Kass2010

Глава 28. В глубинах Кхазад-дума

Added 2025-09-21 22:07:07 +0000 UTC

Туман клубился над Зеркальным озером¹, когда в Лориэне начали собираться отряды союзников. Один за другим через серебристые арки порталов
прибывали воины, готовые к походу в Морию.

Трандуил стоял неподвижно, словно изваяние из камня, наблюдая за прибытием последних групп. Его лицо было непроницаемо, но в глубине синих глаз тлела холодная решимость. Король Лихолесья был облачен в свои любимые черные боевые доспехи, чей нагрудник и, особенно наплечники, напоминали чешую дракона. Сегодня он не был властителем королевства, сегодня он — владыка-воин. На поясе висели два тонких слегка изогнутых эльфийских меча.

Рядом с ним что-то тихо обсуждали Келеборн с Амрунеллином. К ним подошли Элрондионы.

— Отряд отца уже выдвинулся к Западным вратам, — сообщил Элладан. Элрохир молчал, но его взгляд был сосредоточен. Близнецы ненавидели орков: те напали на их мать, Келебриан, схватив её в плен во время путешествия из Ривенделла в Лориэн. Телесные и душевные раны, нанесенные ими, заставили Келебриан уплыть в Валинор, а её сыновья год за годом мстили оркам, уничтожая их лесятками, сотнями.

— Знаю, что могу поможиться на Элронда, — кивнул Трандуил. — Ни один орк не ускользнет через западные проходы.

— Вот, вроде бы, владыка теперь наш зять, — тихо сказал Элрохир, обращаясь к брату, — а как посмотришь на него, так холодом веет.

— А ты хотел, чтоб он тебя обнимать при встрече начал? Не много ли хочешь? Боюсь никто и никогда не сравнит владыку с горой Ородруин, да простит меня наш друг Леголас, — так же тихо ответил брату Элладан, скорив глаза на аранена, которого повесилили слова близнецов.

В этот момент воздух рядом с портальным переходом заколебался, поплыл, и через него шагнули Фили и Кили в сопровождении Двалина. Молодые гномы пытались скрыть собственное волнение, но, в отличие от них, был спокоен и даже хмур. Для поход в Морию был возвращением к кошмарам прошлого.

За ними потянулись ряды гномов-воинов: сотня лучших бойцов Эребора, в боевом облачении, с
с боевыми топорами и молотами. Они шли освобождать дом предков, и эта цель отражалась в их глазах ярче света факелов.

— Владыка Трандуил, — Фили почтительно поклонился, но в его голосе звучало достоинство наследника Эребора. — Король Торин прислал нас для участия в походе.

Двалин мрачно окинул взглядом собравшихся эльфов, потом свой отряд гномов и уголок его рта дернулся в подобии усмешки:

— Давно не сражались рядом с ос... эльфами. Но ради Кхазад-дума и с балрогом схлестнусь.

Кили толкнул Двалина в бок локтем, но тот только фыркнул. Старому воину было все равно, что думают эльфы — главное, чтобы сражались достойно.

— Отрадно видеть, что народ Ауле прислал из своих пещер отряд, чтобы сражаться с нами против тьмы, — величественно произнес Трандуил и взмахнул рукой в сторону: — Распологайтесь на любом свободном месте. Мы скоро выступаем.

Снова подошел Леголас, возглавлявший отряд лесных эльфов-лучников. В отличие от отца,
аранен был в предвкушения битвы: он был полон энергии, а его глаза горели.

— Отец, все готово.

Неподалеку собралась группа магов. Сириус Блэк нервно крутил в пальцах палочку. Хоть здесь маги могли свободно колдовать и без концентраторов, с ней ему было привычнее. Ремус Люпин методично изучал карту подземелий, которую
им предоставил Балин, выбирая удобные места для возможного применения дальнобойных
заклинаний — волчья осторожность никогда его не покидала. Долохов, Мальсибер и Руквуд обсуждали варианты заклинаний, которые возможно использовать в таких обстоятельствах. К примеру, бомбардой можно было устроить завал, а адское пламя не выбирало не делила тех, кто попадал в зону поражения на "своих" и "чужих".

— Нужно учитывать то, что в подземельях заклинания могут отражаться от стен, — объяснял Долохов. — Конфринго использовать можно, если ты уверен, что попадешь в цель.

