Племена зебр: Ачу

Вот и дошли мы до полосатых монахов Шаолиня. Иногда они герои, иногда всех раздражают, но всегда остаются мудаками.

Ачу — племя силы.

Во времена, когда разделение Великой Миграции на племена было в самом разгаре, имелось огромное количество путей с разнообразными трудностями. Большинство племён выбирали пути обрисованные Старой Дорогой. Воистину, копыта миллионов зебр протёрли путь в самом Эквусе, но существовали так же и другие пути. Более сложные через горы; более опасные вблизи территорий монстров. Обычно, зебры обходили их стороной. 
И лишь Хаджу поступали иначе. Хаджу, это древний зебринский термин для безрассудных, ищущих новые пути для путешествий и новые места, куда можно мигрировать. И пусть от перехода через горы едва ли будет когда-либо хоть какой-то прок, но молодых хаджу возбуждала сама возможность. Хаджу были скорее клубом юных сорвиголов нежели официальным племенем. По мере роста рисков, с которыми сталкивались хаджу, группы начали концентрироваться не только лишь на убегании прочь, но на битве с ними.
И пусть мифы утверждают, что племя породили солнце и горы, историческим основателем племени является зебра Ача-хаджу. В отличие от большинства хаджу, которые «становились слишком взрослыми», чтобы продолжать быть хаджу, Ача не желал отказываться от возбуждающего искательства. Тем не менее, потеря ноги стала огромной проблемой. Не желая, чтобы к нему относились как к инвалиду, он основал школу в которой молодые хаджу могли жить и обучаться бою. Ача разместил её в горах, далеко от безопасных и удобных дорог, позволив разнообразнейшим чудовищам поселиться на прилегающей территории, чтобы испытать кандидатов. К его удивлению, и смятению многих старейшин, тысячи молодых зебр пришли обучаться в его школе, оставив миграцию. И вот так родилось племя Ачу.
В мифологии, Ачу представлен как один из первых зебринских героев, сила которого была столь велика, что он уселся под персиковым древом, чтобы обрести мудрость и не уничтожить мир. Этот образ определяет взаимоотношения ачу и силы, будь это грубая физическая мощь, скорость, напористость, стойкость либо умение. Старейшины основывали школы в основе которых лежали эти пять философий, и каждая школа обычно поддерживала небольшую деревеньку вокруг себя. Многие из школ организовывались вокруг конкретного философского «пути».
Путь Земли уделяет особое внимание тяжеловесным тренировкам, обычно это перетаскивание камней на горные вершины, и зебры часто добавляют в свою диету насекомых как источник протеина. Для этих ачу, икон племени, решением любых проблем это действовать мощно и решительно. Школа Расколотого копыта являла собой предупреждением, как её приверженцам, так и врагам. Адепты обучаются наносить удары и пинки с такой яростью, что неофиты часто зарабатывают хромоту процессе тренировок. Однако, часть тренировок включают в себя упрочнение копыт до такой степени, что они способны оставлять вмятины на железе, не ломаясь при этом.
Школы Пути Воды часто располагались на берегах бурных рек или рядом с ледяными озёрами. Приверженцы этого боевого стиля концентрируются на уклонении и текучести движений. Отклонение считается важнее блокирования, и численность противников постепенно сокращается. Ученики плавают в ледяных озёрах либо преодолевают вплавь пороги, чтобы и себя укрепить, и силу воды постичь. Школа Верного пути утверждает, что победы можно достигнуть терпением и истощением врагов.
В то время, как Путь Земли воплощает собой ачувость, Путь Огня описывает зебринские боевые искусства в целом, ставя во главу угла подавляющую и абсолютную агрессивность, и игнорирование получаемых в битве физических повреждений. Адепты этого пути почти поголовно в той или иной степени покрыты шрамами. Учащиеся сражаются среди костров либо на горячих углях, обучаясь не обращать внимание на болезненные отвлекающие факторы. Этот стиль крайне быстрый и резкий, подавляющий врагов в первые несколько секунд. В этой технике боя используется множество пинков с разворота и кувырков. Техника Падшего Цезаря была создана ачу-националистами, чтобы убить личных телохранителей Цезаря.
Путь Стали не столь широко известная и очевидная техника, уделяющая особое внимание использованию оружия и инструментов. Адепты этой школы обучаются сражаться разнообразными накопытными когтями, ножами, копьями, посохами, мечами, нахвостными клинками и прочим вооружением. Что немаловажно, точной стрельбе тоже уделялось особое значение. Зебринские накопытные луки, а позже винтовки, являлись жизненно важной частью мастерства точной стрельбы. Путь стали отвергает броню для блокирования и отклонения ударов. Если зебра намерен выжить, он сделает это своим оружием.
Пить Дерева является самым мирным стилем, делающим упор на выносливость и захваты. Адепты этой школы с рассвета до позднего вечера занимаются садоводством и земледелием. Обильные трапезы совсем не редкость, и многие адепты отличаются тучностью. Хватая врага, они захватывают его конечность и давят пока она не сломается, либо враг не сдастся. Путь Дерева был весьма привлекателен для нужд полиции, чтобы усмирять противников не убивая их.
Когда Великая миграция закончилась, ачу были широко узнаваемы и весьма уважаемы среди зебр. У них прижился отличительный тренировочный диалект называемый Джайн, и язык оказал влияние на всё племя, приведя к их характерному способу присвоения имён. Ачу любили как защитников и героев, и ненавидели как заносчивых выпендрёжников, вызывающих нескончаемые проблемы и горе. Когда гости Зебриники видели боевые состязания ачу, многие делали предположения, что такова именно вся раса зебр, а не единичное племя. Ачу обладают не только собственным языком, но и собственной системой глифов.
