SakeTami
Теневой Раб | Silent Step

Теневой Раб | Silent Step

boosty


Теневой Раб | Silent Step posts

Глава 2450: Королевство Воображения

Небольшое падение не повредит Святой, и особенно оно не повредит Эффи, чья Пробуждённая Способность сделала её тело крепким, как сталь. Правда, это падение было довольно долгим... но в конце концов они оба добрались до Зеркального Лабиринта невредимыми, хотя и в немного худшем виде, а также покрытые пылью.
«Дерьмо... я ничего не вижу. Какая морока».
Эффи пожаловалась, но не стала вызывать светящееся Воспоминание. Санни намеренно утопил Зеркальный Лабиринт в тенях — это был его проверенный и надёжный способ стереть бесконечные отражения со стен и таким образом избежать встречи с Другими.
«Я подозреваю, что предполагаемый — и, следовательно, самый безопасный — способ исследовать сердце этого лабиринта заключается в том, чтобы пройти по нему через отражения. Но поскольку никто из нас не знает, как справиться с Другими, мы просто пойдём как обычные люди».
Он повернулся к Эффи.
«Возьми меня за руку».
Он протянул ей руку, но она не взяла её.
Санни нахмурился.
«В чём проблема? Ты что, вдруг застеснялась?»
Эффи закатила глаза.
«Нет, тупица. Я не вижу, где твоя рука!»
Неловко кашлянув, Санни схватил её за предплечье и потянул в темноту.
Зеркальный Лабиринт ничем не отличался от того, каким он был раньше, ничуть не пострадав от ужасающих разрушений наверху. Правда, на полу было больше пыли — но в остальном он был в первозданном виде.
Пока они шли в темноте, Эффи, казалось, напряжённо вслушивалась в звуки их шагов. В конце концов она спросила:
«Значит, клан Валор не знал о существовании этого места?»
Санни покачал головой.
«Нет. Раньше оно было спрятано глубоко под землёй и защищено от обычного обнаружения. Я сам с трудом нашёл его... так что ни Страж Доблести, ни его сын не знали о существовании Зеркального Лабиринта, несмотря на то что провели несколько десятилетий прямо над ним».
Эффи немного помолчала, а затем неожиданно сказала:
«Но Мордрет должен был знать».
Санни бросил на неё настороженный взгляд.
Да... к такому выводу пришёл и он сам. Мордрет мог смотреть сквозь окружающие его зеркала и даже путешествовать по ним — таковы были его Дремлющая и Пробуждённая Способности. Поэтому, когда молодой Мордрет впервые вернулся в холодные объятия клана Валор, он наверняка почувствовал присутствие огромной массы зеркал под Истинным Бастионом.
Он должен был знать, что Зеркальный Лабиринт находится здесь... возможно, он даже был первым человеком, исследовавшим его.
Мог ли он прямо сейчас прятаться где-то в запутанной паутине извилистых туннелей?
Санни так не думал... точнее, он не думал, что Мордрет находится в каком-либо из туннелей.
«Если он здесь, то, скорее всего, в Зале Воображения. Туда мы и направляемся».
Эффи слегка напряглась.
«Напомни мне ещё раз, зачем мы туда идём?»
Санни собрался с мыслями, прежде чем заговорить.
«Ну... ты хозяин Бастиона, поэтому лучше других знаешь, что такое Великое Зеркало. Оно находится глубоко под замком — его иллюзорной версии — то есть в большом подземном зале, скрытом в самом сердце горы. Оно также является связующим звеном Компонента твоей Цитадели, позволяющего истинной и ложной версии Бастиона меняться местами. Одна версия остаётся в реальности, а другая надёжно удерживается в Великом Зеркале».
Эффи поджала губы.
«А ещё оно позволяет Другим выползать в реальность из Истинного Бастиона, если кто-то забывает его прикрыть».
Санни кивнул.
«Но на самом деле я считаю, что мы ещё даже не обнаружили истинный Компонент Бастиона».
Эффи слегка наклонила голову.
«А?»
Санни на мгновение задумался над своими словами.
«Подумай об этом. Под иллюзорным замком есть подземный зал с Великим Зеркалом, соединённый с ним потайными ходами. Но что насчёт Истинного Бастиона? Там нет никаких ходов. Вместо этого есть Зеркальный Лабиринт... и подземный зал в его сердце. Зал Воображения, который делает реальными вещи, которые ты себе представляешь, — или, по крайней мере, создаёт иллюзии этих вещей, которые на первый взгляд ничем не отличаются от реальных».
Он сделал небольшую паузу, а затем мрачным тоном добавил:
«Я не осмеливался исследовать Зал Воображения раньше, поэтому не знаю, что скрыто в его центре. Но если теория верна... то там есть ещё одно Великое Зеркало — истинное Великое Зеркало, а не его иллюзия, которая стоит под Ложным Бастионом».
Эффи нахмурилась в темноте, такая же ошеломлённая, как и в первый раз, когда он поделился с ней этой теорией.
Однако на этот раз у неё возник вопрос.
«Великое Зеркало... предположительно иллюзорное Великое Зеркало ведёт в Истинный Бастион. Тогда куда же ведёт истинное Великое Зеркало?»
Санни слабо улыбнулся.
«Это мы и собираемся выяснить».
В этот момент он остановился и посмотрел вниз, на его лице появилось обеспокоенное выражение.
Эффи чуть не врезалась в него, но вовремя остановилась, потому что всё это время прислушивалась к звукам его шагов.
«Что такое?»
Санни опустился на колени и стал изучать пол.
«В пыли есть следы».
Он ожидал найти какой-нибудь знак того, что Мордрет проходил через эти туннели. Однако чего Санни не ожидал... так это того, что следов окажется два вида, один чуть более блеклый, чем другой.
И немного меньше по размеру.
Некоторое время он молчал, а затем удивлённым тоном произнёс:
«Я думаю... что и Мордрет, и Морган были здесь до нас».
Бывшая принцесса Валора бесследно исчезла через несколько месяцев после войны. Кто-то был уверен, что её убил брат, а кто-то просто решил, что она ушла, чтобы начать новую жизнь в полной анонимности — в конце концов, быть последней наследницей павшего, печально известного Великого Клана — не самая лёгкая участь.
Некоторые, впрочем, считали, что Морган бросила вызов Четвёртому Кошмару.
Однако, как оказалось, вместо этого она была здесь, в Зеркальном Лабиринте.
Санни не знал, что с этим делать, и тем более как к этому относиться.
«Как любопытно».
Но он был рад, что Морган всё ещё жива.
Несколько мгновений Санни оставался неподвижным, а затем поднялся на ноги и продолжил идти вперёд, ведя Эффи сквозь темноту.
«Идём. Нам нужно поторопиться в Зал Воображения».
Через некоторое время она сказала:
«Подожди минутку...»
Эффи схватила его за предплечье, медленно усиливая давление.
«Так вот почему ты не давал мне есть целый день? Чтобы я не могла думать ни о чём, кроме еды, когда мы доберёмся до этого чёртового зала?!»
Санни озорно улыбнулся в темноте.
«Ох, об этом... ну, да. Думаю, всё получится отлично!»
Что касается самого Санни, то у него был гораздо более простой способ добраться до сердца Зала Воображения, не вызывая иллюзию какого-нибудь Нечестивого Титана.
Он собирался отпустить контроль над своим воплощением и позволить своей тени войти вместо него, а затем вернуть контроль в последний момент.
Его тени действительно обладали собственным разумом, но он был уверен, что Зал Воображения не был создан для того, чтобы воплощать фантазии теней. А даже если и создан, то всё, что тени могли бы себе представить, не было бы столь ужасающим, как то, что мог вообразить Санни.
Особенно эта тень... озорная тень. В большинстве случаев её фантазии были довольно прозрачными...
Впрочем, был только один способ узнать наверняка.
Эффи старательно пыталась сжать его предплечье в тисках, но Санни просто не обращал на неё внимания — теперь, когда у него было и Плетение Костей, и Плетение Плоти, и Нефритовая Оболочка, выдержать такое давление не составляло большого труда.
Но всё равно было чертовски больно!
Эффи зарычала в темноте:
«Эй, Теневой Мальчик! Если ты не покормишь меня прямо сейчас, я вместо этого... съем тебя?»
Её голос стал тише, а затем и вовсе затих, потому что в этот момент они достигли границы Зала Воображения.
Стены туннеля раздвинулись, открывая огромное открытое пространство. Оно было полно тьмы, и ни зрение Санни, ни его ощущение теней не могли проникнуть внутрь.
На какое-то время они замерли, настороженно готовясь к испытанию Зала Воображения.
В конце концов он вздохнул и потянул Эффи вперёд.
«Пойдём. Чем скорее мы это сделаем... тем скорее попадём в какую-нибудь безумную передрягу, едва выжив, и вернёмся победителями со страшными историями».
Эффи пару раз моргнула.
«Что? Это должно было меня успокоить?»
Санни вздохнул.
«Да. Может, ты и не знаешь, но у меня есть послужной список в таких делах. Я ведь всё ещё жив, не так ли?»
У Эффи открылся рот.
«Нет, не жив! Ты буквально мёртв! Целых две армии видели, как ты убил себя, а затем сразу после этого тебя убила Нефис!»
Санни усмехнулся.
«Что, я должен был умереть только от этого?»
С этими словами он шагнул вперёд.
Они уже обсудили план, так что говорить больше было не о чем.
Санни встал в центре входа в Зал Воображения, после чего сосредоточился и вызвал Святую — иметь хотя бы одну Тень, прикрывающую их, было, пожалуй, разумным решением, и она как нельзя лучше подходила для этого испытания.
Молчаливый рыцарь появилась из темноты и посмотрела на него со своим обычным безразличием.
Однако на этот раз взгляд Святой задержался на нём дольше, словно ощущая остаточные следы личности Нефритового Титана, которую он принял во время Игры Смерти.
В конце концов Святая заняла место слева от него, а Эффи встала справа.
«Ах. Мне это не нравится...»
Она подняла руку, чтобы схватить его за плечо, а Санни приготовился временно отпустить контроль над своим воплощением, зная, что Эффи и Святая приведут его туда, куда нужно.
«Просто подумай о своей любимой еде. Вообще-то, я недавно попробовал кое-что очень вкусное! Ты когда-нибудь пробовала... жареную Проклятую крысу? Если нет, то рекомендую жарить над лавой...»
Эффи глубоко вздохнула, после чего пробормотала тихое проклятие и подтолкнула его.
Они втроём вошли в Зал Воображения.
Санни не помнил, что произошло дальше.
Следующим он осознал то, что был где-то в другом месте...
Он был кем-то другим.

2025-07-06 13:27:41 +0000 UTC View Post

Глава 2449: Лабиринты

Санни вылез из воды и поднялся на ноги, глядя на пустынный, залитый лунным светом пейзаж Истинного Бастиона.
Руины огромного замка, который они с Кэсси когда-то исследовали... полностью исчезли, превратившись в огромную, жутко гладкую равнину из бледного камня. То тут, то там в её поверхности зияли глубокие трещины, скрывающие холодную тьму. Сама скала всё ещё излучала нестерпимый жар, заставляя воды озера кипеть и бурлить — плыть к берегу было, мягко говоря, не самым приятным опытом.
На другом берегу озера когда-то был тёмный, извилистый лес — теперь там были только зола и пепел, а в небо, словно обугленные столбы, торчали кости.
Разбитая луна заливала опустошённую землю серебристым светом, отражаясь от беспокойной поверхности тёмной воды... пейзаж казался жутким и чуждым, мало похожим на шумный город по ту сторону отражений.
Упавшей башни, где Кэсси обычно ждала Санни во время их путешествий в Зеркальный Лабиринт, больше не было. Не было и стен замка — как и руин главной башни, которые когда-то служили Королю Мечей кузницей.
Санни вдруг с болью осознал неизбежный, безжалостный ход времени.
Конечно, Истинный Бастион не был изменён временем — вместо этого он был изменён полубогом... Звездой Разрушения.
Полубогом, не отличающимся от него самого.
Жалкие останки того, что когда-то было цитаделью Демона, не иллюстрировали разрушающую силу времени — напротив, они демонстрировали его собственную устрашающую мощь. Сейчас Санни мало чем отличался от силы природы — более того, по самому определению, он был куда более разрушительным, чем когда-либо могла быть природа.
'Как странно'.
Он глубоко вздохнул и на долю секунды превратился в тень, оставив после себя воду, пропитавшую его одежду и волосы. Мгновение спустя, совершенно сухой, Санни снова принял человеческий облик.
«Чёрт, твою мать, проклятье, что за хрень?!»
Его спокойное размышление было бесцеремонно прервано Эффи, которая выбрала этот момент, чтобы подняться из кипящего озера, блестящие капли воды скатывались по изящным линиям стальных доспехов, которые прилегали к её телу, как второй слой кожи. Белая ткань, облегавшая бёдра и грудь, прилипла к гладкой стали, ничуть не скрывая форм под ней.
Она откинула волосы назад, отчего капли разлетелись в лучах серебристого лунного света, и с досадой огляделась по сторонам.
«...Каю достаются потрясающие горячие источники в Рэйвенхарте, а я должна вариться заживо в кипящем озере? Я чуть не превратилась в суп! Разве это справедливо? Ох, чёрт... Нефис действительно постаралась на славу».
Санни вздохнул.
«Да. Руины полностью разрушены. Хотя странно... она говорила, что в озере не будет воды, но, похоже, оно ничем не отличается от прежнего».
Эффи обмахнула себя, а затем окинула взглядом огромные каменные просторы и вздрогнула.
«На самом деле, мы уничтожили большую часть руин вместе с Морган во время войны. Озеро мы тоже осушили, но вода, должно быть, просачивается сквозь отражения с другой стороны. Это немного странно, не так ли? Вода течёт из иллюзорного озера в настоящее. Можно ли вообще назвать это иллюзией?»
Санни пожал плечами.
«Ну, это иллюзия, созданная Демоном Воображения. Такие иллюзии вполне могут быть более реальными, чем сама реальность».
Он окинул взглядом тёмную водную гладь, а затем заглянул в её глубины.
«Здесь, на дне настоящего озера, есть затонувший город, верно? Но в нашей версии Бастиона ничего подобного нет. Это тоже любопытно».
Эффи вздохнула и направилась прочь от берега.
«Ты, полагаю, бывал в Ривергейте? Так вот, к северу от Истинного Бастиона есть похожий комплекс великих дамб. Правда, он был полностью разрушен тысячи лет назад — по моей версии, тем же ударом, что расколол луну и превратил замок Воображения в руины. Думаю, именно так город и затонул».
Санни повернулся, чтобы посмотреть на неё, и поднял бровь.
«Есть ещё одна дамба выше по течению от Зеркального Озера?»
Эффи кивнула.
«В Истинном Бастионе есть, а в иллюзорном — нет. Я думаю, обе плотины построил Демон Воображения, и они как-то связаны с Зеркальным Озером. Похоже, она почему-то любила играть с водой. Конечно, это настолько древнее прошлое, что нет возможности узнать наверняка».
Вторая бровь Санни тоже приподнялась.
«А? С каких это пор ты интересуешься древней историей?»
Эффи усмехнулась.
«С тех пор как меня назначили ответственной за Бастион? Мне нужно знать историю города, которым я должна править, чтобы избежать неприятных сюрпризов. Здесь, в Царстве Снов, древнее прошлое довольно часто становится проблемой настоящего».
Санни вздохнул.
«Я бы и сам не смог выразиться лучше».
Он помедлил мгновение, а затем поднял взгляд на разбитую луну и спросил:
«Ты когда-нибудь достигала границы этого отражения?»
Эффи покачала головой.
«Нет, потому что, когда мы сражались здесь, Морган перенесла Истинный Бастион в реальность, чтобы защитить иллюзорную версию — он просто граничил с окружающими регионами Царства Снов, как будто всегда был там. Но я представляю, что по краям просто ничего нет... что-то вроде границ Звериной Фермы».
К тому времени они добрались до самой глубокой из трещин, прорезавших поверхность горы, — тёмная трещина вела прямо к Зеркальному Лабиринту.
Осколок зеркала, который выбросила Нефис, всё ещё лежал на краю, покрытый копотью.
Санни поднял его, некоторое время рассматривал, а затем раздавил в кулаке.
Разжав кулак, чтобы ветер развеял мелкую стеклянную пыль, он указал на пролом.
«Ты пойдёшь первой или я?»
Эффи вдруг улыбнулась.
«О боже! Не каждый день мужчина приглашает меня исследовать глубокую...»
Санни тоже улыбнулся, а затем поднял руку и спокойно толкнул её через край.