— Я думаю, что будут эффективны световые
чары, — предположил Мальсибер, представляя, как орки шарахаются от ослепительных вспышек. — Особенно, если нам будет нужно куда-то их загнать.

— У меня с собой тридцать светящихся сфер. Горят до трех суток, — сообщил Август Руквуд. — Там, наверняка, непроглядная тьма.

— Мы принесли негасимые эльфийские светильники, — добавил Амрунеллин— Они
никогда не гаснут. По крайней мере, пока жив тот, кто их создал.

Наконец, пришло время выступать. Перед тем, как отряд тронулся в путь, Трандуил произнес несколько слов.

— Сегодня мы идем в Кхазад-дум не ради славы. Мы идем истребить заразу, что гноится в сердце
наших земель. — Его взгляд скользнул по лицам воинов, и каждый почувствовал на себе вес королевской воли. — Помните — мы единый кулак. Кто ты: эльф, гном или маг — не имеет значения. Важно только одно: зло должно быть побеждено!

Объединенное войско двинулось вперед. Впереди шли разведчики — лесные эльфы умели быть незаметны как тени. За ними основные силы эльфийские силы и маги, замыкал колонну гномий отряд.

Путь к Восточным вратам шел по долине Азанулбизар, встретившей их мрачным
безмолвием. Для гномов здесь каждый камень был пропитан кровью и болью. Двалин
остановился у одного из валунов и тихо произнес имена павших здесь друзей. Фили и Кили
стояли рядом, как и остальные гномы отряда.

— Вот они, врата, — Двалин указал Фили на что-то тёмное в склоне горы.

Когда отряд подошел к вратам вплотную, вперед пропустили гномов. Величественные
створки в каменной арке высились перед ними, покрытые надписями на многих языках.

— Здесь граница владений Дурина, Отца гномов. Пусть враги его народа не дерзают войти», — прочел Кили.

Трандуил выслушал, его лицо оставалось бесстрастным:

— Предоставим вам право первыми войти в дом своих предков. Вы наследники Дурина, в мы помогаем вам вернуть то, что принадлежит вам по праву.

Двалин с удивлением зыркнул на лесного короля, дал знак своим воинам. Несколько самых сильных гномов налегли на тяжелые створки. Древние петли заскрипели — звуча как вопль боли тысячелетней давности. За ними зияла чернота, из которой тянуло сыростью, а еще запахом крови и тлена.

Маги выпустили несколько световых шаров, что будут следовать за ними по подземельям. Яркие сферы поплыли вперед, разгоняя тьму. В их свете проступили каменные стены, покрытые пылью веков и темными пятнами на камнях.

— Свежих следов орков нет, — доложил Леголас, изучив пространство за входом острым взором лесного следопыта. — Но они точно тут, ощущаю характерное зловоние.

Элладан и Элрохир переглянулись — близнецы никогда не входили в Морию, предпочитая ранее перевалы Карадраса, а теперь, пользуясь достижениями магического искусства своих новых друзей. Поэтому Мория казалась пастью огромного зверя, готовой сомкнуться и поглотить непрошеных гостей.

Отряд выстроился в боевой порядок. Впереди шли лучники. Луки в руках, пальцы на тетивах, стрелы готовы к полету. За эльфы-мечники, затем гномы с топорами и молотами наготове. Маги держали палочки в руках.

Первый зал Старой Мории, куда они попали, встретил их гулким эхом шагов. Высокие своды терялись во тьме, а многочисленные арочные проходы зияли как глазницы черепов.

— Величественно, — прошептал Сириус, разглядывая искусную каменную резьбу, но
рука его крепче сжала палочку. — И мертво.

— Пока мертво, — буркнул Двалин, вглядываясь в темноту. — Но это изменится.

Сначала здесь были обнаружены лишь следы давних сражений — обломки оружия, почерневшие кости, следы огня на стенах, но потом нашлись ипризнаки присутствия орков: Кили наступил на что-то мягкое и едва не выругался, поняв, что это гниющие остатки чьей-то трапезы.

— Смотрите, — он указал на указал на кучу объедков возле потухшего костра.

Ремус принюхался. Волчье обоняние было более тонким, чем у остальных. — Здесь кто-то был не более недели назад. И их было много.