Однако, пришествие Найтмер Мун крайне унизило племя, которое не могло двигать солнце, чтобы спасти свой народ от страданий. Когда они узнали, что это сотворили пони, многие члены племени почувствовали себя совершенно беспомощными. Воистину, именно буйство ачу от своего бессилия и привело к краху иллюзий касательно Первой Империи и основанию куда более централизованной Второй. Помимо всего прочего, ачу тоже ищут великое духовное совершенство и заключают договора с духами, чтобы вывести свою силу на сверхъестественный уровень. Многие боятся, что эти соглашения пересекают черту, превращая зебр в одержимых духами чудовищ. Обычно монастыри являются домом для единственного духа, который вкладывает силу в чемпионов либо старейшин этой школы. Соперничество подобных школ обычно подливают масла в огонь диких домыслов о зебрах в целом.
Взаимоотношения ачу сложны. Семьи явление относительно редкое, но случаются. Правильнее будет сказать, что ачу, жаждущий взаимоотношений, выкажет свой интерес открыто. И пусть ачу в большинстве своём уважают отказы, некоторые пытаются навязать нужное им решение демонстрацией силы. Такое поведение племенем крайне осуждается. Куда чаще, двое ачу оказываются подстать друг другу в мастерстве и соревнование перерастает в романтические отношения. У ачу нет конкретной брачной традиции, и потому большинство союзов приемлемы пока они не ослабляют члена племени. Среди практикующих пути Земли и Дерева преобладают жеребцы, Воды и Стали — кобылы, а путь Огня поделён поровну. Дети обычно отдаются тому взрослому, который уже достиг в своих тренировках желанного уровня мастерства.
Вторая Империя видела ачу духовно возвышенными, но это же породило великое трение в племенах. Многие воспринимали ачу как выскочек, слишком индивидуалистов, чтобы считаться зебрами, заносчивыми и чуждыми. В частности у Роамани имелась давняя, и значительная неприязнь к ачу. Мастер пути Земли бросил вызов старейшине роамани, вызвав того на состязание по перетягиванию каната. Тот согласился, и позвал с собой поучаствовать всю деревню. Кто победил история умалчивает, ачу заявляют, что мастер перетянул не только деревенских, но и горную вершину, а роамани утверждают, что это мастера перетянули, повалив на землю.
Избрание Цезаря, во многом, являлось ответом на это трение между Ачу и Роамани. Пусть кандидат от ачу и проиграл, они отказались поддержать «фракции слабых» и потому примкнули к Атоли, а наличие в том же блоке Орах виделось как ещё большее оскорбление. «Мусор» были лучше, чем роамани. Когда «пираты» атоли захватили в заложники туристов из Эквестрии, именно насмешка ачу над Цезарем была действительно обидной. Одного мастера ачу было бы достаточно, чтобы с лёгкостью освободить заложников без единой смерти.
Когда война с Эквестрией началась, ачу отнеслись к ней скептически и отказались участвовать. Сила должна доказываться в поединке, а не широкомасштабной войне. Тем не менее, по мере развития конфликта, всё больше ачу вовлекалось в битву с солдатами Селестии. Эквестрийцы предоставляли большее разнообразие и интенсивность сражений, и не смотря на свою «не поддержку» войны, многие ачу «участвовали». Одним из самых прославленных был Хирото Крушитель Гор, который заявлял, что пока он «приключенствовал» в Эквестрии, повстречал красного жеребца-земнорони, который при минимуме мастерства сражался с ним пока он сам не прекратил биться. Эта встреча настолько расшевелила Хирото, что он присоединился к войне просто надеясь, что вновь сможет сразиться с этим «Биг Макинтошем».
Всё изменилось, когда бразды правления приняла Луна. Племя разделилось. Некоторые чувствовали, что война на уничтожение кощунственна по отношению к их ценностям личной силы. Другие ощущали, что риторика племени становится слишком экстремальной и требовательной. Некоторые чувствовали, что использование своих техник в широкомасштабной войне мало чего даёт, а цена слишком высока. Однако, подавляющее большинство поддержали Цезаря, в один миг сделав его власть над новой «третьей империей» непререкаемой. Десятки тысяч ачу отправились в битву, чтобы никогда уже не вернуться. Целые школы полным составом поступившие на службу уничтожались всего за считанные месяцы. Мастера оставались без учеников. Война продолжалась, и всё больше ачу становились продитьерами, всецело опровергая идею, что в битве доказывается сила.
Говорят, что Биг Макинтош погиб от пули безымянного снайпера-зебры, Хирото впал в буйство, едва не устроив бойню среди своих же, а затем стал пропойцей, которого использовали лишь для плакатов с пропагандой.
Судный День стал для племени шокирующим опытом, сравнимым с унижением, которое нанесла некогда Найтмер Мун. Войну выиграли не личная сила, но жар-бомбы и мегазаклинания. Они обнаружили свои монастыри заброшенными, разрушенными либо переделанными для других целей. Хуже того, погибло так много взрослых, что многие мастера скончались от старости так и не натренировав новое поколение бойцов. Иронично, но именно те мастера, кто сделал свои навыки максимально доходными и продажными выжили, передав их следующему поколению.
Однако, даже две сотни лет спустя ачу едва ли восстановились. Их школы являются лакомой целью для рейдеров и легионов, не желающих подвергаться риску «состязания» с обладающей «умениями» жертвой. Находчивые выживают тут и там, и наибольшее число ачу проживает на подземных уровнях Бастиона, предоставляя свои навыки и мускулы тем, кто лучше платит. Немногочисленные мастера-дологожители странствуют по землям, беря себе учеников и вдохновляя хаджу. Одно можно сказать наверняка: избегая риска Ачу ничего не достигнут.