2025-07-06 13:25:28 +0000 UTC View Post

Глава 2448: Божественное Оружие

Санни улыбнулся.
«Если быть точным, то это божественная реликвия, которую я нашёл в замёрзших пустошах. И я говорю это буквально — это Божественное Оружие, оставленное убитым богом. Я чуть не откинул копыта, чтобы достать его, так что будь любезна называть меня па... дядей, называй меня дядей».
Глаза Эффи расширились.
Действительно, огромное копьё, похожее на стрелу уничтожающей молнии, выкованную в оружие, было Божественным Оружием — именно это копьё Санни увидел в одной из истин, открывшихся ему в игре Ариэля. В этой истине Ткач бросил вызов Ариэлю в Игре Смерти на залитом кровью поле боя в замёрзшем аду... в то время как Ариэль вселился в тело умирающего Божественного существа.
Санни отчётливо помнил каждую деталь той сцены...
Бесконечная белая равнина, изломанные трупы низших богов, реки ихора, текущие в глубины замёрзшего океана, щупальца небытия, просачивающиеся в реальность сквозь трещины в разрушенном небе... гигант, стоящий на коленях посреди безмолвного поля боя, сжимающий свою сломанную голову двумя огромными руками, бормоча бессвязные слова, полный ужаса.
И огромное копьё, лежащее на разбитом льду, забытое, но всё ещё наполненное отголосками уничтожающих молний.
...Возможно, гигант и забыл о своём копье перед смертью, когда его тело поглотил океан, но Санни — нет. Поэтому он отправился в замёрзшие пустоши в надежде найти его.
К счастью, обнаружить поле боя из своего видения оказалось не так уж и сложно — по крайней мере, для Санни, который мог распространять своё ощущение теней на бесчисленные километры и двигаться с ошеломляющей скоростью. В конце концов, даже в Царстве Снов было не так уж много мест, где небо было разбито вдребезги, а в реальность просачивались щупальца небытия.
А вот выжить в этом ужасном месте... это было совсем другое дело. Тысячи лет прошли с того дня, который он увидел в видении истины, и всё вокруг стало гораздо более жутким и пугающим, чем раньше, — не говоря уже о леденящей душу смертоносности.
Всё было поглощено льдом и окутано знакомым белым туманом... только в этом тумане, казалось, что-то пряталось, заставляя его кожу покрываться мурашками. Невыносимый холод был почти абсолютным, гораздо хуже, чем даже снежная буря Зимнего Зверя.
Санни хотел тщательно исследовать поле боя, но в итоге ему едва удалось достать копьё из глубин льда, после чего он поспешно ретировался. Сначала копьё было гигантским, но стоило ему прикоснуться к нему, как оно уменьшилось до нынешних размеров.
Это жуткое место, ужасное чувство страха, холод... это было то, что он хотел бы никогда не переживать.
Посмотрев на Эффи, Санни ухмыльнулся.
«Ну, что скажешь?»
Эффи в восторге наклонилась вперёд и взяла копьё.
«Спасибо, дядя-аааа!»
Едва подняв копьё с земли, Эффи опрокинулась и упала лицом вниз, заставив Санни снова рассмеяться.
«Ой, прости! Я забыл сказать... оно довольно тяжёлое».
Эффи и сама была... человеком с тяжёлым верхом. Поэтому неудивительно, что она потеряла равновесие и в итоге упала.
Лёжа на земле, она бросила на него сердитый взгляд, после чего встала и снова потянулась к огромному копью. С ворчанием Эффи всё-таки подняла его. Под оливковой кожей перекатывались мускулы, а на лице блестели бисеринки пота.
Санни не удивился, увидев, как она взвалила на плечи сокрушительный вес Божественного оружия, с которым с трудом справлялся даже Суверен, — если у кого и было достаточно физической силы, чтобы владеть огромным копьём, так это у Эффи. Она изучила его с задумчивым выражением лица, а затем улыбнулась.
«Потрясающе. Однако... не думаю, что я достаточно сильна, чтобы орудовать им в бою. Ни один Святой не может им владеть».
Санни помедлил несколько мгновений, а затем кивнул.
«Действительно, ни один Святой не может им владеть. Это подводит нас к следующему пункту нашего разговора и к истинной причине, по которой я здесь. На самом деле, мне немного неловко произносить эту речь во второй раз, но всё же... мы с Нефис рано или поздно попробуем достичь Апофеоза, а это значит...»
Эффи пренебрежительно махнула рукой.
«Если ты собираешься рассказать мне, как кто-то другой должен стать Верховным, прежде чем вы, ребята, прыгнете в Пятый Кошмар, то не стоит. Вообще-то я уже встречалась с Каем в ОССК, и он за выпивкой поведал мне о ваших злоключениях в Игре Смерти. Так что объяснения можно пропустить. Я и так всё знаю».
Санни несколько секунд смотрел на неё.
«И?»
Эффи положила золотое копьё обратно на землю и пожала плечами.
«Конечно, я в деле».
Он пару раз моргнул.
«Эмм... ты ведь знаешь, что мы говорим о том, что ты бросишь вызов Четвёртому Кошмару? Не сразу, конечно, но со временем. Именно поэтому я взял Кая в игру Ариэля, и именно поэтому я хочу взять тебя в Зеркальный Лабиринт. Чтобы помочь тебе подготовиться».
Эффи снова зевнула, а потом простонала.
«Проклятье... все эти разговоры о достижении Верховенства, а я ещё даже не выпила свой утренний кофе. Я же сказала «конечно», не так ли? Давай сделаем это! Давай подготовим меня к тому, чтобы бросить вызов Четвёртому Кошмару. Желательно после того, как я позавтракаю».
Санни молча смотрел на неё, а потом покачал головой.
«Разве тебе не нужно время на раздумья? Только четыре человека за всю историю пережили Четвёртый Кошмар, ты же знаешь».
Эффи встретила его взгляд и слабо улыбнулась.
«Оглянись по сторонам».
Санни так и сделал, изучая уютный деревянный дом и живописную территорию поместья. Эффи тем временем взяла в руки Божественное копьё и осторожно прислонила его к ближайшему дереву.
«Мне есть что защищать, Санни».
Это был очень простой ответ... но он говорил обо всём.
Смахнув грязь со своих спортивных штанов и растянутого топа, Эффи, направляясь в дом, начала насвистывать весёлую мелодию.
«Не мешкай! Сегодня полнолуние, так что давай перекусим и обсудим, что именно мы будем делать в Зеркальном Лабиринте. О, и ещё...»
Она обернулась и улыбнулась.
«Спасибо за копьё, правда. Я это серьёзно».
Затем улыбка Эффи превратилась в ухмылку.
«То есть я не знала, чего ожидать, когда ты начал хвастаться размером своего свёртка, но когда ты вытащил эту штуку... боже правый! Это действительно...»
Подойдя к дому, Санни втолкнул её внутрь.
«Заткнись, чёрт побери!»

2025-07-05 06:05:19 +0000 UTC View Post

Глава 2447: Визит на дом

Оставив позади несколько потрескавшихся булыжников, Санни подошёл к определённым воротам и немного подождал, ожидая, что из них вот-вот выскочит огромный волк и поглотит его в урагане восторга, энтузиазма и щенячьей любви.
Однако ничего подобного не произошло.
Санни приготовился изобразить раздражение, но теперь он был странно разочарован.
'Линг Линг, этот сопляк... неужели он не чувствует запаха своего любимого дяди, стоящего у двери?'
Санни подождал ещё немного, затем вздохнул и поднял руку, чтобы постучать в ворота. Но не успел он это сделать, как ворота распахнулись, явив взору накаченный, стройный и скульптурный торс. Санни несколько мгновений изучал его, затем посмотрел вверх... а потом, вздохнув, ещё чуть выше.
Эффи стояла на гравийной дороге босиком, в поношенных удобных спортивных штанах и импровизированном топе с выцветшим логотипом «Найт&Гейл», героически обтягивающем её пышную фигуру. Её волосы были взъерошены, и она тёрла глаза, зевая.
Видеть её в такой обыденной одежде было немного странно, учитывая, кем она была и где они находились. Но, впрочем, Эффи никогда не заботилась о своём возвышенном статусе.
Оглядев Санни с ног до головы, она бросила сомнительный взгляд на улицу.
«А? Здесь никого нет?»
'Чёрт возьми!'
Он оскалил зубы.
«Эй! Хватит притворяться, что ты меня не видишь».
Эффи подняла брови и медленно опустила взгляд. Затем она опустила его ещё ниже и лучезарно улыбнулась.
«О! Это ты, Теневой Мальчик. Прости, не заметила тебя там... и под там я имею в виду вон там, внизу...»
Санни раздражённо нахмурил брови.
«Как это вообще имеет смысл? Отлично, допустим, ты меня не заметила. А как насчёт того огромного свёртка у меня на спине? Того, который три метра в длину? Только слепой не заметил бы его!»
Эффи посмотрела на свёрток, торчащий высоко над его левым плечом, а затем смущённо почесала голову.
«Ну, ладно. Ты меня подловил... в любом случае, проходи. Меня предупредили, что ты появишься, и я ждала. Это официально мой первый день отпуска! Я даже не знала, что они у меня бывают, понимаешь? Конечно, раз уж ты в этом замешан, то в лучшем случае это будет рабочая поездка... теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что меня обманули, лишив возможности отдохнуть...»
Санни прошёл за Эффи за ворота и огляделся.
«А где Малыш Линг? И его отец? Я надеялась наверстать упущенное».
Она бросила на него косой взгляд.
«Линг Линг наказан и помогает отцу на ферме. И ещё... мне кажется странным, что ты дружишь с моим мужем. Чрезвычайно странным!»
Санни несколько раз моргнул, ошеломлённый и потрясённый.
«Что? Почему? Позволь мне сказать тебе, что я потрясающий друг».
Эффи энергично кивнула.
«Вот именно. Ты слишком потрясающий! В прямом смысле этого слова, я имею в виду. Ты же Суверен, ради Заклятия. С чего бы моему мужу дружить с Сувереном?»
Санни насмешливо хмыкнул.
«Этот парень женат на Святой и воспитывает ещё одного Святого. Думаю, он справится с дружбой с Верховным. Не недооценивай этого парня... он просто настолько впечатляющий».
Эффи взглянула на него, а затем отвернулась с мягкой улыбкой.
«Ладно... это правда. Он действительно немного впечатляет, не так ли?»
Перед тем как они вошли в дом, Санни жестом попросил её остановиться и со вздохом облегчения снял со спины свёрток.
«Подожди немного. Я не уверен, что мы сможем занести эту штуку внутрь».
Территория поместья Эффи была обработана так, чтобы выдержать титанический вес её Трансцендентной формы, а также переизбыток энергии Малыша Линга, но насчёт дома он не был уверен. Её муж построил его из мистической древесины, добытой в лесах вокруг Бастиона, но здесь они имели дело с чем-то поистине особенным.
Опустив нижнюю часть свёртка на землю, Санни одной рукой поддерживал его вес, а другой массировал больное плечо.
«Ах. Так лучше...»
Эффи с любопытством изучила узкий предмет.
«Что это вообще за штука?»
Санни усмехнулся.
«Это... мой небольшой подарок тебе».
Он осторожно опустил его на землю, а затем встал на колени, чтобы снять ремни. Конечно, и ткань, в которую был завернут предмет, и ремни были сделаны из проявленных теней, так что он мог бы просто отозвать их... но какое из этого выйдет представление?
К тому же, чем больше Санни становился похож на божество, тем больше он учился ценить эти маленькие, человеческие моменты. Конечно, он мог телепортироваться и заставлять тени делать всё за него, чтобы ему и пальцем не нужно было пошевелить, но идти туда, куда нужно, на своих ногах и делать то, что хочется, своими руками — это уже само по себе маленькое удовольствие.
Распаковывая предмет, он озорно улыбнулся Эффи.
«Ничего слишком безумного. Я просто подумал о тебе, когда увидел его».
Из-под ткани показалось внушительное копьё. Оно было около трёх метров в длину, лишённое легкомысленных украшений, но прекрасное по дизайну. Огромное копьё было одновременно торжественным и великолепным, словно выкованным из чистого золота, — но, несмотря на это, от него исходило ощущение неописуемой свирепости и сокрушающей тяжести, внушая трепет и благоговение любому, кто взглянет на него.
Наконечник копья был длинным, способным как пронзать, так и резать, а древко — безупречно прямым и, казалось, неразрушимым. Как только копьё было обнажено, в воздухе вдруг запахло грозой, а по траве забегали искры электричества
Оно ощущалось... древним, непостижимо могущественным и святым. Казалось, сам мир реагирует на присутствие золотого оружия, становясь вокруг него ярче и торжественнее.
Эффи заворожённо смотрела на огромное копьё.
«Что...»
В этот момент Санни засиял.
«Дылда для дылды!»
Она заставила себя отвести взгляд от копья и бросила на него невесёлый взгляд.
«Хочешь умереть?»
Санни рассмеялся.
Эффи ещё немного изучила копьё, а затем спросила удивлённым тоном:
«Нет, правда. Что это за красота?»
Санни покачал головой и наконец отозвал теневую ткань. Его тон был бесстрастным, когда он объяснил:
«Это... божественная реликвия».

2025-07-05 06:04:24 +0000 UTC View Post

Глава 2446: Размолвка влюблённых

День рождения действительно был хорошим.
На самом деле, Санни был немного удручён перед зимним солнцестоянием... потому что Нефис относилась к нему холодно после того горячего спора в зале совета Нефритового Дворца.
Впервые с тех пор, как они сошлись, он уснул на диване — ну, в метафорическом смысле. По правде говоря, после той ночи никто из них нигде не спал, поскольку оба были страшно заняты из-за приближающегося солнцестояния. Но он всё ещё чувствовал вокруг себя хлипкие стены пресловутой собачьей конуры.
Нефис не то чтобы избегала его, отказывалась с ним разговаривать или вообще вела себя как-то иначе — она просто превратилась в прежнюю отстранённую, бесстрастную личность. Он чувствовал, что она злится... как и то, что под этой злостью скрывается боль.
После той ночи они снова разговаривали, пытаясь лучше выразить свои чувства и мысли. Но эта более спокойная беседа лишь позволила им лучше определить свои позиции, но не устранить фундаментальную разницу во взглядах. Так что на несколько дней между ними образовалась неловкая дистанция.
Санни был опечален этим фактом... но, как ни странно, он также был счастлив.
Для него это был хороший знак.
Это была их первая ссора как пары — обычно Санни был слишком покладистым, а Нефис небрежна во многих вещах. То, что она разозлилась в этот раз, свидетельствовало о том, что он ей небезразличен настолько, чтобы разозлиться, что было совсем неплохо. Более того, это обнадёживало.
Санни было бы гораздо более горько, если бы она оставалась невозмутимой и равнодушной.
Что касается того, что чувствовал он сам...
Он был напряжён и встревожен. Он знал Нефис и знал, что она без колебаний бросится в пасть Забытого Бога, стремясь к своей цели... к своему неутолимому желанию.
Поэтому он боялся потерять её.
Именно поэтому они злились друг на друга и именно поэтому провели несколько дней порознь.
Но вот наступило солнцестояние. И несмотря на то, что чувствовала Нефис, она подавила свой упрямый характер и постаралась сделать этот день для Санни как можно лучше.
После этого их конфликт не исчез волшебным образом, но неловкость несколько рассеялась.
...И всё же, хотя всё снова стало казаться нормальным, между ними по-прежнему оставалась некоторая дистанция. Эта пропасть была узкой и, казалось бы, незначительной, но Санни не знал, как её преодолеть.
'Проклятье! Почему все мои друзья одиноки?'
Он отчаянно нуждался в совете по поводу отношений, но было мало людей, у которых он мог бы его попросить — не то чтобы борьба с древними богами Порчи была камнем преткновения в отношениях многих пар.
Оставались Ким и Ластер... но было бы безумием просить совета у Ластера или у женщины, которая вышла замуж за Ластера.
В общем, оставался только один кандидат.
Эффи.
'Ну уж нет... я лучше спрошу совета по поводу отношений у Незера'.
А этот парень был тем, чьи неудачные отношения разрушили вселенную, не меньше.
Найдя наконец узкий и пустынный переулок, Санни почесал затылок.
'Если подумать, почему почти все мои друзья одиноки?'
Ответ был очевиден и одновременно печален… все они были трудоголиками.
Но как человечество собиралось выжить, если лучшие представители его взрослого населения не были заняты созданием полчищ детей?
Покачав головой и мысленно укорив друзей, Санни скрылся в тенях, таща за собой невыносимо тяжёлый багаж.
Кроме солнцестояния, дня рождения и первой ссоры с Нефис... ну, по крайней мере, первой ссоры с Нефис после того, как они стали парой... были и другие события. Мир продолжал вращаться, не ожидая никого.
Далеко на севере, в Выжженном Лесу, океан крыс в настоящее время осаждал бесконечный легион ужасных многоножек, подбираясь всё ближе и ближе к их гнёздам. В разрушенном соборе Мрачного Города одно из его воплощений маниакально изменяло дизайн своего будущего связанного с тенью Воспоминания, чтобы интегрировать свои недавние достижения в плетении в теоретическое магическое плетение.
Другое покинуло Забытый Берег и основало базу в Рэйвенхарте — опыт игры Ариэля показал, что в чрезвычайных ситуациях почти все его аватары находятся на севере, поэтому Санни хотел усилить своё присутствие к югу от Полых Гор.
Кроме того, кто-то должен был постоянно охранять Нефритовую Доску и Кукольный Домик... они ещё не придумали, что делать с этими бомбами замедленного действия, но держать их в Нефритовом Дворце определённо не было вариантом. Санни уже подумывал о том, чтобы бросить хотя бы одно из творений Ариэля в печать, содержащую Тёмное Море, но не был уверен, что это хорошая идея.
Кэсси, тем временем, хорошенько рассмотрела Кая после того, как очаровательный лучник отдохнул от своих приключений в игре Ариэля.
Как и ожидал Санни, кольца пепла, придающие силы его спутникам, исчезли, как только игра закончилась... однако они не исчезли бесследно.
Теперь у Кая был новый Атрибут, [Метка Пепла]. Этот Атрибут давал ему сродство с пеплом, что бы это ни значило — помимо всего прочего, он повышал его и без того огромную сопротивляемость огню, а также давал незначительное, но масштабируемое усиление вблизи сильного жара или в его окружении.
Приятно было сознавать, что знания и опыт... а также великолепный лук, сделанный на заказ, и колчан мастерски зачарованных стрел... не единственное, что Кай взял с собой из игры Ариэля. Однако Санни считал, что его друг заслуживает большего.
В конце концов, где ещё можно найти Святого, убившего Проклятого Зверя?
Выйдя из тени на тихой улице, Санни улыбнулся и направился к расположенному рядом особняку.
Теперь, когда солнцестояние осталось позади... Санни и Нефис будут заняты ещё больше. У него был новый проект по зачарованию человеческих крепостей в Царстве Снов, а значит, в обозримом будущем они с Кэсси будут заняты изучением колдовства, в то время как Нефис была нужна на многочисленных полях сражений.
Теперь, когда Проклятый Демон был мёртв и она больше не была привязана к Бастиону, она, вероятно, отправится в длительное путешествие на Острове Слоновой Кости. Зона Смерти к югу от Божьей Могилы до сих пор оставалась для них неприступной стеной и источником беспокойства — Нефис хотела сначала провести надлежащую разведку.
Но прежде они должны были получить подробный отчёт от агентов Клана Теней, разбросанных по двум мирам. Его отложили из-за солнцестояния, так что сейчас было самое время. Айко, похоже, тоже считала, что дела обстоят не так радужно, как обычно... нужно было срочно выяснить, права ли она.
Но об этом должны были беспокоиться другие его воплощения.
У этого же была другая задача.
Санни собирался разыскать пятый фрагмент родословной Ткача здесь, в Бастионе... точнее, в истинной версии Бастиона.