Долохов нахмурился, разглядывая кости:

— И судя по остаткам, ели они не только дичь.

Трандуил разделил отряд на группы, чтобы проверить все тоннели, ведущие из зала. Амрунеллин и Келеборн повели части воинов проверить два северных коридора; Леголас, вместе с Элрондионами, эльфами-лучниками и гномами отправился на юг, а Трандуил с магами выбрал центральный.

Отряд Леголаса в одном из боковых коридоров наткнулись на первых орков: дюжина
тварей, чьи желтые глаза вспыхнули в свете
магических сфер. Орки взвыли, обнажив гнилые клыки.

Бой был коротким и жестоким. Эльфийские стрелы засвистели в воздухе — Леголас выпустил
четыре стрелы, пока первая достигла цели. Элладан и Элрохир действовали как единое целое, прикрывая друг другу спины; их мечи двигались синхронно. Гномьи молоты и топоры сминали плоть и кости с мокрым хрустом. Разноцветные лучи заклинаний подоспевших магов, освещали место схватки вспышками.

Сириус швырнул оглушающее в группу орков, отбросив тварей к стене, где их добили гномы. Ремус точечно использовал Авада Кедавра, укладывая в вечную спячку врагов одного за другим. Долохов предпочитал "Сектумсемпру" — чьи невидимые клинки разрезали орков на части.

— Теперь все знают, что мы здесь, — мрачно заметил Мальсибер, когда к этой группе присоеденился отряд лесного короля. Их тоннель окончился тупиком.

— Вот и отлично, — холодно произнес Трандуил, не обращая внимания на брызги орочьей крови на своих доспехах. — Пусть все собираются вместе. Убить их всех сразу.

Они двинулись дальше. Стены пещер отражали эхо их шагов, когда отряд продвигался все глубже. Коридоры становились шире, потолки выше. Они проходили через залы с колоннами, высеченными в виде стволов деревьев, мимо древних статуй гномьих королей, чьи каменные глаза словно следили за пришельцами.

Двалин остановился у одной из статуй — лицо каменного короля напоминало ему деда
Наина. Старый воин тяжело вздохнул, вспоминая рассказы о славных днях Кхазад-дума.

На одной из стен Кили обнаружил нечто, что заставило его вскрикнуть.

— Двалин, смотри! Мифриловая жила!

В стене действительно блестела серебристая прожилка драгоценного металла. Двалин
подошел и провел рукой по камню, его глаза потемнели:

— Да, это мифрил. Но жила тонкая. Здесь почти не осталась мифрила. Почти всё выработали.

— Я помню. Вель именно ради фиврила они они копали все глубже, — добавил Фили, и в его голосе зазвучала горечь. — И докопались...

Он не договорил, но все поняли о чём речь. Именно тогда из глубины донесся звук, заставивший всех замереть. Сначала тихий, ритмичный: тум-там, там-тум. Затем он стал
громче и отчетливее, отдаваясь эхом от каменных стен.

— Барабаны? — удивленно прошептал Ремус.

— Орочьи барабаны, — мрачно подтвердил Двалин. — Они собирают войско.

Звук нарастал, как удары гигантского сердца. В нем было что-то первобытно-пугающее,
что заставляло кровь стыть в жилах.

В зале собрались уже все части отряда. Трандуил
подозвал командиров, его лицо оставалось невозмутимым, но глаза горели холодным
огнем:

— Похоже, сейчас начнется настоящая битва. Мы пришли сюда именно за тем, чтобы убивать, а не исследовать залы Мории.

Ремус, лучше всех изучивший карту Балина сообщил:

— Впереди большой зал с мостом через пропасть. Если его занять, сможем контролировать их
подход.

— Нет, — резко возразил Трандуил, — Мы
пришли не держать оборону. Мы атакуем.

Но даже добраться до того большого зала оказалось испытанием. По мере продвижения звуки барабанов становились все громче, а из боковых проходов начали появляться орки. Сначала небольшие группы, которые союзники сметали на ходу дальнобойными
заклинаниями и стрелами. Постепенно этих групп становилось все больше.

