости, они обратились с мольбой к другим племенам, сумев убедить Орах и Ачу поддержать своего кандидата в Цезари. Когда кандидат от Роамани принял голос Старкаттери, а не отверг его, вызвав бы тем самым повторное голосование, атоли были возмущены. Стоит заметить, что Атори и Эстори вообще практически не были в это вовлечены, а Эстоли даже понятия не имели о голосовании, происходившем на другой стороне мира!
Некоторые атоли выступили с идеей заговора, чтобы скомпрометировать нового Цезаря: они захватят туристическое судно пони, взяв пассажиров в заложники, и вынудят Цезаря обратиться к ним за помощью. Первую часть плана они выполнили, но Цезарь поступил по-своему, мобилизовав армию, чтобы отбить корабль. Обеспокоенная, что её подданные пострадают, Принцесса Селестия послала Вондерболтов, которых в суматохе убили, несколько атоли тоже пострадали. Вместо того, чтобы держать ответ за свои действия, атоли осудили «вторжение» Селестии в имперские воды. Им удалось уйти от ответственности сработал, но ценой этого стали рябь враждебности, распространившаяся по Империи. В конечном итоге, торговля приостановилась, и наложенный на поставки угля арест привёл к началу войны.
На первых парах, атоли были в восторге, что с их конкурентами сражаются теперь Роамани, но их довольство переросло вскоре в ворчание из-за множества экономических трудностей, от которых они страдали. Некоторые атоли принялись устраивать налёты на эквестрийские порты, и к тому моменту, как бразды правления приняла Принцесса Луна атоли уже стояли на тропе войны. В отличие от Эквестрии, сконцентрировавшейся на своём господстве в воздухе, атоли использовали свои многовековые морские традиции, чтобы нападать на прибрежные цели используя тактику ударил-отступил. Военно-морской флот Эквестрии предпочитал огромные, оборонительные корабли, в нападении полагаясь на Хищников.
Война продолжалась, и атоли страдали. Три остальные ветви взирали на это с мрачным беспокойством, что дальше настанет их черёд. Атори и эстори служили порой на военно-морских судах, но обычно держались подальше от конфликта. Всё больше атоли страшилось нападений на порты, и они перебрались на острова посреди пролива Занзебра, уверенные, что там они точно будут в безопасности.
Судный День ознаменовался гибелью трети популяции атоли. Нацеленная на острова Селестия Один испарила их до поверхности моря. Другие мегазаклинания уничтожили порты и верфи. Хоть Ниппонцы и Эстоли придерживались в течение войны чуть ли не нейтралитета, но жар-бомбы и мегазаклинания тяжело прошлись по красивым островам. Эстори таились, пережив конфликт практически невредимыми... и встретились с голодом, когда еды не стало совсем. Даже Атори, обладавшие самыми выдающимися навыками выживания и сильнейшими шаманами оказались беспомощны наступившем хаосе, когда духи вулканов взъярились, будто некое великое непотребство было сотворено с самим Эквусом.
Прошло два столетия, но Атоли лишь едва оправились от произошедшего. Они ведут торговлю с пригоршней портов на другой стороне покрытого льдами северного океана. Большая часть их кораблей собраны вместе вокруг «Морского Дракона», образуя Северный Порт. Миру Ниппонских островов пришла на смену междоусобная борьба десятков . Острова Атори являют собой дикую, зараженную духами местность, где примитивные деревни приносят жертвы гневным духам вулканов. А Эстори, слившись с остатками имперского военно-морского флота, стали Синим легионом, который совершает налёты и грабит южное побережье. Однако, подавляющее большинство их судов стары и обветшалы. Остальные легионы воспринимают их скорее как плавучий анекдот.