2025-07-04 06:53:57 +0000 UTC View Post

Глава 2445: Длинные дни

Примерно через месяц, перед самым полнолунием, Санни вернулся в Бастион.
Вернее, вернулось второе его воплощение. Первое вернулось в Бастион несколько недель назад, но это сначала отправилось в замёрзшие пустоши к западу от Рэйвенхарта.
Там в поисках Цитаделей рыскали разведгруппы Человеческого Домена — правда, они не смогли бы выжить в адском холоде, и только Святые отваживались выходить за внешние пределы казавшихся безбрежными ледяных просторов.
Итак, Санни нанял Бесшумного Сталкера в качестве проводника... вернее, сообщил ей о том, что она будет его проводником... и они вдвоём провели несколько незабываемых недель, дрожа от холода и ускользая от странных, устрашающих Кошмарных Существ, правивших в этом ледяном аду.
Так Санни узнал, что Бесшумный Сталкер на самом деле не немая. Как оказалось, она всё-таки могла говорить — или, по крайней мере, шипеть и ругаться, как моряк.
Что заставило обычно неразговорчивую принцессу Сонг вдруг стать такой выразительной... он понятия не имел.
Вероятно, это был холод.
Как бы то ни было, в конце концов, когда Бесшумному Сталкеру стало слишком опасно следовать за ним, он оставил её в укрытии, которое вырыл во льду, и продолжил путь на запад в одиночку. Через несколько дней Санни вернулся бледный и замёрзший, и они вдвоём отправились в обратно в Рэйвенхарт.
Оттуда Санни прошёл через Врата Сна в Бастион — они открывались регулярно, соединяя два крупнейших человеческих города в Царстве Снов через определённые промежутки времени.
И вот он здесь.
Масса людей вытекала из возвышающихся Врат Сна, а он был надёжно спрятан в толпе. Санни был одет в потрёпанную мантию, уже изменив черты лица — члены Клана Теней использовали для этого специальные Воспоминания, но он просто немного изменил свой аватар ради анонимности. Маскировать свою внешность стало намного проще после того, как он научился придавать цвет проявленным теням в игре Ариэля.
Делать себя менее красивым казалось преступлением против человечества, но что он мог поделать? Такова была жизнь... к тому же, теперь он был занят, так что привлечение восхищённых взглядов не принесло бы ему никакой пользы.
К его спине был привязан длинный узкий предмет, обмотанный тканью и торчащий высоко над головой. Санни шёл так, будто предмет был лёгок как пёрышко, но на самом деле ему требовалась вся его Верховная сила, чтобы не пошатнуться под тяжестью этой чёртовой штуки. Даже дикая тень, которую он прикрепил к своим ногам и управлял ею, чтобы она имитировала его движения, казалось, потела от тяжести тени этого предмета.
'Черт возьми... почему эта штука такая тяжёлая?'
Выпустив дрожащий вздох, Санни позволил течению толпы унести его прочь от Врат Сна. Вскоре он столкнулся с проблемой.
Стоя на набережной, он наблюдал за движением паромов через озеро. Ему тоже нужно было пересечь озеро, но ни один паром не смог бы выдержать его вес. В лучшем случае, под ним треснет палуба... в худшем — весь паром затонет, прихватив с собой пассажиров.
На самом деле, единственной причиной, по которой земля не трескалась под его ногами, было то, что он находился в Замке, где булыжники были сделаны из того же мистического камня, что и стены самой великой крепости.
Санни почесал затылок.
'Может быть, мне просто сделать Теневой Шаг к месту назначения?'
Не придумав ничего лучше, он отправился искать тёмный переулок, где никто не заметит, как он растворится в воздухе. Никому не принесёт пользы, если его увидят использующим способности, подобные способностям Повелителя Теней.
Иногда быть мёртвым — это такая морока.
Пока Санни шёл, он думал о том, что произошло за последний месяц.
Случилось много всего, пока его воплощение терпело холод ледяной преисподней. В конце концов, начало зимы было самым напряжённым временем для Домена Человечества из-за зимнего солнцестояния.
К настоящему времени большинство Спящих, заражённых Заклятием Кошмара в прошлом году, были либо Пробуждёнными... либо трупами. Другие всё ещё находились где-то там, в Царстве Снов, пробираясь к человеческим Цитаделям. Некоторые пробудились задолго до солнцестояния, заранее пройдя через Врата Сна — на самом деле, их было много, что значительно сократило число погибших.
Это зимнее солнцестояние было особенно важным, потому что оно послужило доказательством концепции. Это было второе солнцестояние за время правления Нефис, но первое, к которому она смогла подготовиться — предыдущее произошло слишком рано после окончания Войны Доменов, когда всё было в хаосе.
Не то чтобы сейчас всё не было хаотичным.
В зависимости от результатов всех мер, принятых Нефис и Кэсси для того, чтобы как можно больше Спящих пережили своё первое путешествие в Царство Снов, все последующие солнцестояния могли кардинально измениться...
Впрочем, их осталось не так уж много для человечества, поскольку мир бодрствования вскоре будет поглощён Царством Снов.
Но это было лишь значение зимнего солнцестояния для всего человечества. Для Санни оно имело значение и на личном уровне — ведь это был его день рождения.
Ему исполнилось двадцать восемь лет.
На этот раз Санни отпраздновал несколько дней рождения одновременно — один в Мрачном Городе, с Айко, его Тенями и воплощениями, а также странно чопорными членами Клана Теней; один в Рэйвенхарте, с Нефис, Кэсси и Каем; и один с Бесшумным Сталкером, которая, казалось, была совсем не в восторге от его настойчивого желания отпраздновать день рождения посреди Зоны Смерти.
Но Санни всё равно было весело. На самом деле, он чувствовал себя как дома в компании тихой принцессы Сонг, не в последнюю очередь потому, что она напоминала ему Святую и Убийцу — поэтому он втайне предпочитал её другим сёстрам Сонг, несмотря на то, что кошачья охотница не казалась ему ни капельки дружелюбной.
И всё же, это был хороший день рождения...

2025-07-04 06:53:06 +0000 UTC View Post

Глава 2444: Сон Забытого Бога

Санни уставился на неё, ошеломлённый.
«Это... мало что меняет? Как так?»
Нефис задержалась с ответом, а затем пожала плечами.
«Моя цель всегда заключалась в том, чтобы уничтожить Заклятие Кошмара. Но... когда я выбрала эту цель, я была юной и мало что знала о мире. С годами моё понимание мира расширилось... а значит, и мои цели тоже. Заклятие Кошмара, Кошмары — для меня это одно и то же. Я хочу уничтожить их все. И даже если корень зла — сам Кошмар, Заклятие тоже не свободно от вины».
Её голос стал чуть тише.
«Вы двое, кажется, считаете, что Заклятие Кошмара — благожелательная сила, но я не согласна. Да, зная то, что мы знаем теперь, нельзя отрицать, что его цель, по крайней мере, была благородной. Оно было создано, чтобы спасти мир, не меньше. Однако вы забываете, что его создал даймон, божественное существо, такое же древнее, как само время... и его представление о благородстве и доброте было бы весьма чуждым нашим».
Она повернулась и холодно посмотрела на Санни и Кэсси.
«Конечно, Заклятие Кошмара подталкивает людей идти по Пути Вознесения как можно быстрее — чтобы дать нам силы противостоять распространяющемуся Кошмару. Но задумывались ли вы, что, возможно, оно делает это далеко не лучшим способом? Насколько я вижу, решение Заклятия — просто бросить на проблему как можно больше тел. Большинство погибнет мучительной смертью, а затем умрёт ещё больше людей. Бесчисленные жизни будут разрушены, целые поколения стёрты с лица земли. Но если хоть несколько выживут и достигнут более высокого Ранга... тогда всё в порядке, не так ли?»
Санни помолчал несколько мгновений, обдумывая её слова. Затем он осторожно сказал:
«Но ты не можешь отрицать, что это... эффективно, верно? И что мы находимся в отчаянном положении, так что у нас не так уж много вариантов».
Нефис покачала головой.
«Разве это действительно эффективно? Или же это грубо и расточительно? Вспомни всё, через что ты прошёл. Неужели не было лучшего способа? Мы с тобой — сильнейшие защитники человечества. Но потому ли, что мы лучшие, или потому, что нам повезло? Что, если бы Заклятие было другим? Все эти потерянные жизни... весь этот растраченный потенциал. Как бы сложился мир, если бы Первый Владыка Светлого Замка не был брошен Заклятием в смертельную ловушку? Как далеко он и его когорта могли бы зайти? А что насчёт Даэрона, Змеиного Короля? Если бы Заклятие не отправило его в Кошмар, который мог покорить только тот, кто невосприимчив к Порче, что стало бы с людьми Сумеречного Моря?»
Она стиснула зубы.
«Ты видишь Заклятие в положительном свете только потому, что ты его бенефициар, а не жертва. Какой бы ни была его цель, Заклятие безжалостно, бесчеловечно и отвратительно. Вся эта великая сила, весь этот потрясающий потенциал... и ты говоришь мне, что великий Демон Судьбы не смог придумать ничего лучше, чем бросать детей в пасть Кошмара? Ты знаешь, сколько Претендентов умирает каждый год, так и не став Спящими? Я знаю, потому что чувствую, как их пламя гаснет днём и ночью. Неужели действительно не было лучшего способа?»
Белые языки пламени вспыхнули в глазах Неф, и она скривилась.
«Ты можешь убедить меня, что Заклятие Кошмара — это необходимое зло, с которым мы застряли, но не сможешь убедить меня, что оно доброе. Не сможешь убедить меня не ненавидеть его».
Затем её выражение лица внезапно смягчилось, снова став холодным и бесстрастным. Нефис помолчала несколько мгновений, а затем вздохнула и снова повернулась к окну.
«Впрочем... это неважно. Я говорила искренне, когда сказала, что эти новые знания мало что меняют — независимо от того, что я чувствую по поводу Заклятия. Давным-давно я сказала кому-то, что намерена покорить все Кошмары и уничтожить Заклятие. И я всё ещё намерена. Просто теперь я знаю, что после шестого будет Седьмой Кошмар, и что сначала мне придётся покончить с Забытым Богом, прежде чем разбираться с Заклятием».
Она горько усмехнулась.
«К тому моменту в нём уже не будет нужды. Так что весь этот спор бессмыслен».
Санни нахмурился, после чего слегка наклонился вперёд.
«Но в этом-то и дело, Неф. Он не бессмыслен. Ты забыла, какова наша цель? Мы хотим предотвратить уничтожение человечества. Убийство Забытого Бога — это то, чего хотел добиться Ткач, а не мы. Кого волнует, чего хотел этот коварный даймон? Ткач мёртв, так что мы свободны делать то, что хотим. И чтобы достичь нашей цели... нам не нужно рисковать собой в битве против существа, которое не смогли остановить ни боги, ни даймоны».
Он сжал кулаки.
«Нам не нужно покорять Семь Кошмаров и уничтожать Забытого Бога. Нам не нужно уничтожать и Заклятие — оно может продолжать удерживать его во сне. Оно сдерживало его веками и сможет сдерживать ещё. Нам просто нужно стать достаточно сильными, чтобы противостоять существам, которые угрожают человечеству здесь и сейчас... нам просто нужно стать Божественными».
Другие назвали бы его дураком или трусом за такие мысли, но Санни было всё равно. На самом деле, он считал глупцами тех, кто не мог видеть дальше того, что было для них предначертано.
Конечно, Забытый Бог был источником Порчи, отравляющей мир, и его уничтожение теоретически остановило бы распространение Кошмара... но что с того?
Никто из них даже не рассматривал возможность мира без Семян Кошмара и Кошмарных Существ до недавнего времени. Это были неотъемлемые факты жизни всего несколько дней назад, и вместо того, чтобы мечтать о каком-то райском мире, они были заняты планированием, как обеспечить выживание и процветание человечества в реальности.
Пока можно было гарантировать безопасное переселение в Царство Снов и пока были защитники, достаточно сильные, чтобы сдерживать Проклятых и Нечестивых Кошмарных Существ, человечество могло не только выжить, но и процветать в этом мире.
Здесь, в Царстве Снов, уже были огромные города вроде Бастиона и Рэйвенхарта... здесь были электрические фонари и плодородные поля, дороги прокладывались через дикие земли, торговые караваны путешествовали между оплотами человечества, и новые поселенцы прибывали каждый день. Конечно, здесь также были Кошмарные Существа и ужасы, не поддающиеся описанию... но такова жизнь.
Он никогда не знал ничего другого, как и большинство людей. И это не мешало им жить... бороться, стремиться и процветать в этом опасном, но щедром и прекрасном мире.
Именно это Санни хотел защитить. Именно поэтому он вернулся из своего путешествия на край света, решив изменить мир.
Убийство какого-то древнего Бога Порчи не имело к этому никакого отношения. Санни мог спать спокойно, зная, что Забытый Бог где-то там видит его во сне, заточённый в Кошмаре Заклятием.
Конечно, существовала вероятность, что однажды Заклятие падёт и его узник пробудится... но это тоже не было чем-то новым. Ведь даже до появления Заклятия Кошмара люди знали, что солнце когда-нибудь умрёт и что вся вселенная движется к неизбежной гибели.
Но никто не бросался на солнце из-за этого.
Мир всегда был обречён однажды закончиться... вероятно, задолго после того, как человечество само уничтожит себя десятки раз. В этом смысле пробуждение Забытого Бога ничем не отличалось от тепловой смерти вселенной.
Только вот убийство Забытого Бога, вероятно, было бы куда сложнее и опаснее, чем уничтожение вселенной. В конце концов, он был старше вселенной, участвуя в её создании.
...И именно его Ткач хотел, чтобы они убили?
Санни покачал головой.
«Стать Божественными уже достаточно невозможно. Да, я понимаю, что мы запрограммированы считать и делать всё по семёркам, и что игнорировать логическое завершение пути, проложенного для нас Ткачом, кажется неправильным... но нашей целью было стать богами, чтобы защитить человечество. А не бросить вызов Последнему Кошмару и исправить ошибку, допущенную истинными богами при создании мира. Не устранять Недостаток бытия. Идеальный мир — это мёртвый мир, так зачем нам бросаться во что-то заведомо смертельное и к тому же бессмысленное?»
Нефис смотрела на него с глубокой складкой между бровей.
«Чтобы бесчисленных людей не лишали выбора из-за Заклятия Кошмара. Чтобы спасти бесчисленные жизни от гибели в Кошмарах. Чтобы гарантировать, что конец света никогда не наступит. Чтобы уничтожить Заклятие раз и навсегда! Почему... почему ты не видишь этого?»
Санни не отвечал некоторое время, молча глядя на неё.
Он знал... знал, что в глубине души Нефис была эгоисткой. Она делала то, что хотела, и это было лишь счастливым совпадением, что она хотела быть праведной и достойной — согласно её собственному суровому пониманию праведности и достоинства, конечно.
Но на самом деле она хотела уничтожить Заклятие, которое ненавидела, — и сделать это так, чтобы ей не было стыдно.
Отомстить миру.
Врата Кошмара, Заклятие Кошмара — для неё это действительно было одно и то же. Она не смогла бы просто так отпустить своё самое страстное желание.
Но...
Санни тоже был эгоистом.
«Я вижу это. Но я... я просто не хочу, чтобы ты отбрасывала свою жизнь, Неф. Не в попытке создать какой-то безупречный Сад Эдема, ей-богу. Ты нужна мне живой... пожалуйста, попробуй увидеть и это».
Они оба замолчали, глядя друг на друга.
В конце концов Нефис вздохнула и отвернулась.
«...Зачем мы вообще спорим? Мы даже не можем быть уверены, что выживем в Пятом Кошмаре, не говоря уже о Шестом. Мы не можем даже думать о Седьмом прямо сейчас и не сможем ещё много лет. Так что... давай разберёмся с этим, когда придёт время».
Санни помедлил, а затем неохотно кивнул.
«Конечно. Давай сосредоточимся на том, что нужно сделать прямо сейчас».
Он знал, что она не была убеждена и что её решимость уничтожить Заклятие Кошмара по-прежнему непоколебима.
Но... Санни также знал, что многое может измениться со временем. Поэтому он молча согласился не продолжать этот разговор... по крайней мере, сейчас.
Нефис вздохнула.
«Какие у тебя планы?»
Он откинулся назад и улыбнулся.
«Ну, раз ты так любезно избавилась от того Проклятого Демона и расчистила путь к Зеркальному Лабиринту, я подумал, что возьму Эффи и исследую Истинный Бастион. О... но сначала я хочу сделать короткую остановку в замёрзших пустошах к западу отсюда. Там есть кое-что, что я хочу попытаться найти. После этого я отправлюсь в Бастион».
Нефис секунду колебалась, а затем кивнула.
«Хорошо. Вообще-то, после битвы с Отречением я кое-что нашла. Фрагмент одного из Отражений Мордрета. Он мог остаться там с тех пор, как мы выпустили того Проклятого Демона в Истинном Бастионе год назад, но что-то подсказывает мне, что он появился там позже. Так что, возможно, он прячется где-то в том Зеркальном Лабиринте... хорошо, что ты направляешься туда».
Улыбка Санни слегка потускнела.
«Этот тип? Как чудесно».
Он повернулся к Кэсси.
«Он ведь случайно не прятался в этом осколке зеркала, верно?»
Она покачала головой.
«Нет... Отречение достал бы его, и я проверила, чтобы убедиться».
Санни с облегчением кивнул.
«Хорошо. Тогда... думаю, на сегодня мы закончили. Нам всем нужно время, чтобы переварить эту новую информацию».
Он посмотрел на Нефис, зная, что им двоим есть о чём поговорить... и что лучше сделать это наедине.
За окном солнце уже поднималось над горизонтом.
В Рэйвенхарте наступил новый день.