Воздух наполнился звоном металла и воплями. Эльфийские луки работали беспрерывно —
тетивы пели смертельную песню. Маги швырялись заклинаниями. Гномы рубили топорами и оглушали молотами все, что эказывалось рядом с ними.

В одном из переходов пришлось выдержать настоящую схватку. Несколько десятков орков
напали одновременно с трех сторон, их клыки блестели в свете магических светильников, а
глаза кровожадно горели.

— Их слишком много! — воскликнул Фили, отбиваясь сразу от трех орков сразу, но в его голосе звучало не отчаяние, а азарт.

— И что с того? — рявкнул Двалин, размозжив молотом череп очередного орка. — Больше поверженных врагов — больше славы!

Мечи Трандуила, Келеборна, Элладана и
Элрохира двигались так быстро, что
казались серебристыми ветрами. Блэк и Долохов соревновались, кто свалит больше орков авадой, а Ремус прикрывал их, держа щит от физического воздействия.

Сражаясь на ходу, отряд пробился к краю огромной пропасти. Это был тот самы зал с плана Балина. Он поражал воображение — его своды терялись во тьме, а глубина пропасти казалась
бездонной. Через пропасть был переброшен каменный мост, шириной на проход пяти пеших воинов в ряд.

— Осветить весь зал! — скомандовал Трандуил.

Десятки сфер разлетелись в разные стороны. Стали видны истинные размеры. Зал был огромен и в длину, и в ширину, и в высоту. А из темных проходов на противоположной стороне уже высыпали орки. Несколько сотен. Их воинственные вопли перекрывали даже грохот барабанов.

— Много, — спокойно заметил Келеборн, но его рука только крепче сжала рукоять меча.

— Недостаточно, — холодно возразил Трандуил, извлекая из ножен оба клинка. Древние
мечи засияли в магическом свете, эльфийская вязь на их лезвиях вспыхнула серебром.

Среди орков появились более крупные фигуры — два горных тролля с каменными дубинами
размером с древесный ствол. Их маленькие злобные глазки злобно смотрели в сторону нападавших.

Вся толпа темных тварей взревела, потрясая своим оружием.

— За Кхазад-дум! За дом наших отцов! — отозвались гномы.

— Смерть врагам эльфов! — выкрикнули крикнули эльфы.

— За Средиземье! — громоподобно разнеслось под сводами зала. Это маги усилили свои голоса Сонорусом.

Орки хлынули к мосту черной волной. Битва
началась. Таур Трандуил не собирался обороняться. Он дал знак рукой и эльфийские лучники дали первый залп. Сотни стрел засвистели над пропастью, находя цели в гуще врагов.

Маги ударили следом выкашивая орков не хуже лучников, но те продолжали двигаться к мосту.

— Вперед! — крикнул Трандуил, и его голос прорезал шум битвы как клинок. — Мы атакуем!

Союзники бросились на мост. Впереди шел сам Трандуил, его два клинка сверкали как молнии, оставляя за собой кровавый след. Брызги орочьей крови попадали ему на лицо, покрывали доспехи, но король лишь улыбался холодной улыбкой хищника. Рядом с ним стоял Леголас, убравший лук за спину, и доставший мечи, которыми он владел не хуже. Элладан и Элрохир
прикрывали фланги авангарда.

Шедшие за эльфами гномы ударили по оркам как молот по наковальне. Двалин крушил черепа своим боевым молотом. Фили и Кили дополняли удары друг друга в смертельном танце.

Маги занялись троллями, попытавшимися атаковать эльфов и гномов. Первый тролль
обрушил дубину на то место, где секунду назад стоял Двалин, но гном успел увернуться и размозжил молотом колено чудовища. Тролль взревел от боли, его рев заглушил даже
барабаны. Амрунеллин сковал его заклинанием цепи и дернул её на себя. Тролль упал, а его голова покатилась по камням - это Антонин успел отрезать её ружущим.

Ремус ослепил второго тролля на один глаз. От боли тот озревен и начала неистово
размахивать дубиной, давя не только врагов, но и орков. Он едва не сбросил в пропасть Фили и Кили, но Сириус успел оттолкнуть тварь от братьев, использовав Конфринго. Затем в него попало ледяное копье, наколдованное Мальсибером, заморозив тролля изнутри.