2025-07-03 12:56:28 +0000 UTC View Post

Глава 2443: Краткое изложение всего

Санни потратил больше десяти лет, раскрывая ужасающие тайны Царства Снов и постепенно собирая воедино его истинную природу. Путь к знанию, которым он теперь обладал, был вымощен кровью и дымящимися руинами, и очень немногие — если такие вообще были — знали столько же, сколько он, о скрытой сути этого мира.
Но это не означало, что другие не искали правду с такой же решимостью или что никто больше не претендовал на запретное знание, которое он хранил.
Покойные Суверены, например, знали бесчисленные секреты. Была ещё Нефис... она знала почти столько же, сколько и Санни, проведя годы их разлуки в поисках собственных истин. У него не было монополии на тайные знания, да и мир не застыл на месте, пока его не было.
Просто у Санни было подавляющее преимущество, когда дело касалось разгадки леденящих душу загадок прошлого... или, по крайней мере, было раньше. Этим преимуществом был его прежний врождённый атрибут — [Судьбоносный], который ещё в те времена поставил его на путь столкновения с Ткачом и другими ключевыми фигурами конца света.
Однако у Нефис было своё огромное преимущество. И этим преимуществом... была Кэсси. Вряд ли в мире существовал человек, лучше подходящий для раскрытия утраченных и забытых истин, чем она. Так что за годы отсутствия Санни Нефис и Кэсси узнали немало тех же секретов, что и он.
Позже они объединили свои знания.
...Но теперь Санни снова ушёл далеко вперёд.
Потому что на этот раз он узнал поистине шокирующий секрет.
Секрет, который перечёркивал все остальные, а также был ответом на множество загадок, мучивших их годами.
Итак, Санни рассказал им всё, что узнал в игре Ариэля.
Как Ткач бросил вызов Демону Ужаса в Игре Смерти. Кем были Девять... как Ткач впервые погиб от руки Орфны. Как она снова убила Демона Судьбы в Царстве Теней, как Заклятие Кошмара было завершено, поглотив богов...
И зачем.
Конечно, он мог рассказать им лишь правду, не объясняя, как всё это связано лично с ним. Кэсси уже многое поняла о том, кем является Санни, по пробелам в памяти и тому, что она не могла вспомнить, а у Нефис тоже были свои подозрения... но всё равно ни одна из них не могла удержать в памяти то, что они знали о нём в прошлом.
Когда он закончил говорить, в зале совета воцарилась ошеломлённая тишина. За окном бушевала метель, скрывая звёздное небо... зал казался темнее прежнего, с тенями, притаившимися в углах, и долгое время никто не решался заговорить.
В конце концов, тишину нарушил сам Санни.
«Ах... я так долго гнался за этой истиной, знаете ли. Почти не верится, что наконец знаю всё... ну, или почти всё. Я... даже не знаю, что чувствую. Но я точно знаю, что знание — источник всякой силы. Так что, пожалуй, мы стали неизмеримо сильнее, даже оставаясь прежними».
Кэсси застыла, её лицо было отрешённым. Казалось, она лихорадочно обдумывала что-то, тысячи мыслей роились за её прекрасными, невидящими глазами.
Санни содрогнулся при мысли о том, что творилось в её маленькой, коварной голове.
Нефис же была мрачна и сосредоточена, глядя на него молча, но с обжигающей интенсивностью.
Через некоторое время она медленно вдохнула и тихо произнесла:
«Итак... давай разберёмся».
Она встала и подошла к окну, наблюдая, как за прозрачным кристальным стеклом бушует метель. Её голос звучал так же отстранённо, как обычно, но теперь в нём сквозила масса скрытых эмоций:
«Давным-давно, на закате Эпохи Процветания, боги стали далёкими и равнодушными, пренебрегая своими обязанностями... по крайней мере, тем, что люди считали их обязанностями. В их отсутствие империя, основанная Богом Войны и, предположительно, пользовавшаяся его покровительством, начала серию кровавых завоеваний, медленно распространяясь по смертным царствам, словно чума. Эти завоевания продолжались, пока они не столкнулись с маленькой мирной нацией... культурой, которая не поклонялась богам, а вместо этого возводила храмы самой судьбе».
Она обернулась и посмотрела на Санни с нахмуренным лбом.
«Эта культура была завоёвана и стёрта с лица земли, но не раньше, чем девять избранных героев... или чудовищ, смотря как посмотреть... отправились в путь, чтобы отомстить за свой народ. Отомстить за свой народ, убив богов».
Санни кивнул и продолжил:
«Но как смертные могут надеяться победить богов? Девять не были им ровней, поэтому они решили разжечь войну между даймонами и богами, зная, что это приведёт к гибели Империю Войны — а вместе с ней и всего сущего. Так они стали архитекторами Погибельной Войны, поглотившей мир».
Нефис мрачно улыбнулась.
«Только один даймон отказался участвовать в Погибельной Войне. Более того, он знал, чего пытаются добиться Девять, и что в этой войне не будет победителя... что всё будет уничтожено, оставив после себя лишь трупы. И тогда этот даймон придумал свой собственный план, план, чтобы извратить судьбу».
Она глубоко вдохнула и закончила ледяным, мрачным тоном:
«Ткач создал Заклятие Кошмара, позволил ему незаметно распространиться среди отчаявшихся беженцев конца света, а затем манипулировал одной из Девяти, заставив её убить его в Царстве Теней, где стояли Врата Пустоты — те самые, что были открыты кем-то во время последней битвы Погибельной Войны. Смерть Ткача стала катализатором, завершившим Заклятие, позволив ему поглотить и богов, и даймонов... и реализовать свой истинный замысел».
Кэсси наконец пошевелилась, слегка склонив голову и прошептав:
«Усыпить Забытого Бога, выпущенного из Пустоты. А затем заразить людей, нашедших приют в осиротевших Божественных Царствах, чтобы вырастить новых богов... богов, которых научили противостоять судьбе, и которые, следовательно, смогут уничтожить Забытого Бога раз и навсегда в глубинах Седьмого Кошмара».
Выражение лица Нефис стало холодным.
«...Только всё пошло не так, как надеялся Ткач. Каждое Божественное Царство, заражённое Заклятием, пало под натиском кошмаров и было поглощено Царством Снов, их цивилизации были уничтожены и разъедены Порчей. Люди Сумеречного Моря, цивилизация Божьей Могилы и остальные — все они исчезли, а мы — всё, что осталось. Последние искры Пламени».
Санни вздохнул, а затем кивнул.
«Вы понимаете, что это значит, да?»
Кэсси ответила первой:
«Это значит, что человечество в корне ошибается насчёт механизма и цели Заклятия. На самом деле то, что мы называем Заклятием Кошмара, — это два связанных, но отдельных процесса... у нас, конечно, были подозрения, но теперь это подтверждено. Забытый Бог спит, видя кошмар — отголоски его снов просачиваются в реальность, медленно заражая всё сущее. Отсюда берутся Семена Кошмара, отравляющие всё вокруг Порчей. И когда Семена расцветают, кошмар Забытого Бога продолжает распространяться — Врата открываются в новых мирах, и те миры затем встраиваются в его собственное Божественное Царство... в Царство Снов».
Санни откинулся назад, глядя вдаль.
«Так что Заклятие Кошмара не создаёт Семена Кошмара и не создаёт Кошмарных Существ. Скорее, оно... как интерфейс, построенный поверх всего этого, сквозь всё это, как симбиотическое — а может, паразитическое — присутствие. Оно создаёт Кошмары внутри Семян и даёт своим носителям способ проникать в эти Кошмары, чтобы уничтожить Семена изнутри. Вот почему те... кто не несут в себе Заклятия, не могут бросить вызов Семени — если они приблизятся к нему, то просто подвергнут себя Порче».
Кэсси сделала неровный вдох.
«Это одна из главных функций Заклятия. Вторая — взращивать своих носителей различными способами и помогать им идти по Пути Вознесения с немыслимой для обычных Пробуждённых скоростью... самым безжалостным, но и самым эффективным способом».
Она медленно выдохнула, прежде чем добавить:
«Третья из его главных функций...»
Санни закончил за неё.
«Самая фундаментальная, лежащая в основе всего. Она заключается в том, чтобы удерживать Забытого Бога во сне».
Он сделал паузу, а затем сказал с оттенком очарования в голосе:
«Конечно, остаётся множество вопросов о том, как работает Заклятие. Например, что его питает? Пожирает ли оно частицы души каждого живого существа, убитого его носителями? Или использует Кошмар Забытого Бога как вечный источник энергии? Оно всё ещё цело, или его механизм исказился за прошедшие века? Как именно оно создаёт Кошмары, и какова природа призраков, населяющих их? Я почти уверен, что Заклятие было сплетено не из нитей эссенции, а из Нитей Судьбы... может, поэтому оно кажется всеведущим, обладая знанием и прошлого, и будущего?»
Санни покачал головой.
«Ткач, этот коварный даймон... он провернул поистине ошеломляющий трюк тогда, в конце. Не так ли? По сравнению с тем, чем является Заклятие, даже убийство богов — и даймонов — кажется незначительным. Кто бы мог подумать, что убийство богов было всего лишь средством, а не целью? И кто мог быть настолько дерзким, чтобы относиться к их смерти подобным образом?»
Он вздохнул, внезапно почувствовав, что задыхается.
Теперь Санни был Лишённым Судьбы... но это, казалось, не освободило его от хватки Ткача. Туманный даймон предусмотрел роль для своего наследника — своего эпигона — и даже будучи вырванным из гобелена судьбы, Санни всё ещё маршировал под его барабан.
Потому что Ткачу не нужно было манипулировать судьбой Санни, чтобы контролировать его. Он мог просто манипулировать всем миром, не оставляя ему выбора, кроме как идти туда, куда Демон Судьбы хотел его привести. Даже не будучи больше Судьбоносным, тяжесть уже принятых решений гарантировала, что его будущие выборы будут соответствовать тому, что задумал Ткач.
'Чёртов даймон...'
Он медленно выдохнул.
«Всё это захватывающе, и многое нам до сих пор неизвестно. Но эти детали не так уж важны сейчас, верно?»
Нефис, до сих пор хранившая молчание, бросила на него пронзительный взгляд.
«А что важно?»
Санни встретил её взгляд, тщательно подбирая слова.
В конце концов он заговорил чуть мягче, чем обычно.
«Ну... ты. Твоей целью всегда было уничтожить Заклятие. Теперь, когда ты знаешь, что оно не так зловеще, как мы думали, и что его существование необходимо, чтобы Забытый Бог не поглотил нас всех, разве это ничего не меняет? Или, скорее... разве это не меняет всё?»
Нефис изучала его какое-то время, её лицо было нечитаемым.
Затем она слегка сжала губы и повернулась к окну.
«...На самом деле, это мало что меняет».

2025-07-03 12:31:42 +0000 UTC View Post

Глава 2442: Самодостаточный цикл

«...И затем я отрубил Снежному Тирану голову».
Он закончил описание битвы с задумчивым выражением лица, глядя на звёзды, горящие в холодном чёрном небе за окном.
«Думаю, он в основном врал сквозь зубы, чтобы сбить меня с толку — ну, на самом деле, я не думаю, что у него был рот, так что он врал не сквозь зубы, а через то, что у него там было. По крайней мере, Кукловод определённо не был так невосприимчив к безумию Порчи, как он это представлял. Что же касается остального...»
Он нахмурился.
«...Может быть, в его словах всё-таки была доля правды. Даже если он полностью исказил смысл, чтобы посеять семена сомнения в моём разуме».
Кстати говоря, Санни чувствовал, что несколько таких семян всё ещё растут в его сердце после возвращения из игры Ариэля — скоро они, несомненно, дадут начало личинкам Червей Сомнения. Он отравил их Волей Смерти и полностью уничтожил, поёжившись от страха и отвращения, а затем попросил Нефис на всякий случай очистить его сияющим пламенем. Кай прошёл то же самое очищение.
Это сделало своё дело, не позволив Кукловоду заразить мир своей зловещей злобой из могилы. Всё могло бы пойти иначе, если бы ему встретился менее параноидальный — и менее информированный — противник.
На некоторое время в зале совета воцарилась тишина.
Затем Нефис в задумчивости произнесла:
«На самом деле, я склонна поверить по крайней мере в одну вещь, которую рассказал тебе мотылёк».
Санни поднял бровь.
«О? И в какую же?»
Она посмотрела вдаль, на её красивом лице появилось отстранённое выражение.
«В то, что он сказал об угасании Пламени. Если подумать... это вполне естественно, не так ли?»
Санни внимательно изучал её.
«Я не уверен. Естественно? Почему?»
Нефис вздохнула.
«Наш мир был создан богами, которые родились из Пламени Желания. Но пламя действительно нуждается в топливе для горения — оно не может существовать в вакууме. Так какое же топливо было у Пламени Желания, чтобы гореть много эпох назад, ещё до того, как появилось время?»
Санни слегка наклонил голову, сбитый с толку её словами.
'Какое топливо...'
Затем его глаза слегка расширились.
Что ещё могло находиться в вечности до того, как появилось время?
Он прошептал:
«...Пустота?»
Нефис кивнула.
«Это имело бы смысл. Вечный, бесконечный источник топлива для бессмертного, неисчерпаемого пламени».
В её глазах мелькнуло белое пламя.
«Но между вечно меняющейся Пустотой и вечно неизменным Желанием возник необратимый конфликт. Поэтому боги начали войну против Пустоты и в конце концов заключили её в клетку... отделив Пламя от Пустоты ничем. Теперь Пламя горит в вакууме, лишённое своего топлива... своего источника. Итак, Пламя угасает, и в то же время оно поддерживает себя... самим собой».
В этот момент заговорила Кэсси, и её голос прозвучал мягко в тишине зала совета:
«Но оно поддерживает себя. Это замкнутый, самодостаточный цикл. Мы все — часть Пламени, и наши собственные желания подпитывают его. Кукловод изо всех сил старался представить эту истину как нечто мерзкое и ужасающее, но я думаю, что всё обстоит как раз наоборот. Для меня это кажется... это кажется прекрасным. Пламя, которое поддерживает само себя, ярко горит человеческими стремлениями и тоской...»
Она повернулась к ним лицом и нерешительно улыбнулась.
«Вы так не думаете?»
Нефис уставилась на звёзды, а Санни пожал плечами.
«Ну, мы действительно состоим из Пламени — из этого огромного и странного бытия, созданного богами. Так что все доводы Кукловода были бессмысленны за его софистикой, ведь он пытался убедить меня, что быть уничтоженным и поглощённым Пустотой — лучшая альтернатива жизни... просто потому, что жизнь — это не только солнце и розы».
Он насмешливо хмыкнул.
«Не знаю, как считаете вы, но солнечный свет переоценён... я бы предпочёл отдохнуть в тенях. А что касается роз, то большинство цветов, с которыми я сталкивался в своей жизни, пытались либо съесть меня, либо разорвать на куски своими шипами, либо ввести свою пыльцу в моё тело, чтобы использовать его в качестве удобрения — ничего из этого не способствует жизни».
Санни улыбнулся.
Да, жизнь порой была жестокой... жизнь была постоянной борьбой, и для некоторых людей — таких, как он — она была чаще горькой, чем сладкой.
...Но, в конце концов, она была всё же сладкой.
Жизнь также была прекрасной, радостной и захватывающей, полной таких ценных вещей, как привязанность, удовлетворение, достижения, веселье... в ней были дружба, товарищество, любовь, страсть; в ней были красота, интеллектуальные занятия, вызов и острые ощущения...
Хотя жизнь Санни не была лёгкой, она была полна огромного удовольствия и радости. Одна сторона его жизни не могла бы существовать без другой, и трудности, которые он преодолел, чтобы оказаться там, где он был сейчас, придавали всему смысл, делая каждый триумф гораздо более приятным.
Это тоже было Пламя...
И это было то, что он должен был защитить от поглощения Порчей, от поглощения чуждой злобой первозданной Пустоты.
Он вздохнул и посмотрел на Нефис.
«Ты ведь и сама сражалась с Проклятым существом, не так ли? Что скажешь?»
Санни убил четырёх Проклятых Кошмарных Существ в игре Ариэля — Изобилие, Волка, Крысиного Короля и Кукловода. В результате его действий погиб и Медный Гигант, а ещё три падших божества умерли загадочным образом.
Несомненно, это было ошеломляющее достижение... и всё же Санни не чувствовал большой уверенности в себе.
На самом деле его сильно потряс опыт, полученный в Игре Смерти.
По правде говоря, хотя Санни оказался в невыгодном положении в ужасном мире, созданном Ариэлем, его законы также работали в его пользу. Проклятые существа были ограничены в передвижении и действиях. Природа Домена Пепла облегчила битву за Храм Истины, а сам Храм придал его спутникам огромные силы...
И даже тогда он едва выжил.
Если бы Санни встретился с теми же Проклятыми существами в диких землях Царства Снов, кто знает, как бы всё обернулось?
Нефис немного помолчала, а затем мрачно произнесла:
«Это было... гораздо опаснее, чем я могла себе представить. По правде говоря, мне повезло, что я осталась жива».
Выражение её лица потемнело.
«Этот один Проклятый Демон мог уничтожить всё человечество. Я победила его, да — но моя победа не была гарантирована. Битва была очень близкой, по сути ничем не отличаясь от азартной игры».
Она поджала губы.
«Короче говоря, Проклятые существа слишком опасны. Каждый из них представляет собой экзистенциальную угрозу, несмотря на то, насколько могущественными мы с тобой стали. И таких существ немало. Только здесь, в Нефритовом Дворце, их сейчас пять... и только боги знают, сколько их осталось в Божьей Могиле, как в Пустотах, так и в Пепельном Море».
Нефис нахмурилась.
«А ещё есть Зона Смерти к югу от Божьей Могилы, замёрзшие пустоши к западу от Рэйвенхарта, Полые Горы и Подземный Мир, Выжженый Лес, Бездна и Царство Теней, неизведанные просторы... и глубины... Штормового Моря и другие регионы Царства Снов, которые мы ещё даже не открыли».
Наконец, она посмотрела на Санни и устало вздохнула.
«Если все они — или хотя бы некоторые из них — внезапно соберутся в Домене Человечества, у нас не будет ни единого шанса. И это... это ещё не говоря о Нечестивых. Учитывая, насколько велик разрыв между Великими и Проклятыми Кошмарными Существами, боюсь, нам обоим не хватит сил, чтобы противостоять даже одному из них».
Санни молчал, на его лице застыло мрачное выражение. Не то чтобы ему нечего было сказать... просто он был согласен с Нефис. Они вдвоём были сильнейшими воинами человечества, и их сил едва хватало на то, чтобы противостоять отдельным Проклятым мерзостям.
Что произойдёт, если вместо этого появится Нечестивое Кошмарное Существо?
Он поёжился.
Нефис тем временем покачала головой.
«...А это значит, что наши рассуждения были верны. Быть Верховными недостаточно для достижения наших целей. Мы должны стать сильнее... гораздо сильнее. И мы должны обрести эту силу так быстро, как только возможно».
Она посмотрела на него, на мгновение замешкалась, а затем добавила более низким тоном:
«Или... хотя бы один из нас должен. Если захочет».
Санни некоторое время молчал, откинувшись на спинку Теневого Стула. В его голове бесцельно бродило множество мыслей, но он всё никак не мог найти ответ.
В конце концов он сказал:
«Есть ещё кое-что о моём опыте в игре Ариэля, о чём я должен вам рассказать. Кое-что... чрезвычайно важное. Возможно, даже более важное, чем всё, что мы знали до сих пор».
Он сделал глубокий вдох, а затем посмотрел на Нефис и Кэсси.
«Это касается группы людей, которые называли себя Девятью, а также Ткача и Заклятия Кошмара...»

2025-07-02 04:07:40 +0000 UTC View Post

Глава 2441: Непосредственное влияние

Санни покачал головой, продолжая свой путь. Воспоминания о том, что Нефис сделала в Бастионе, сменились воспоминаниями о воссоединении с ней в Рэйвенхарте — и вот наконец он добрался до настоящего момента.
Проведя несколько недель в окружении клубящихся облаков пепла и Проклятых мерзостей, сражаясь в одной отчаянной битве за другой, он представлял собой поистине жалкое зрелище. Его тело было восстановлено и усовершенствовано Плетением Плоти, но ему всё равно не терпелось принять душ, опуститься в ванну, а ещё лучше — отдохнуть в бане, а затем окунуться в ледяную воду.
Так уж вышло, что сейчас ему действительно не помешало бы окунуться в холодную воду...
Оставив своё избитое воплощение заботиться о себе, Санни переключил внимание на аватара, оставшегося в зале совета. Сёстры Сонг к тому времени уже ушли, оставив его наедине с Нефис и Кэсси.
Настроение в просторном зале теперь было иным. Закат испустил последний вздох, отдав мир в объятия тьмы — небо за высокими окнами было чёрным и усеянным мерцающими звёздами, снег танцевал под порывами холодного ветра.
Кратковременное легкомыслие исчезло, сменившись ощущением тяжести. Санни помолчал несколько мгновений, а затем со вздохом заговорил — на этот раз он подробно описал, что произошло в миниатюрном царстве Игры Ариэля, не тратя времени на шутки и остроумную игру слов.
Перечисление всего, что он пережил, помогло ему представить события последних недель в перспективе.
'Посмотрим...'
Сначала он объяснил природу маленького ужасающего мира, созданного Ариэлем, — огромную сетку возвышающихся гор, Домены Снега и Пепла, значение рассвета и заката для игровых фигур, роль Замков и Храмов и, наконец, существование пугающего арбитра, скрывающегося под облаками. Таковы были законы, регулирующие Игру Смерти.
Затем он рассказал о своих собственных действиях в игре и о сражениях, в которых участвовал.
Битва с Кристаллическим Ульем была относительно незначительной в масштабах всей игры. В лучшем случае это было ценное упражнение в борьбе с могущественным противником, будучи подавленным враждебным Доменом, что было не таким уж новым опытом для Санни или Нефис, которые страдали от гораздо худшей версии того же подавления каждый раз, когда входили в мир бодрствования.
Далее была битва с Изобилием. Это был гораздо более ценный урок... даже бесценный, ведь Санни впервые сражался с Проклятой мерзостью. Из этого поединка он узнал, как низшие божества воплощают концепции и используют их в качестве оружия, чтобы изменить абсолютные законы бытия в свою пользу, а также лучше понял природное сродство собственной Воли.
В итоге Санни победил Изобилие, используя колдовство, чтобы противостоять и сдерживать власть Зверя, а затем медленно отравляя его душу Волей Смерти.
Нефис слабо улыбнулась, когда он описывал, как раздавил бесконечного червя под своим сапогом.
«...Какое элегантное решение».
Санни усмехнулся.
«Спасибо. Убийство Изобилия стало тем камешком, который запустил лавину. Со Священным фантомом на службе я мог сражаться с более сильными противниками и постепенно наращивать преимущество над Снежным Тираном. К тому же... это было крайне удовлетворительно!»
Он продолжил, описывая гонку к Храму Истины и его первую осаду, битву с Волком, великое заклинание, которое он сплёл, и окончательное уничтожение вулкана.
Подробности того, как он сдерживал Проклятого Демона, в то же время подпитывая свою ловушку силой самого Демона, произвели на Нефис и Кэсси ещё большее впечатление.
Кэсси, похоже, была особенно ошеломлена.
«Значит, ты... использовал концепцию, противоположную концепции Волка?»
Санни кивнул.
«Когда сражаешься с божествами, сама битва — лишь вершина айсберга. Одновременно происходит столкновение Воли, скрытое от глаз — оно влияет на ритм боя, решая, кто получит решающее преимущество. Боги формируют мир вокруг себя в соответствии с тем, кем они являются, и чтобы победить их, нужно сначала разрушить это видение реальности. В идеале этого можно было бы добиться подавляющей силой... но поскольку мы слабее Проклятых, мне пришлось проявить изобретательность».
Кэсси улыбнулась.
«Потрясающе...»
Нефис тем временем глубоко задумалась над его словами.
В конце концов с её губ сорвался вздох, и она окинула Санни долгим взглядом.
Он был каким-то... хвастливым? Удовлетворённым? Немного гордым?
Однако Нефис не казалась гордой собой. Скорее, она гордилась Санни... и, как следствие, была довольна собой?
'Что на неё нашло?'
«Это невероятная техника, Санни. К сожалению... не думаю, что кто-то, кроме тебя, сможет ею воспользоваться. Твой Аспект и Аспектное Наследие делают тебя в высшей степени адаптируемым, и эта таинственная способность использовать чужие концепции — их кульминация. Никто другой не смог бы сделать ничего подобного».
Несколько мгновений Санни молчал.
Что ж... она не ошиблась. Правда, он ещё не объяснил, как чуть не убил Кая, когда продвинул эту технику на шаг дальше во время битвы с Кукловодом — но это могло немного подождать.
В конце концов, кому не нравится, когда его девушка хвалит его за успехи и смотрит на него такими глазами? Санни хотел подольше насладиться этим моментом.
Он вздохнул.
«Заклинание, которое я создал, в наибольшей степени ответственно за смерть Волка и Медного Гиганта. Это был значительный прорыв, который стал возможен благодаря урокам, которые я усвоил, создавая лук для Кая. На самом деле... из всего, что я получил в Игре Ариэля, это, пожалуй, самое значимое».
Нефис бросила на него пристальный взгляд.
«Ты хочешь сказать…»
Санни кивнул.
«Да. Это открывает перед нами совершенно новые горизонты возможностей. Я смогу и дальше развивать и расширять эту новую ветвь Плетения... тогда я смогу создавать более сложные заклинания. Даже с семью телами я не смогу зачаровать все Цитадели человечества — но для наших важнейших оплотов в Царстве Снов это возможно, пока у нас будет достаточно Священных осколков души для подпитки заклинания».
Нефис посмотрела на Кэсси.
«Кэсси, как ты думаешь, ты сможешь помочь Санни внедрить его зачарования в укрепления человеческих Цитаделей с помощью рунического колдовства?»
Слепая провидица некоторое время серьёзно обдумывала её слова, а затем нерешительно пожала плечами.
«Это... возможно. Слияние двух школ колдовства не сделает результат лучше, но может ускорить процесс и облегчить Святым, отвечающим за Цитадели, управление и обслуживание массивов. Однако нам с Санни придётся провести много времени бок о бок, чтобы разработать структуру. Я... я никогда раньше не рассматривала крупномасштабные рунические массивы тщательно, но это не должно сильно отличаться от колдовства Острова Слоновой Кости и Разрушителя Цепей».
Нефис вздохнула.
«Время... всё сводится к времени, не так ли?»
На мгновение она замолчала.
«И всё же это то, во что стоит инвестировать время. Наши города рано или поздно окажутся в осаде — когда это случится, должен быть способ обезопасить население, пока чемпионы отбивают врага. Санни, я буду благодарна, если вы с Кэсси сделаете этот проект приоритетным».
Санни улыбнулся.
«Конечно. Я могу выделить пару воплощений».
На самом деле он был рад такой возможности.
Санни не гнался за славой или признанием. То, что он был вынужден уйти в тень из-за раскрытия причин, по которым Родословная Ткача была запрещена богами, вполне его устраивало — если бы не тот факт, что он не мог свободно оказывать столько влияния из тени, сколько хотел бы.
Человечество находилось под защитой двух Суверенов, но один из них был сильно ограничен в том, что он мог сделать для реальной помощи людям. Поэтому работа над укреплением человеческих городов в Царстве Снов была хорошим способом применить свою силу на благо всех тайно, но эффективно.
Выражение лица Санни стало мрачным, когда он продолжил свой рассказ, описывая жуткую встречу с Проклятым Демоном и дни, пропавшие из его памяти. Затем он рассказал Нефис и Кэсси о битве с Крысиным Королём и о том, как они с Каем использовали врождённую уязвимость этого Проклятого Зверя, чтобы уничтожить его.
При этом он вызвал фантом Крысиного Короля, чтобы проиллюстрировать свои слова...
Как ни странно, появление на его ладони большой, дикой на вид чёрной крысы не произвело на двух девушек особого впечатления. Более того, их реакция почему-то совсем не выглядела восторженной.
Как будто им не понравился этот очаровательный чёрный милашка!
Но почему нет?
'Чудачки...'
Отозвав крысу после того, как почесал ей голову, Санни обдумал свои слова и описал финальную битву игры Ариэля — битву с Духом Сомнения, самим Кукловодом.

2025-07-02 04:06:15 +0000 UTC View Post

Глава 2440: Знание Страсти

Призвать Имя Страсти было гораздо сложнее, чем любое другое, которое Нефис призывала прежде.
Возможно, потому, что, в отличие от других Имён, источником этого была сама Нефис.
Её собственная тоска, её собственное желание, её собственная страсть... она должна была познать их, гореть ими, признать их открыто, без притворства и фальши. Затем она должна была влить их в Имя и направить это Имя своей душой.
Формируя мир в соответствии с мелодией своего сердца и заставляя их резонировать друг с другом.
Сам по себе этот акт был чрезвычайно трудным... в конце концов, какой человек может быть полностью честен с самим собой? Полностью честен в отношении себя? Кто не боится показать себя и выложить всю правду о себе на всеобщее обозрение?
На собственное обозрение?
Первый шаг был трудным, но второй — изнурительным. Призвать Имя Страсти означало извлечь его из себя, а направить его в нужное русло — значит нагрузить душу и силу воли Неф сильнее, чем когда-либо прежде, когда она занималась Формированием.
Но она выдержала.
Она выдержала жестоко честный момент самоанализа, когда на всеобщее обозрение были выставлены её эгоизм и слабость, и она выдержала напряжение от направления Имени Страсти.
Она призвала его.
Наконец-то ей это удалось!
И когда она сделала это...
С её глаз будто сняли повязку.
Нефис слышала, как Заклятие шепчет ей на ухо, но ей не нужно было слушать его отвратительный голос, чтобы понять, что она овладела ещё одной ветвью своего Аспектного Наследия, Памяти Света.
Она овладела Знанием Страсти.
Как и в случае со Знанием Огня и Знанием Разрушения, она могла наслаждаться плодами своего труда — поток информации хлынул в её разум, словно сорванная печать, завершая и дополняя то, что она уже интуитивно понимала.
Глубинное понимание множества вопросов, инстинктивное постижение тонких секретов и замысловатых техник, коллекция Имён, связанных со страстью и желанием...
Словно она всю жизнь стремилась изучить и постичь что-то в теории, одновременно применяя это богатство знаний на практике — и теперь получала плоды этого жизненного опыта без самих воспоминаний.
Но в данный момент это было неважно. Нефис сможет оценить и закрепить благо освоения очередной ветви Аспектного Наследия позже... сейчас же она всё ещё приходила в себя от того, что призвала Имя Страсти.
Наплавление этого Имени словно подливало масла в огонь её и без того неистового желания. Воспламенившись от призыва Страсти, её желание разгорелось с ещё большей силой, подкреплённое её колдовством.
Желание, в свою очередь, усиливало и подстёгивало её Волю, делая её намного мощнее.
Это было похоже на всеобъемлющее усиление её огненного духа... на обман, на самоисполняющееся пророчество. Это было похоже на то, чем она всегда должна была обладать, но до сих пор ей отказывали. Краеугольный камень всего её Аспекта или, может быть, недостающая часть, которая мешала ей сделать следующий шаг.
Нефис вдруг почувствовала себя невероятно живой.
Даже ужасная агония её Недостатка на мгновение показалась менее мучительной. Боль была всё той же... но страдания, приносимые ей, казались не такими бессмысленными, а потому более терпимыми.
Безусловная, бескомпромиссная, пылающая страстью...
Её Воля расцвела безудержным жаром, и этого оказалось достаточно, чтобы выйти из тупика между её властью и властью Проклятого Демона.
Мир, разорванный надвое, наконец-то вновь стал целым.
Холодный ад, созданный Отречением, был побеждён, а пылающий ад очищающего пламени воплотился в реальность, заняв своё законное место в мире.
И тогда...
Как и обещала Нефис...
Отречение сгорел.
***
[...Вы убили Отречение].
Приняв человеческий облик, Нефис упала на колени и ахнула, хватаясь за грудь. Она пыталась набрать воздуха в обожжённые лёгкие, но вдыхать было нечего — всё сгорело, превратив руины Истинного Бастиона в раскалённую, удушливую пустыню.
Разрушенного замка больше не было, он превратился в огромную равнину раскалённого до бела шлака. Озеро тоже исчезло, его тёмные воды стали облаками перегретой плазмы. Остатки города, скрывавшегося под озером, и кости его бывших жителей обратились в пепел.
'Ааргх...'
Нефис попыталась застонать, но без воздуха её голос не прозвучал.
Она закрыла рот и стиснула зубы, молча терпя боль.
Даже после того, как она одолела Волю Проклятого Демона, призвав Имя Страсти, их битва продолжалась ещё долгое время. Она нанесла коварному Кошмарному Существу множество тяжёлых ран и сама получила несколько в ответ.
Её тело было безупречным и первозданным, но душа была в полном беспорядке.
Она также сожгла свои ядра души, повредив несколько из них почти до точки поломки.
Но поскольку она была полукровкой, рождённой в двух мирах и не принадлежащей ни к одному из них, она могла поглощать фрагменты души Кошмарных Существ, убитых её пламенем, так же, как и фрагменты души людей. Отречение был Проклятым Демоном, причём древним... так что её ядра сейчас восстанавливались, получив щедрое вливание фрагментов души после смерти мерзости.
'...Всего лишь Отречение, да?'
Похоже, Заклятие не считало нужным даже упоминать ранг и класс Проклятых Кошмарных Существ, когда объявляло об их смерти.
В этом был смысл. В конце концов, в мире есть... было только одно Отречение. Оно было единственным в своём роде, так что никто не спутал бы его с каким-нибудь другим ужасом, носящим то же имя.
Нефис огляделась по сторонам, утопая в жаре сверкающего ада, созданного ею самой.
Истинному Бастиону потребуется много времени, чтобы остыть...
И у неё больше не было причин оставаться здесь. Напротив, у неё было множество причин покинуть это место как можно скорее.
Несмотря на то, что она больше не использовала Имя Страсти, она всё ещё чувствовала его последствия. Обычно после такого злоупотребления своим Аспектом она лишалась всех чувств и эмоций... но сегодня Нефис была полна ими.
Она хотела вернуться в иллюзорный Бастион. Она хотела полакомиться вкусной едой, утолить жажду ароматным вином, успокоить усталое тело холодной лаской воды и понежиться в её объятиях...
Она хотела встретиться с Санни.
Она жаждала его с такой силой, что это немного пугало.
'Пора идти...'
Затаив дыхание — у неё не было другого выхода — Нефис поднялась на ноги и в последний раз огляделась.
Труп Отречения превратился в пепел. Осколков души не осталось, так как она уже поглотила фрагменты души. Она стояла возле одной из глубоких трещин, образовавшихся в горе во время осады Бастиона... тёмная и, казалось, бездонная, она вела далеко вниз.
Ей больше нечего было здесь делать.
Нефис повернулась, намереваясь вернуться...
Но тут под её ногами что-то заскрежетало.
Нахмурившись, она нагнулась и подобрала маленький осколок разбитого стекла, лежавший на краю трещины, — единственную холодную вещь в раскалённом горниле уничтоженных руин.
Осколок стекла почернел от копоти, но когда она поскребла его ногтем, на неё взглянул огненно-белый глаз.
Это было отражение её собственного глаза, в глубине которого плясало белое пламя.
'Зеркало?'
Нефис бросила последний взгляд в тёмную трещину, и её хмурый взгляд стал ещё глубже.
Затем она выбросила осколок разбитого зеркала и развернулась.
Ей пора было уходить.
Рэйвенхарт ждал...