— Умри тварь! — прокричал Рейнард, заставляя чарами тролля упасть. Тролль даже не успел ни закричать, ни понять, что с ним произошло, когда он умер: его грудная клетка разлетелась на части, расколовшись при падении, будучи замороженной колдовским коптем.

Трандуил прореживал ряды орков как ангел смерти. Его черный плащь развивался за спиной как черные крылья, когда владыка с нечеловеческой скоростью и точностью отсекал клинком в левой руке головы, а правым вспарывал
животы. Черная кровь летела во все стороны, но лицо владыки ставалось бесстрастным.

Битва бушевала по всему мосту и подходах к нему. Капли крови смешивались с искрами от скрещивающихся клинков. Воздух был пропитан запахом железа, пота и магии. Каменные своды
молчаливо наблюдали за смертельной схваткой, в которой каждый удар, каждое заклинание было шагом к победе или смерти.

Но именно в разгар сражения из глубины пропасти донеслось нечто, что заставило даже орков на миг замереть и замолчать: глухой рев из глубин, в котором слышались нечеловеческая ярость и
древняя злоба.

— Что это? — воскликнул Сириус.

Вместо ответа пропасть стала продсвечиваться красноваты отблеском, как будто где-то глубоко внизу разгорался огромный костер.

Двалин побледнел, опуская окровавленный молот:

— Погибель Дурина. Балрог просыпается!

Красный свет становился ярче, а из глубины доносились звуки тяжелых шагов: кто-то огромный и могучий шагал по стертым веками ступеням. Из пропасти стал распространяться не только свет, но и жар, заставляя воздух дрожать.

Орки тоже почувствовали приближение древнего зла. Их охватил страх. Тысячи тварей заметались по залу в ужасе, не зная, куда бежать. Одни пытались прорваться к восточным проходам, где их встречали клинки эльфов и молоты гномов. Других гнали к западным коридорам заклинания магов.

— Никого не выпускать к восточным вратам! — рявкнул Трандуил, рубя орков направо и налево.
— Гоните их на Элронда!

Леголас и лучники перестроились, блокируя стрелами то направление, откуда они пришли. Гномы образовали стену из топоров и молотов.

Часть обезумевших орков, подгоняемых жалящими заклинаниями, хлынула к западным тоннелям, в конце которых их ждали эльфы Ривенделла во главе с Элрондом.

Но большинство так и осталось в зале, зажатое между молотом союзников и наковальней: приближающемся балрогом.

Камни под ногами задрожали. Из пропасти вырвался столб пламени, почти достигший свода потолка. И в этом огне появилась огромная огненная фирура. Балрог поднялся из бездны.

Тварь была воплощением первобытного кошмара — высотой больше тролля, но несравнимо более
ужасная. Тело из живой тьмы и пламени, огненная грива вместо волос, глаза как раскаленные угли. За спиной распростерлись крылья. Балрог дежал а в руках он держал огненный кнут и
пылающий меч, который мог бы служить мачтой кораблю.

При виде Погибели Дурина оставшиеся орки окончательно обезумели от ужаса. Они давили друг друга, пытаясь убежать хоть куда-то, но союзники методично резали, стреляли и били молотами всех, кто пытался прорваться на восток. Вскоре в зале не осталось ни одного живого орка.

Балрог осмотрел зал своими пылающими глазами. Трандуил внимательно смотрел на Балрога, медленно вытерая кровь с лица тыльной стороной руки, не спуская глаз с огненного демона. В его руках сжимались рукояти двух клинков — оружия, которое служило ему верой и правдой со времен Дориата. Эти мечи выковал сам Эол Тёмный Эльф в далекие дни Первой Эпохи, когда мир был молод, а тени Моргота только начинали
ползти по Белерианду.

— Что ж, — произнес таур, и в его голосе не было ни капли страха, только холодная решимость, — пора покончить с последним злом Мории.

— Мы ждали этого тысячу лет, — добавил Двалин, поднимая окровавленный молот.

Руквуд ударил первым, но его заклинание было не разрушительным, а сковывающим: серебристые цепи толщиной с бревно обвили балрога, замедляя его движения.

— Жаль, огнем его не взять! — крикнул Долохов, признанный мастер Адского огня, отправляя в сторону Балрога Глациус за Глациусом. — Только холодом!