2025-07-01 09:42:59 +0000 UTC View Post

Глава 2439: Рай и ад

Тьма ночи была побеждена, её прогнала безупречно белая бездна раскалённого света. Каменные обломки горели... горели и воды огромного озера. Мелкие частицы перегретой пыли пронизывали воздух, превращая разрушенные руины в невыносимое пекло.
Сам воздух горел; небо было залито испепеляющим светом, превращая всё, что находилось под его безжалостными просторами, в золу и пепел.
Безбрежный океан пламени ревел, и его рёв, сливаясь и переплавляясь, произносил слова...
Разрушение. Погибель. Уничтожение.
В то же время мир был холодным и замёрзшим, лишённым всякого тепла.
Великое озеро было покрыто толстым льдом. Иней и изморозь покрывали руины, рисуя жуткие узоры на каменных обломках. Сами камни стали слабыми и хрупкими, готовыми сломаться от малейшего прикосновения. Крошечные кристаллики льда медленно парили в холодном воздухе, поблёскивая в бледном сиянии разбитой луны.
Глубокая, мёртвая тишина окутывала руины колоссального замка... это было место, полностью лишённое тепла и жизни, место, где сама идея жизни была странной и отвратительной.
...Мир был разорван на две части столкновением Верховного Титана и Проклятого Демона, его неровные половинки боролись за господство.
Нефис влила свою неукротимую Волю в пламя, поджигая мир. Выпущенный ею сияющий ад был настолько ужасен, что воспламенилась сама ткань реальности, и всё вокруг горело — даже то, что никогда не должно было гореть.
В то же время Отречение отвергал пламя. Отвратительная мерзость отказывалась гореть и тем самым отрицала само понятие тепла, превращая мир в ледяной ад.
Из разрушительного столкновения их Воли родились два противоположных мира, оба существовали бок о бок как возможности — ни реализованные, ни полностью отменённые, а потому подвешенные в состоянии неопределённого соперничества.
Пока Нефис и Отречение сражались, напрягая друг против друга свои Воли, то один, то другой мир на краткое мгновение обретал форму, становясь реальностью. Проклятый Демон должен был быть сожжён и испепелён — через мгновение пламя, пожирающее его отвратительное тело, погасло, и Нефис вдруг обнаружила, что её душит невыносимый холод.
'Эта... мерзкая... тварь...'
Нефис задыхалась под давлением борьбы с непостижимой Волей падшего божества и его властью... от его коварного владения концепцией отказа, которая угрожала отвергнуть само её существование, не говоря уже о её способности причинить Проклятому Демону вред.
В то же время ей приходилось бороться с самой мерзостью.
Ужасный лес скелетных конечностей сеял хаос в руинах, проявляя такую яростную мощь, что бесчисленные тонны каменных обломков с каждым мгновением превращались в мелкую пыль.
Нефис уже отрубила десятки рук Отречения — сотканное из света лезвие легко рассекало плоть и кости Проклятого Демона, поджигая кровоточащие обрубки. Но отвратительная мерзость была слишком могущественной и огромной, а её способность изменять абсолютные законы в свою пользу — слишком тиранической. Поэтому и она не вышла невредимой из их яростной схватки.
Каждый раз, когда Нефис удавалось нанести удар, руки Отречения разрывали её огненную форму. Длинные пальцы мерзости чернели, когти трескались, едва касаясь белого пламени... но каждый раз из Нефис высасывалось немного тепла, делая её пламя чуть более слабым, чуть менее яростным.
С каждым ударом её притязания на существование становились немного слабее.
Но происходило и нечто гораздо более ужасающее...
К душе Неф были подключены миллиарды маленьких огоньков, связанных с ней узами тоски. Они были словно якоря, привязывающие её к миру и укрепляющие её существование... они были субъектами её Домена.
С каждым полученным ею ударом это пламя, казалось, тоже становилось немного слабее.
Именно тогда Нефис осознала, что чувствует то, чего не чувствовала уже очень и очень давно...
Она чувствовала страх.
В начале битвы с Отречением она смотрела на него с насмешкой, уверенная, что ужасающий изверг не сможет свести на нет её существование — ведь для этого пришлось бы свести на нет и существование всего человечества вместе с ней.
Но сейчас...
Проклятый Демон делал именно это.
Миллиарды людей были связаны с Нефис и её Доменом Тоски, наделяя её огромной силой и почти неисчерпаемым океаном духовной эссенции. Но эта связь была обоюдоострым мечом.
Поскольку Нефис была связана с человечеством, особенно коварный враг мог проникнуть через неё в тёмную пустоту и проследить за лучами прекрасного звёздного света до их источника. К людям, которые были вдохновлены ею и которых она должна была защищать.
Отречение... был одним из таких врагов.
Этот Проклятый Демон был старым, могущественным и ужасающим. Он парил в бескрайних небесах как один из Духов царства Бога Солнца, а затем пал в мерзкие глубины Порчи. Он выжил в Погибельной Войне, пережил Владыку Света и провёл тысячи лет, скрываясь от безжалостного света осиротевших небес в знойной тьме Божьей Могилы.
И вот теперь он оказался здесь, в скрытых останках Истинного Бастиона. Освобождённый из-под раскалённой бездны, которая пленила его, и вольный распространять своё ужасающее влияние, как ему заблагорассудится.
На его пути стояло лишь одно препятствие...
Вернее, два препятствия.
Меняющая Звезда и Повелитель Теней.
И только одна из них была здесь, чтобы противостоять Проклятому Демону.
Нефис купалась в агонии своего Недостатка, позволяя ему очистить её разум и закалить её решимость. Она собрала своё пламя... она была пламенем.
Её душа содержала Огонь.
'Я должна покончить с ним'.
В этой битве Воли она должна была захотеть покончить с Проклятым Демоном здесь и сейчас, захотеть покончить с ним так яростно, чтобы её жгучее желание нельзя было отрицать.
Поэтому...
Нефис потянулась в глубины своего сердца, вспоминая все причины, по которым она хотела убить врага, и все причины, по которым она хотела не дать врагу убить её.
Чтобы остаться единственным победителем.
И тогда она произнесла Имя, которое не могла призвать раньше.
Она призвала Имя Страсти.

2025-07-01 09:41:32 +0000 UTC View Post

Глава 2438: Концепция человечества

Ослепительный луч чистого белого света ударил в возвышающуюся мерзость и погас... был лишён силы причинить ей вред, исчезнув, не оставив и следа на серой плоти Проклятого Демона.
Время и пространство сами собой искривились, позволив огромной массе приблизиться к Нефис гораздо быстрее, чем это должно было быть возможно. Её крылья подняли ураган, посылая её назад, прочь от бесчисленных скелетных конечностей, которые тянулись вперёд, стремясь схватить её в смертельную хватку.
Мир, так быстро пропустивший Проклятого Демона, сопротивлялся её движению, истощая её импульс и замедляя полёт. Если бы не броня Воли, которую Нефис создала для себя, она, возможно, вообще не смогла бы двигаться.
Как бы то ни было, она едва избежала страшного леса обугленных рук, проскользнув между пальцами Проклятого Демона.
Отлетев назад, она стиснула зубы.
У этой мерзости была сотня рук, а у Нефис — всего один меч.
И даже этот меч оказался неэффективным против власти падшего бога.
Власть, которой он обладал, была слишком абсолютной в своей способности отрицать её. Древний ужас использовал её и как щит, и как оружие... и как приманку, и как ловушку, не давая врагу причинить вред и одновременно отказывая ему в возможности сбежать.
Нефис нахмурилась.
Нет... её враг не просто обладал властью отречения. Он олицетворял собой отречение — саму концепцию отказа от чего-то, отрицая тем самым его силу и само существование.
Именно этого могла достичь Воля, возведённая в абсолют.
Как можно было бороться с абсолютной Волей?
Хотя Нефис ещё не знала этого, техника, которую Санни будет использовать в Игре Ариэля, заключалась в том, чтобы использовать и олицетворить концепцию, которая напрямую противостояла силе его врага.
Однако... они были совершенно разными людьми, и то, чего мог достичь Санни, не было тем, чему Нефис могла или должна была стремиться подражать.
Ей предстояло пройти свой собственный путь.
В этот момент бесчисленные глаза Проклятого Демона остановились на быстрой фигуре Неф, и в их бездонной глубине промелькнула пугающая идея.
А мгновение спустя она почувствовала, что само её существование начинает угасать...
Потому что Отречение закончил играть со своей пищей. Вместо того чтобы противостоять её атакам, изверг просто решил отрицать Нефис — отвергнуть её существование, заставив мир полностью стереть её.
'Как мне противостоять Воле божества?'
Это был сложный вопрос — вопрос, который лишь горстка людей была вынуждена задать себе с тех пор, как Заклятие Кошмара обрушилось на мир.
Однако для Нефис ответ был прост.
Она просто должна была разрушить её своей собственной Волей.
Она просто должна была сокрушить её.
Если мерзость отказывалась гореть, она должна была сжечь её более мощным пламенем.
Если мерзость отказывалась быть разрезанной, она должна была разрезать её более острым клинком.
Если мерзость отказывалась умирать...
Она просто должна была убедить смерть забрать её.
«Эй, мерзость...»
Нефис приземлилась на обломки и оттолкнулась назад, оказавшись почти у самой кромки воды.
Её глаза вспыхнули ужасающим белым сиянием.
«Неужели ты думаешь, что сможешь так легко потушить меня?»
Её ослабевшее присутствие внезапно показалось ясным, огромным и непостижимым.
Отречение мог бы свести на нет существование Святого... возможно, более слабого Суверена.
Но Нефис правила всем человечеством и вдохновляла его. Чтобы отрицать её существование, существу пришлось бы сначала стереть с лица земли всё человечество. В одно мгновение погасить все бесчисленные звёзды, которые освещали бескрайние небеса её души.
Она была Меняющей Звездой... Звездой Разрушения. Богиней человечества.
Нефис не любила эти слова и даже принимала меры, чтобы отучить людей называть её этим титулом, а также поклоняться ей как божеству. Но хотя она ещё не прошла Апофеоз, в словах некоторых была доля истины.
По сути, она стала олицетворением человечества. Её меч был мечом всех людей и нёс на себе тяжесть всех их надежд и мечтаний.
Всей их тоски.
Её пламя подпитывалось их желаниями.
«Как ты смеешь отрицать меня?»
Зарычав, Нефис бросилась вперёд.
Благословение было усилено всем её Пламенем Души — усилено больше, чем даже её тело и душа благодаря свойству [Проводник Пламени]. В то же время его способность подавлять Волю Кошмарных Существ была усилена свойством [Очищающий Свет] — особым качеством меча, связанного с тенью, которое делало его особенно смертоносным против тех, кто был запятнан Порчей.
Но, что ещё важнее... он стал вместилищем её Воли.
А её Воля подпитывалась желанием уничтожить Проклятого Демона.
Желание было корнем всех добродетелей... а также всех грехов. Вряд ли можно было найти более мощный источник силы воли, чем страстное желание.
'Гори!'
Собрав всю свою Волю в острие клинка, Нефис сделала им нисходящий удар — тот самый удар, который она отрабатывала бесчисленное множество раз, пока каждая мельчайшая деталь безупречного исполнения не впиталась в её кости.
И, подчиняясь её Воле...
Мир загорелся.
Он горел ярко, каменные обломки плавились, а тёмное озеро кипело.
Но это было только начало. В следующее мгновение Нефис направила свою Волю на произнесение Слов.
С её губ сорвался ужасающий Стих, состоящий из связанных Истинных Имён, призывая огонь и разрушение в мир. Интенсивное белое пламя взметнулось и заревело, поглощая саму ткань бытия.
Но Нефис ещё не закончила.
Освободившись от ограничений своей смертной оболочки, она высвободила свою истинную Трансцендентную форму.
Из земли поднялась масса белого пламени, высотой не уступающая отвратительной горе серой плоти. Пламя двигалось, словно обладая собственной жизнью, устремившись вперёд, навстречу Проклятому Демону...
В этот момент пламя приняло форму сияющей крылатой фигуры, держащей в руках раскалённый клинок.
Гигантский клинок, сотканный из чистого белого света, опустился, стремясь отрубить десяток обожжённых конечностей Кошмарного Существа...
Сияние было настолько ослепительным, что казалось, будто рассвет озарил разрушенную тьму Истинного Бастиона.
И, освещённый этим светом, Проклятый Демон застыл в ужасе от воспоминаний о безжалостном уничтожающем небе.
...Конечно, он дрогнул лишь на краткий миг.

2025-07-01 08:27:15 +0000 UTC View Post

Глава 2437: Отречение

После обретения Верховенства Нефис стала гораздо сильнее. Однако в этой новообретённой силе были свои нюансы — не вся она давалась легко, и не всю её можно было свободно использовать в любой ситуации.
Взять, к примеру, её Верховную Аспектную Способность. Санни обрёл Способность призывать фантомы, которые покоились внутри него, становясь таким образом ходячей армией... армией несокрушимых теней, которая росла с каждым убитым им живым существом, что делало его поистине ужасающим.
Нефис тоже обрела чрезвычайно мощную Способность. Однако её Верховная Способность ничего не давала самой Нефис — вместо этого она расширяла возможности подданных её Домена, позволяя ей исцелять и наделять их силой своего пламени на расстоянии.
Поэтому было действительно жаль, что ей пришлось сражаться с Проклятым Демоном в одиночку... не то чтобы было много людей, которые могли бы помочь ей в битве против Проклятой мерзости.
...Но, конечно, она никогда не была одинока — не совсем.
Ведь её Домен охватывал всё человечество.
Не все обычные люди были его частью, но большинство были. Среди Пробуждённых только представители Клана Теней или сосланные в Цитадель Божьей Могилы не принадлежали к её Домену — остальные были связаны с Нефис либо собственной тоской, либо привязанностью к Шлюзам, контролируемым её Трансцендентными вассалами.
Или, может быть, это она была привязана к ним.
Она чувствовала их всех, всегда. Пламя их желаний было подобно бесчисленным звёздам, сияющим в бездне безграничной тьмы, и все они были связаны с её душой нитями звёздного света. Одни звёзды были далёкими и холодными, такими маленькими, что их почти не существовало, другие же были похожи на огромные костры, горящие так ярко, что их сияние ослепляло, а их страсть наполняла бездну теплом.
В её Домене было слишком много звёзд, чтобы Нефис могла постичь их все по отдельности, но утонуть в их общей массе было слишком легко. Иногда она пыталась вспомнить, где кончается её собственная личность и начинается их необъятность... в такие моменты то, что помогало ей сохранять человечность, также помогало ей поддерживать чувство себя.
Её Истинное Имя... драгоценные узы, которые она создала с другими людьми... привязанность, которую она хранила в своём сердце.
И самое главное — её собственное горячее желание... её собственная тоска.
Её цель.
Это было странно — раньше Нефис опасалась потерять свою человечность. Теперь же она опасалась ощутить слишком много человечности... возможно, всю её. Раствориться в необъятности своего Домена полностью, стать элементальной силой, а не человеком.
Возможно, именно так чувствовали себя боги.
Возможно, именно это и означало быть богом...
Истинный Апофеоз.
Если так, Нефис не хотела иметь с этим ничего общего.
Элемент был могущественен, как сила природы, но у него не было направления. У него не было убеждённости. У него не было воли.
У него не было того, что требовалось для достижения желаемого.
Подойдя к Проклятому Демону, она влила в свою волю желание, создав из неё несокрушимую броню.
'Я не одинока. А вот это существо... оно одиноко, и оно умрёт в одиночестве, разрубленное моим мечом и сожжённое моим пламенем'.
Каждый день в звёздных просторах её Домена загорались новые звёзды.
И каждый день некоторые из них гасли навсегда.
Нефис слабо ощущала потерю этих звёзд. Их было слишком много, чтобы оплакивать потерю каждого отдельного огонька, но она всегда помнила о том, сколько судеб ломает и перемалывает в пыль безжалостный мир Заклятия Кошмара.
Сколько надежд и мечтаний были обречены навсегда остаться несбывшимися.
Она лично переживала боль их ухода.
Когда Проклятый Демон зашевелился и бросился вперёд, а его длинные конечности с ошеломляющей скоростью потащили гротескную гору серой плоти по обломкам, Нефис приняла эту боль и влила её в свою Волю, выковав из неё бескомпромиссный меч.
Она чувствовала, как воля Проклятого Демона изменяет мир вокруг них...
И пытается изменить и саму Нефис.
К тому времени она уже знала, что представляет собой этот падший бог и какой силой он обладает.
У неё уже были подсказки, которые она могла собрать воедино. Проклятый Демон пришёл из Пустот Божьей Могилы, где тысячелетиями скрывался от уничтожающего солнца. В том, что существо рассказало ей, тоже были намёки — его воспоминания о нежном солнце, о крыльях... его обожжённые, скелетные конечности...
Но Нефис не нужно было гадать, кем был её враг.
Ведь одной из самых ярких звёзд её Домена была Кэсси, и хотя они были далеко друг от друга, её подруга всё ещё была с ней, видя то, что не мог видеть ни один другой человек.
Проклятого Демона можно было назвать... Отречением.
Он обладал силой отвержения, отказа и отрицания.
Всё, что он отрицал, не имело иного выбора, кроме как прекратиться, а всё, что он отвергал, было обречено на то, чтобы быть стёртым с лица земли.
Его злобная Воля была ужасающей, огромной, как океан, и гнетуще твёрдой в своей коварной злобе.
Неудивительно, что Мордрет сбежал, столкнувшись с этим страшным существом. Просто чудо, что Тени Санни удалось усыпить Отречение.
...Когда масса серой плоти и обугленных конечностей бросилась на неё, Нефис направила своё пламя в Благословение. Меч, связанный с тенью, сфокусировал его в уничтожающий луч чистого белого света, и этот свет в мгновение ока разорвал расстояние между ней и мерзостью, угрожая разрубить отвратительную гору плоти пополам.
Однако вместо этого... свет просто погас, сведённый на нет нечестивой властью падшего бога.
Нефис нахмурилась.
Её атака не была встречена и не была отражена. Вместо этого она была просто отвергнута... отменена прежде, чем имела шанс нанести урон, как будто зловещий изверг объявил ложью саму идею пострадать от её пламени.
И поскольку Проклятый Демон провозгласил это, это стало правдой.
На долю секунды её рука дрогнула.
'Как я могу убить божество, которое отрицает мою способность убить его?'
Проклятый Демон был богом... падшим, испорченным богом.
И этот бог не верил в Нефис.
...К счастью, она верила в себя.

2025-07-01 08:26:07 +0000 UTC View Post

Глава 2436: Потерянные небеса

В тёмном небе над Бастионом зажглась яркая звезда. Люди — те из них, кто всё ещё находился на улицах, занятые плодотворными делами или просто гуляющие после тяжёлого трудового дня, — удивлённо подняли головы, их глаза загорелись удивлением.
Звезда падала с неба, становясь всё больше и ярче. Вскоре она стала похожа на пылающий белый метеор, падающий с беспросветных небес на землю. Её свет озарил ночь, прогоняя тьму и заставляя полную луну, сияющую высоко над головой, казаться бледной по сравнению с ней.
Серебристое сияние луны не могло сравниться с испепеляющим белым сиянием падающей звезды. Как не могла сравниться и ночь.
На мгновение показалось, что солнце взошло над Бастионом посреди ночи, принеся с собой суровую красоту дневного света.
Затем, прежде чем люди успели испугаться, пылающий белый метеор ударился о поверхность озера.
Возникла ослепительная вспышка, и в воздух поднялся колоссальный фонтан кипящей воды, испарившийся в огромном облаке. Всё озеро на мгновение засияло, словно освещённое изнутри, а затем снова потемнело.
Вот так падающая звезда исчезла без следа.
Воды озера вздымались и рябили, его поверхность становилась всё более беспокойной — идеальный диск полной луны, отражавшийся на его поверхности, был разбит и стёрся, сменившись разрозненными осколками серебряного света.
...По ту сторону отражения из тёмной бездны озера вынырнула Нефис и взмыла в жуткое небо Истинного Бастиона, расправив сияющие крылья, ослепительно сияющие в бледном свечении разбитой луны.
Она поднялась высоко над огромными руинами великого замка и посмотрела вниз, пока в её глазах плясали белые языки пламени, заливая её кожу и лаская её волосы. Её огненный взгляд был холодным и безжалостным... в нём не было ни пощады, ни колебаний, ни сомнений, ни надежды на спасение.
Только твёрдое и неотвратимое обещание сжечь дотла под безграничным потоком очищающего пламени.
Она бесстрастно оглядела руины Истинного Бастиона.
Разрушенный замок превратился в руины в результате битвы между Морган и Мордретом. Озеро, пересохшее в результате их затянувшегося противостояния, снова было полно воды и жутко мерцало в серебряном свете разбитой луны. В горе, на которой лежали руины замка, зияли глубокие трещины, полные стоячей воды и заросшие алым мхом.
В самом сердце руин её ждало существо.
Над развалинами возвышалась бесформенная гора серой плоти, поросшая мхом и усеянная сотней отвратительных конечностей, которые поднимались из неё, как из страшного леса. От отвратительного существа исходило ужасающее, жуткое присутствие, из-за которого свет луны, казалось, не желал его касаться.
В результате существо было окружено пеленой тьмы. Ветер тоже обходил его стороной, поэтому ничто не нарушало мёртвой тишины, окутавшей руины. Казалось, сам мир пытался сбежать от него, возмущённый и напуганный древним извергом.
Пока Нефис смотрела, на серой массе Проклятого Демона вдруг открылись бесчисленные чудовищные глаза, уставившись на неё с леденящим, пугающе чуждым отсутствием эмоций.
На несколько долгих мгновений она задержала на нём взгляд, а затем сложила крылья и опустилась на землю.
Приземлившись у самой кромки воды, на некотором расстоянии от мерзости, Нефис глубоко вздохнула и уверенным шагом направилась в её сторону.
Но тут произошло нечто странное...
Раздался шорох, словно сами руины испустили протяжный вздох, а затем из глубин разрушенного замка донёсся далёкий голос.
«Мне снился сон...»
Голос говорил на давно забытом языке, звучавшем, несмотря на низкий и потусторонний тембр, жутко по-человечески.
Нефис продолжала идти, выражение её лица не менялось.
Голос заговорил снова, полный неописуемых, слабых эмоций:
«Мне снилось... что я снова стал целым».
Бесчисленные чудовищные глаза слегка повернулись, заглядывая в её душу.
«Мне снилось, что солнце снова стало добрым».
В далёком голосе появилась жуткая нотка, заставившая мир содрогнуться.
«Мне снилось, что я вновь обрёл крылья».
Ужасный лес скелетных конечностей зашевелился, почернел и обуглился.
«Не ты навязала мне этот ненавистный сон. И не ты украла его у меня... не так ли?»
Нефис продолжала идти, не давая ответа.
«И всё же я не могу тебя простить. Твои крылья... такие красивые...»
Чудовищные глаза Проклятого Демона потемнели, а голос стал холодным и вкрадчивым, полным такой злобы, что Нефис на мгновение остановилась.
«Кровь Солнца. Ты пришла, чтобы сжечь меня?»
Гора серой плоти зашевелилась, и куски древнего камня превратились в пыль под её огромным весом.
Над руинами раздался безумный, ужасающий смех.
«Тогда мне погасить тебя? Или проклясть тебя? Рассказать тебе, как было уничтожено Солнце, как сгорели наши небеса, как земля Луны была поглощена пеплом... как мы все пали, один за другим? Мне помочь тебе стать вечной и вечно меняющейся?»
Голос шептал, становясь всё слабее и слабее:
«Как я...»
Нефис, идя вперёд с мечом в руке, ровно ответила:
«Мне неинтересно разговаривать с тобой, мерзость. Зачем тратить наши дыхания?»
Клинок Благословения засиял ослепительным светом, став раскалённым до бела.
«Я хочу лишь покончить с тобой. Так что... приготовься к смерти».
Подняв меч, Нефис направила его на Проклятого Демона.
Она была Верховным Титаном, чей Домен охватывал миллиарды душ. Это существо... было старым, сломленным, падшим богом.
Какое право оно имело проклинать её?
Горькая улыбка искривила её губы.
«Да, я пришла, чтобы сжечь тебя. Я пришла, чтобы уничтожить тебя... в отличие от моей, твоя боль будет быстрой. Будь благодарен».

2025-07-01 08:24:58 +0000 UTC View Post

Глава 2435: Полнолуние

Вспоминать то, что он уже знал, было странно, но Санни больше взволновало повторное узнавание того, что сделала Айко у ворот Бастиона.
Он скрипнул зубами.
'Айко... научила Малыша Линга ругательству?!'
О чём она только думала?!
Конечно, она также раскрыла страшную правду о Меняющем Кожу, на пару недель погрузила весь Домен Человечества в тиски военного положения и предотвратила ужасные потери или полный упадок нескольких городов... но это было неважно!
'Ему всего шесть лет, ради Заклятия! С какими вульгарными ничтожествами она общается, чтобы использовать грубые выражения в присутствии ребёнка?!'
Он кипел несколько мгновений, а затем глубоко вздохнул и покачал головой.
'Нет, это неважно. Я разберусь с Айко позже — сейчас у меня есть более срочные дела...'
Поморщившись, Санни решительно кивнул и продолжил свой путь.
Он успел сделать всего несколько шагов, как в его голове всплыло ещё одно воспоминание.
Санни замер.
«Нефис сделала чт... на самом деле, неважно. Это именно то, что сделала бы Нефис. Почему я вообще удивлён?»
Выпустив пустой смешок, Санни поднял голову и продолжил идти.
«Значит, она отправилась рыбачить в озере без меня, да? Как бессердечно...»
***
Несколькими неделями ранее Нефис сидела на краю Острова Слоновой Кости, наблюдая за морем звёзд, мерцающих в тёмном небе над Бастионом.
Сегодня, как и в предыдущую ночь, некоторые районы города освещались светом электрических уличных фонарей. Она была рада, что её люди делают ещё один шаг к процветанию в Царстве Снов... но из-за этого звёзды казались тусклее, чем прежде.
Это вызывало у неё слабое чувство сожаления.
...Может быть, звёзды и стали более далёкими, но бледный диск полной луны, медленно движущийся по глади спокойного озера, выглядел ближе, чем когда-либо прежде.
Сегодня была третья и последняя ночь, когда полная луна взойдёт над Бастионом в этом месяце. В эти три ночи плавание по озеру было запрещено, а люди держались подальше от его берегов...
А всё потому, что с восходом полной луны граница между реальностью и иллюзией здесь, в Бастионе, становилась тоньше, и ужас, заключённый в руинах истинного замка, стремился оказать своё чудовищное влияние из-за пределов отражений.
Поэтому Нефис приходилось оставаться в городе в полнолуние, чтобы охранять его. Как ни странно, для неё эти три опасные ночи обычно были временем отдыха и восстановления сил. Большую часть времени она проводила на поле боя, ведя за собой силы человечества против потока кошмаров, грозящих поглотить их всех.
Несмотря на скрытое присутствие Проклятого Демона, вид полной луны обещал мир и спокойствие.
Правда... она не привыкла проводить эти лунные ночи в одиночестве.
Санни обычно был с ней, либо рядом, либо прячась в её тени. Нефис привыкла к его присутствию, даже не подозревая об этом, и теперь, когда его здесь не было, его отсутствие казалось ей странным и неестественным.
Она с удивлением обнаружила, что скучает по нему, хотя его не было всего один день.
'Кто бы мог подумать, что однажды я буду испытывать такие эмоции?'
Это было странно. Совсем не похоже на неё.
Но это не было нежелательным чувством. На самом деле сладкая боль от того, что кого-то не хватает, вселяла в неё надежду. Она заставляла её верить, что в её выжженном и иссохшем сердце ещё оставалась какая-то жизнь.
Поэтому она попыталась насладиться незнакомым чувством лёгкой меланхолии.
Санни был вынужден уйти из-за непредвиденных — хотя и не совсем неожиданных — осложнений в Рэйвенхарте. Воплощение, которое он отправил туда — так же, как и Кай — пропали без вести. Более того, Проклятый Тиран и два Зверя сбежали из тюрьмы, созданной для них Демоном Ужаса... только для того, чтобы через несколько мгновений оказаться в другой, благодаря быстроте мышления Сейшан.
Никто не знал, что именно вырвется из жуткой нефритовой доски, поэтому Суверенам пришлось отправиться в Нефритовый Дворец. Санни отправился первым, взяв с собой Кэсси. Сама Нефис собиралась присоединиться к ним, как только закончится полнолуние.
'Завтра...'
Завтра она снова увидит его.
Глядя на отражение луны на поверхности озера, Нефис задумалась, почувствует ли она что-то в тот момент.
Будет ли она счастлива? Или просто довольна?
А может, она вообще ничего не почувствует?
Уйдёт ли странная печаль из её сердца?
В этот момент вода внизу пошла рябью.
Бледный диск вдруг показался искажённым и жутким, он смотрел на неё снизу, как круглый глаз, поражённый белой катарактой.
Озеро всколыхнулось, и из него выкатилась целая серия волн, поднимаясь всё выше и выше по берегу.
Нефис наклонила голову, мрачно наблюдая за происходящим.
«Значит, он выбрал эту ночь, чтобы показать свою силу».
Какое неудачное совпадение... настолько неудачное, что Нефис была склонна считать, что это вовсе не совпадение.
Неужели Проклятый Демон ждал, пока в городе останется только один из Суверенов, чтобы попытаться сбежать?
В любом случае, момент не мог быть более неудачным.
Человечество тонуло в бедствиях, окружённое опасностями и врагами со всех сторон.
В мире бодрствования с каждым месяцем открывались всё новые и новые Врата, и населённые пункты едва держались против наплыва Кошмарных Существ.
Восточный Квадрант балансировал на грани катастрофы. Война с Меняющим Кожу шла плохо — инфекция распространялась, и люди вынуждены были отступать всё дальше и дальше, бросая свои земли, поселения и целые города.
В Царстве Снов охота за новыми Цитаделями оказалась менее плодотворной, чем она надеялась. Легионы Пробуждённых очищали внутренние районы двух огромных анклавов от Кошмарных Существ, одновременно исследуя дальние просторы на востоке, замёрзшие преисподние на западе и ужасные воды туманного океана на юге... а на севере легион теней занимался тем же самым в выжженных дебрях сгоревшего леса.
Местонахождение Мордрета оставалось неизвестным. Астерион по-прежнему оставался тревожной загадкой.
А теперь ещё и это...
Всё это давило на Нефис, прижимая её к земле. Вес всего мира... даже двух миров... лежал на её плечах, заставляя бороться за то, чтобы не упасть на колени.
А ещё был тихий шёпот бесчисленных душ, горящих, как звёзды, на бескрайних просторах её Домена. Их тоска омывала её днём и ночью, и от этого давление становилось ещё более подавляющим... порой невыносимым.
Нефис поджала губы.
Санни не было рядом с ней. Не было и Кэсси. Кай пропал, а Эффи отправилась в Западный Квадрант, чтобы разобраться с кризисом Врат Четвёртой Категории.
Не было никого, кому Нефис могла бы доверить свою спину в битве с Проклятым Демоном здесь, в Бастионе... по крайней мере, не сегодня.
Так что...
Ей придётся встретиться с ним в одиночку.
Ей придётся взять на себя всю тяжесть и продолжать идти вперёд, делая по одному тяжёлому шагу за раз.
Тихо вздохнув, Нефис медленно встала и посмотрела на тёмное озеро, в её глазах плясали белые языки пламени.
За её спиной появились два белых крыла, прогоняя ночную тьму.
«...Это всего лишь Проклятый Демон».
О чём было беспокоиться?
Отстранённая улыбка исказила её губы.
Призвав Благословение, она шагнула вперёд и погрузилась во тьму.

2025-06-28 23:04:12 +0000 UTC View Post

Глава 2434: Страшная цена спасения мира

Айко не блефовала, когда говорила, что ей не нужно оружие. Она не была воином и не стремилась им стать... но это не означало, что она была безобидной.
В конце концов, она тоже была бывшим членом Армии Мечтателей. Она выжила на Забытом Берегу, и это не было случайностью.
'Ты что, думал, что управление игорным притоном в чёртовом Светлом Замке — это спокойное занятие?'
Это точно не так.
...Воспоминание, которое вызвала Айко, было коммуникационным зеркалом, которое члены Клана Теней использовали во время миссий. Оно позволяло им разговаривать друг с другом дистанционно... или подслушивать разговоры, если зеркало было заранее спрятано в каком-нибудь укромном месте. Не то чтобы не было лучших способов подслушивать людей.
Конечно, Айко не особо нуждалась в зеркале, чтобы связаться с Эффи и сообщить ей о тяжёлой ситуации, в которой они оказались, — Кэсси уже знала, а значит, Эффи тоже уже была в курсе.
Было немного жутковато осознавать, что Кэсси может наблюдать за ней в любой момент, но в редких случаях, подобных этому, это успокаивало. Если уж на то пошло, Айко могла чувствовать себя польщённой тем, что она была высокоприоритетной меткой среди бесчисленных людей, которых слепая провидица использовала в качестве своих глаз.
В любом случае, Айко нуждалась в серебряном зеркале по другой причине. Помимо того, что зеркала позволяли тем, кто ими владел, общаться, они также могли отражать то, что находилось перед ними, на большие расстояния. Другому человеку просто нужно было иметь соответствующее Воспоминание, которое у Эффи было.
Босс Айко сплёл это особое зачарование в секунду мелкой мстительности, бормоча что-то о «краже трюков этого ублюдка» в раздражённом тоне. Она догадывалась, кем был вышеупомянутый ублюдок, и иногда задавалась вопросом, что же такого сделал этот бедняга, чтобы попасть в чёрный список её босса.
Это должно было быть что-то серьёзное, учитывая, что падение Проклятого Демона на голову, похоже, не удовлетворило Санни.
Однако в данный момент важно было то, что Айко могла использовать зеркало, чтобы отразить для Эффи своё окружение. Другими словами, то, что она хотела передать, не было сигналом бедствия.
...Это были данные о наведении.
В бесчисленных километрах от них, на вершине великого замка, Воспитанная Волками повернулась на север и вызвала своё копье. Затем она тщательно прицелилась и с низким рёвом швырнула его в небо.
Поднялся ураган, разрывая в клочья флаги, поднятые над замком, и заставляя людей съёжиться.
Пока Айко разговаривала с сосудом Меняющего Кожу, копьё разрывало небо. Оно преодолело расстояние, на которое обычному человеку понадобились бы дни пешего пути, меньше чем за минуту.
К тому времени, как оно появилось, Айко уже успела прикрыть глаза Малыша Линга рукой.
Это было не из-за страха перед Меняющим Кожу...
Скорее, это было потому, что маленькому мальчику не пристало видеть то, что произойдёт дальше.
Когда над ними что-то прогремело, сосуд Великого Ужаса поднял голову...
Это было последнее, что он сделал.
Когда копьё упало с неба и с безупречной точностью поразило бывшего Мастера каравана, оно не просто пронзило его тело.
Вместо этого его тело просто измельчилось, превратившись в облако тонкой багровой дымки.
Затем копьё пронзило булыжники, вызвав небольшое землетрясение на базаре и послав глубокую трещину от места удара наконечника о землю к большим повозкам потрёпанного каравана. Одна из них накренилась, когда её бронированное колесо взорвалось в буре осколков, а затем опрокинулась с оглушительным стоном.
Стены маленькой церкви, о которой упоминал Квентин, треснули.
Вдали, над озером, с изумрудных лугов Острова Слоновой Кости уже прыгали стремительные фигуры — это были Хранители Огня, спешившие к городским воротам. Конечно, Эффи, скорее всего, должна была прибыть гораздо раньше.
Ведь неизвестно, был ли этот сосуд Меняющего Кожу единственным, избежавшим обнаружения. Любой член каравана мог оказаться замаскированной мерзостью...
Нет. На самом деле Меняющий Кожу случайно раскрыл свою способность избегать колдовство, которое до сих пор не пускало его в человеческие Цитадели, а это означало, что сосудом Меняющего Кожу мог быть любой житель Бастиона.
Да и вообще любой житель любого из человеческих городов в Царстве Снов.
Таким образом, каждый человеческий город должен был пройти через период нестабильности. Военное положение должно было действовать до тех пор, пока не будет разработана новая форма колдовства... затем города должны были быть прочёсаны, и любой сосуд, обнаруженный в результате, должен был быть уничтожен...
А всё потому, что Айко решила устроить Лингу Лингу небольшое приключение.
И хотя она ещё не знала об этом, в ближайшие недели в отдалённых Цитаделях восточных районов Царства Снов действительно будет обнаружено несколько скрытых очагов заражения Меняющим Кожу. К счастью, они будут уничтожены до того, как злокачественный Ужас сможет по-настоящему разрастись, что позволит предотвратить ужасное бедствие.
Возможно, Айко и не спасла мир... но то, что она сделала, было не так уж далеко от такого подвига.
'Чёрт возьми. Я просто хотела повеселиться в свой выходной день'.
Она уныло опустила взгляд.
...Затем её глаза расширились от ужаса.
«О, нет!»
Её прекрасные туфли! На них брызнуло немного измельчённого сосуда Меняющего Кожу!
Они были испорчены.
«Чёрт возьми!»
Это была ужасная потеря.
Всё ещё не видя ничего из-за прикрытых глаз, Малыш Линг взволнованно спросил:
«А? Что такое чёрт возьми, тётя?»
Она прикусила губу, а затем плаксивым тоном сказала:
«Что? Н-ничего! Забудь, что ты слышал!»
Малыш Линг на мгновение затих, а затем пошевелился, пытаясь вырваться из её объятий.
«Чёрт возьми — это одно из тех плохих слов? Ведь так, да?»
Айко побледнела.
«Я сказала, забудь об этом, волчонок! Ты ничего не слышал!»
Он опустил плечи.
«Ладно, тётя. Я... уже забыл об этом».
Когда оттащила его в сторону кареты и бросив на Квентина пронзительный взгляд, Малыш Линг вздохнул и добавил:
«Я действительно не могу вспомнить. Чёрт возьми! Моя память испортилась...»