Ремус и Рей, присоединились к нему. И втроем они воздали вокруг огненного демона настоящую ледяную бурю. Температура в зале резко упала, и пламя балрога начало тускнеть. Жар от его тела
превратился в клубы пара.

— Работает! — воскликнул Мальсибер, добавляя еще силы к общей атаке. — Продолжаем!

Пламя уже местами совсем погасло, обнажив почерневшую плоть, и балрог взревел от боли, его рев сотряс каменные своды.

— Сейчас! — крикнул Трандуил.

Элладан и Элрохир запели на квенья древнюю песню связывания магии, которую эльфы Нолдор когда-то использовали против слуг Моргота. Их пение подхватили Келеборн и другие
эльфы, знавшие эту песнь.

У Балрога исчезли огненные кнут и меч. Его движения начали замедляться, а потом он и вовсе застыл.

Трандуил воспользовался этим моментом. Король сделал невозможный прыжок, используя всю
эльфийскую ловкость и свой тысячелетний опыт. В воздухе он развернулся, и оба его клинка вспыхнули холодным светом. Левый клинок прошел через шею балрога, правый — довершил дело. Голова Погибели Дурина отделилась от тела и с глухим звуком упала на каменный пол. Тело балрога замерло, затем начало рассыпаться пеплом. Через мгновение от древнего демона не осталось ничего, кроме горстки черной
золы на окровавленных камнях.

В зале воцарилась мертвая тишина. Только эхо последних криков еще отдавалось от сводов. Трандуил мягко приземлился на ноги, его клинки все еще дымились от прикосновения к древнему злу.

— Что вы сделали, владыка? Это какая-то эльфийская магия? — поинтересовался Август.

— Ходили слухи, что Балрога убить нельзя. Это отчасти верно. Просто заколоть, зарезать, утопить мы его не смогли бы. Но Балрога можно убить, разделив тело и дух. Они настолько привязались к своим формам, что такое разделение означает для
них смерть. Я прервал связь души и тела. Куда уходят души демонов я не знаю, а его тела больше нет. На такое разделение способны только эльфийские мечи великих мастеров.

— Ваши такие? — уточнил Руквуд, хищно посмотрев на оружие таура.

— Такие, — кивнул Трандуил. — Их создал Э́ол по прозвищу Тёмный Эльф, родственник Элу Тингола, прославившийся среди синдар как непревзойдённый кузнец и металлург. Они, как и знаменитые А́нглахэль и Ангу́ирэль выкованы из желеща упавшего с неба. Они способны на многое, например, разрубать любой металл, и, как вы видели, прерывать связб души и тела.

Двалин медленно опустил молот:

— Кхазад-дум свободен.

— Из западных проходов уже не доносятся звуки битвы — Элронд и его воины, видимо, покончили с
последними беглецами. Ни одной твари не ушло, — проговорил Амрунеллин. — Мория очищена полностью.

Кили осмотрелся по сторонам, все еще не веря:

— Мы действительно вернули дом наших отцов.

— Да, — коротко кивнул Трандуил.

Фили подошел к тому месту, откуда легкий ветерок сдувал золу, оставшуюся от Балрога.

— Больше тысячи лет эта тварь оскверняла священные залы. Теперь мертвые могут покоиться с миром. Кхазад-дум свободен.

— Теперь можно будет заняться Мордором, не опасаясь. что нам ударят в спину, — добавил Трандуил, вытирая кровь с клинков, прежде чем отправить их в ножны.

================

¹Келед-Зарам, на Кхузудуле, или Зеркальное озеро на всеобщем языке. Озеро, в Долине Азанулизбар.

² Э́ол по прозвищу Тёмный Эльф, родственник Элу Тингола, прославившийся среди синдар как непревзойдённый кузнец и металлург. Знаменитые клинки-близнецы его авторства, А́нглахэль (Anglachel | Железо Огненной звезды), он же Гу́ртанг (Gurthang | Железо Смерти) и Ангу́ирэль (Anguirel | «Железо Вечной звезды»). им были выкованы их из метеоритного железа. Оба этих меча были способны разрубать любой
металл. Эол некоторое время жил в Дориате, мог и сковать мечи молодому Трандуилу. Почему нет?))

Для любопытных: вот здесь можно почитать про теорию можно ли убить Балрога и как.