2025-06-28 10:54:12 +0000 UTC View Post

Глава 2433: Обмануть Ужас

Мастер каравана — кем бы или чем бы он ни был — перевёл взгляд, с любопытством глядя на Воспоминание, формирующееся на руке Айко.
«Это необычное Воспоминание, мисс Айко».
Действительно. Большинство Воспоминаний формировались из искр света, но некоторые отличались от них. Например, Воспоминания, созданные заклинателями Павшего Валора, вместо этого проявлялись в вихре алых искр. Были и более странные, даже среди Воспоминаний, дарованных Пробуждённым Заклятием. Обычно они были совершенно особенными, хотя и не всегда более мощными, чем остальные.
Однако Воспоминания, созданные Повелителем Теней после его предполагаемой смерти, всегда появлялись в потоке тьмы.
Айко улыбнулась.
«Ну, вы же знаете, каким бывает Заклятие. Иногда оно любит быть причудливым».
Мастер каравана усмехнулся и посмотрел на неё с той же любопытной улыбкой.
«Действительно, знаю. Мы, торговцы, должны знать эти вещи наизусть — люди ведь придают дополнительную ценность самым странным вещам, в конце концов. Броское Воспоминание может стоить в десять раз дороже, хотя не даёт никаких дополнительных преимуществ. Лично я предпочитаю мощные, а не вычурные Воспоминания... но это не значит, что я не хотел бы заполучить парочку последних и продать их за целое состояние».
Он рассмеялся.
Улыбка Айко к тому времени стала немного натянутой.
Мастер каравана... казался совершенно человечным.
Это и было самым жутким. Как безупречно он сливался с толпой, ничем не отличаясь от любого другого человека, которого она встречала.
Но Айко была уверена, что на самом деле он не был человеком. Именно это заставило её кожу покрыться мурашками больше, чем сама встреча с существом.
«Но какое Воспоминание вы так хотите мне показать? Вы же... не станете вызывать оружие, мисс Айко?»
В его голосе не было угрозы, и всё же Айко вдруг почувствовала холод.
Она приподняла бровь.
«Оружие? Боже милостивый, конечно же, нет. Что я буду делать с оружием на этих каблуках?»
Она не врала.
Её шпильки действительно были не тем, что хотелось бы носить в ожесточённой битве. Конечно, Айко могла парить и летать, как ей вздумается, так что это не было проблемой...
Но всё же она предпочитала любовь, а не войну.
Ну... с «любовью» у неё, честно говоря, получалось не очень хорошо, но это уже было не так важно.
'Кому какое дело? Я люблю деньги! Вот это настоящая романтика...'
Наконец в её руке появилось ручное зеркальце из полированного серебра. Это был довольно стильный маленький аксессуар, украшенный красивыми узорами и инкрустированный тонко вырезанными кусочками обсидиана.
Мастер каравана внимательно изучил его.
«Всё-таки не оружие».
Он посмотрел на неё и улыбнулся.
«И всё же... похоже, меня обнаружили. Как досадно. Я думал, что хорошо справился с ролью этого человека. Я даже пришёл, когда Звезды не было, и Тень, которую она отбрасывает, ушла вместе с ней».
Айко вздрогнула.
'Значит, не человек'.
Её подозрение, к сожалению, оказалось верным.
'Как эта тварь прошла проверку, чёрт побери?!'
То, что стояло перед ней, не было Вознесённым торговцем, с которым она должна была встретиться. Вместо этого... это был сосуд Великого Ужаса, Меняющего Кожу.
В настоящее время силы человечества вели проигрышную войну с мерзостью в Восточном Квадранте, где она должна была находиться. Тот факт, что сосуд Меняющего Кожу добрался до Бастиона, миновав все контрмеры, принятые для предотвращения подобного развития событий...
Вызывал беспокойство.
На самом деле, это было пугающе.
Айко выдавила из себя улыбку.
«Что вы имеете в виду?»
Другой рукой она притянула Малыша Линга ближе.
Сосуд Меняющего Кожу несколько мгновений изучал её, а затем вежливо улыбнулся.
«Мне любопытно. Как ты разгадала моё притворство?»
Айко почувствовала порыв поиздеваться над существом, даже если она была бессильна перед ним.
Она могла бы рассказать ему, как Малышу Лингу не понравился его запах, и, что ещё важнее, как он совершенно не понял, что за людьми были торговцы... и показал это перед Айко из Клана Теней, среди всех людей!
Ужасное существо неуклонно совершенствовало свою способность имитировать человеческое поведение, хитроумно делая бессмысленными контрмеры, изобретённые для его сдерживания, одну за другой, — но оно всё ещё не могло понять, что значит быть человеком.
И не смогло бы. Всё, что мог делать Меняющий Кожу, — это имитировать людей, не понимая, что именно он имитирует... в каком-то смысле он делал противоположное тому, что должны были делать практикующие Танец Теней. Не то чтобы таких было много, даже при всех тренировках...
В любом случае Айко действительно хотелось позлорадствовать.
Но зачем ей объяснять этому жуткому ублюдку, что именно он сделал не так? Чтобы тот научился на своих ошибках и в следующий раз выступил лучше?
'Нет уж. Я не стану читать этой твари героический монолог. В конце концов, я не герой. Я... нянька. На сегодня'.
Малыш Линг обнял Айко, чувствуя, что что-то не так. На некотором расстоянии Квентин осторожно пробирался к ним.
Вернув улыбку Меняющему Кожу, она посмотрела на своё ручное зеркало.
«Позволь мне сначала закончить объяснение про это Воспоминание. Я вызвала его не просто так, понимаешь?»
Она поворачивала зеркало то в одну, то в другую сторону, отбрасывая яркие блики на булыжники.
«Это прототип Воспоминания, которое мой босс разрабатывает в свободное время. На самом деле, коммуникация в Царстве Снов — серьёзная проблема. Конечно, Бессмертное Пламя уже работает над решением — Дримскейп для Царства Снов, или что-то в этом роде. Однако сделать связь безопасной от всех ужасов этого мира — уже само по себе проблема. Поэтому мы придумали собственное решение. Ах, если бы только существовал способ их массового производства! Но я отхожу от темы».
Сосуд Меняющего Кожу наклонил голову.
«Коммуникация? Ты надеешься пообщаться со мной, Пробуждённая? Единство... общность... да...»
Айко кашлянула.
«Спасибо... но ты не в моём вкусе, извини. К сожалению, я ничего не могу сделать против тебя, верно? Я имею в виду, что я всего лишь Пробуждённая, а ты — Великий Ужас. Что я могу сделать? О, но я чувствую необходимость сообщить тебе кое-что».
Она указала на Малыша Линга, который прижался к ней.
«Это ребёнок моей дорогой подруги. А моя подруга — настоящая волчица, когда дело доходит до защиты своего мальчика. По совпадению, сегодня мы узнали, что все в этом городе очень любят его маму. А знаешь, почему? Потому что она — Святая Афина, Воспитанная Волками, Наместник Востока... Зверь Войны. Ты должен хорошо её знать, учитывая, сколько твоих сосудов она уничтожила».
Айко притянула Малыша Линга ближе и прикрыла его глаза рукой.
Затем она лучезарно улыбнулась.
«Итак, возвращаемся к Воспоминанию. У него действительно ужасное название, поэтому я избавлю тебя от боли, которую ты можешь услышать. То есть... я вполне способна придумать ужасное название сама! Сегодня давай назовём его...»
Айко сделала паузу на мгновение, а затем торжественным тоном сказала:
«...Позвать мамочку».
И как раз в тот момент, когда она это сделала, в небе над ними что-то прогремело.

2025-06-28 10:53:08 +0000 UTC View Post

Глава 2432: Караван Царства Снов

Увидеть приближающийся караван всегда было впечатляющим событием, поэтому Айко и взяла Линга Линга на базар, чтобы сделать последнюю остановку в их маленьком приключении.
«Вау!»
Мальчик был в полном восторге.
Царство Снов было огромным, а сеть дорог между зарождающимися человеческими городами находилась в зачаточном состоянии. Более того, дикая местность кишела Кошмарными Существами и всевозможными ужасами, поэтому требовалась подготовка и огромные усилия, чтобы добраться до места назначения невредимым... или вообще добраться до него.
На западе, где Река Слёз служила средством связи между Цитаделями в её бассейне, ситуация была несколько лучше, но здесь, на востоке, караваны должны были быть грозными силами, чтобы выдержать ужасные просторы Царства Снов.
Там, перед городом, по пересечённой местности медленно двигалась длинная цепочка массивных Эхо. Каждое из них был высотой со здание — особенно впечатляющим был ведущий зверь, возвышавшийся над остальными, с алой чешуёй, покрывавшей его тело, и тремя длинными рогами, венчавшими его массивную голову.
Эхо были облачены в тяжёлые доспехи, каждый тянул за собой огромную повозку. Сами повозки тоже были тяжело бронированы и напоминали крепости на колёсах. Их огромные колёса дробили почву при повороте, а опытные Пробуждённые воины несли вахту на зубчатых стенах, неся шрамы бесчисленных сражений.
Повозки тоже несли на себе многочисленные шрамы — некоторые старые, некоторые новые. Их броня была погнута и потрёпана, местами порвана, а зачарованное дерево под ней раскололось и обуглилось. Пробуждённые воины были покрыты пылью и грязью, их усталость и изнеможение ощущались даже на расстоянии.
Даже Эхо выглядели утомлёнными, массивные цепи, соединяющие их с повозками, глухо гремели.
И всё же это было удивительное зрелище, особенно для ребёнка.
«Тётя Айко! Эти Эхо даже больше меня! О... интересно, насколько тяжелы эти повозки! Как думаешь, я смогу потянуть одну?!»
Айко с улыбкой посмотрела на Малыша Линга.
«Волчонок... давай не будем говорить о твоей потенциальной карьере вьючного волка, хорошо? Сомневаюсь, что твоя мама обрадуется, узнав, что её драгоценный малыш мечтает сбежать с караваном, чтобы тянуть повозки. На самом деле, она может снести мне голову с плеч, если узнает... а я хочу, чтобы моя голова была крепко прикреплена к телу».
Малыш Линг хихикнул.
«Тётя... маме ведь не обязательно знать, верно?»
Айко уставилась на него в шоке и возмущении.
'Что, теперь он умеет врать?!'
Кто его научил?! Какое ничтожество плохо повлияло на этого чистого, невинного мальчика?!
Она собиралась разорить его!
«Твоя мама может не узнать, но тётя Кэсси узнает. Она знает всё, так что будь хорошим мальчиком и никогда не лги своей матери!»
Айко фыркнула от возмущения.
Малыш Линг посмотрел на неё и ухмыльнулся.
«Может быть, мне рассказать ей о том, как мы сегодня убедили одного дядю подписать с тобой эксклюзивный контракт, тётя?»
Она прочистила горло и отвернулась.
«...Если подумать, то, чего Эффи не знает, не может ей навредить. Твоя мама — очень занятой человек, так что не стоит нагружать её каждой мелочью, верно?»
Она подняла руку и поспешно указала вперёд.
«Смотри! Они приближаются!»
Караван достиг окрестностей города. Массивные Эхо остановились, и повозки прекратили движение. Весь базар внезапно вскипел, бесчисленное количество людей устремилось вперёд, чтобы засвидетельствовать прибытие — поскольку все здесь зарабатывали на жизнь обслуживанием караванов, этой секунды они ждали с нетерпением.
Однако никто не спешил покидать границу города. Сначала прибывший караван нужно было осмотреть с помощью специальных Воспоминаний и колдовских инструментов.
Впрочем, это не заняло много времени. В конце концов стражники закончили свою работу и пропустили усталых путников. Повозки доставили на пустое место перед воротами, Эхо отозвали, и начался долгий процесс разгрузки грузов.
В хаотичной суматохе, которая последовала за этим, Айко нашла внушительного мужчину в доспехах из шкуры монстра и элегантно помахала ему рукой.
Этот человек был Мастером и владельцем вернувшегося каравана. Он что-то обсуждал с несколькими своими подчинёнными, но отпустил от них, когда Айко приблизилась.
Его низкий, уверенный голос звучал немного удивлённо:
«Мисс Айко? Я думал, что наша встреча состоится только завтра. Я не ожидал, что вы лично встретите нас».
Она улыбнулась.
«Ну, я случайно оказалась поблизости. Зачем откладывать что-то на завтра, если это можно сделать сегодня, верно?»
Мужчина задержался на несколько мгновений, а затем в замешательстве посмотрел на Малыша Линга.
«А это?»
Айко сохранила вежливое выражение лица.
«О? Это Святой Линг… ребёнок моей дорогой подруги. Волчонок, поздоровайся с дядей».
Малыш Линг скорчил гримасу и отвернул нос.
«Я не хочу. От этого мистера странно пахнет».
Улыбка Айко стала немного натянутой.
«Линг Линг! Не будь грубым. И ещё, не обнюхивай людей просто так!»
Маленький мальчик лишь недовольно пожал плечами.
Она несколько мгновений изучала его, а затем повернулась к Мастеру каравана.
«Пожалуйста, простите его манеры. Обычно он хорошо себя ведёт... ну, знаете, когда он дома. Со своей мамой. Святой Афиной, Воспитанной Волками. Наместником Востока. Ах, о чём я говорила? Точно, об особом грузе, который вы доставили, — я готова забрать его у вас прямо сейчас. Скажем... за тысячу осколков души?»
Мужчина секунду-другую изучал Малыша Линга, а затем широко улыбнулся.
«Какой бойкий мальчик. Извини, малыш... я был в пути несколько месяцев. Знаешь, что говорят о запахе приключений? Так вот, на самом деле, это скорее вонь. Но к нему привыкаешь».
Затем он посмотрел на Айко и кивнул.
«Тысяча осколков души звучит вполне разумно. Подпишем документы?»
Улыбка Айко застыла.
Она посмотрела на Малыша Линга, потом снова на Мастера каравана.
Помолчав несколько мгновений, она усмехнулась.
«Конечно, почему нет. Время — деньги, верно? Ах, но перед этим. Я хотела вам кое-что показать...»
Она подняла руку, вызывая Воспоминание.
В то же время она пошевелила пальцами, формируя теневой знак.
На некотором расстоянии от неё глаза Квентина внезапно заострились.
'Малышу Лингу не понравился его запах — это уже было достаточно подозрительно...'
Айко сохраняла спокойное выражение лица.
'...Но торговец, который не торгуется? Бей тревогу!'
Что-то было очень, очень не так с этим Мастером.

2025-06-27 17:49:27 +0000 UTC View Post

Глава 2431: Городские ворота

Последнюю остановку Айко решила сделать на окраине города, далеко от озера.
Она и Малыш Линг ехали в открытой карете, запряжённой Эхо, кучер сидел на скамейке в расслабленной позе. Мальчик с любопытством оглядывался по сторонам, проведя большую часть своей жизни рядом с озером — улица, по которой они ехали, была одной из главных магистралей Бастиона, прорезая весь путь от берега до городских ворот. Здесь было множество увлекательных достопримечательностей.
Правда, сами ворота не впечатляли — по сути, их вообще не было, просто широкое открытое пространство, где собирались отбывающие караваны, прежде чем отправиться в опасное путешествие через мрачные просторы Царства Снов, и где останавливались потрёпанные прибывающие караваны.
Некоторые из караванов везли поселенцев, некоторые — грузы. Из последних часть была загружена необходимыми ресурсами, которые Домен поставлял в периферийные города на Востоке, а часть принадлежала предприимчивым торговцам.
Обслуживание караванов было само по себе целой индустрией. Поэтому вокруг ворот вырос оживлённый базар с бесчисленными лавками, обильными трактирами и всевозможными магазинами. По сути, базар сам по себе был маленьким городом, и многие люди жили здесь на постоянной основе.
По обе стороны от несуществующих ворот высокие стены отделяли Бастион от диких просторов за его пределами... стены были высокими, но не слишком впечатляющими. По правде говоря, они были едва ли больше, чем насыпи спрессованной земли, — так было потому, что строительство ещё продолжалось, и это была всего лишь временная мера.
Бастион был огромным городом, к тому же он находился в Царстве Снов, которое, возможно, и было заселено людьми, но совсем не приручено. В результате его охрана представляла собой титаническую задачу. Строительство городской стены имело первостепенное значение, но оно требовало времени.
Людям было не в диковинку возводить огромные барьеры вокруг своих городов, но это был не мир бодрствования с его сложными технологиями и обширной инфраструктурой. Строить что-либо в Царстве Снов было гораздо сложнее, потому что здесь у людей не было мощных машин, автоматизированных заводов и огромных плавильных печей.
Вместо этого у них были Пробуждённые, Мастера и Святые — именно поэтому возведение стены вокруг такого огромного города, как Бастион, было вообще возможно.
Однако не было двух одинаковых Пробуждённых, поэтому стены Бастиона были немного странными. Некоторые секции были построены из спрессованной земли, некоторые — из камня, некоторые — из дерева или металла. Некоторые даже состояли из бесчисленных стволов высоких деревьев, сросшихся друг с другом, а некоторые были сделаны из шипов и колючек.
Небольшая армия Пробуждённых патрулировала стены днём и ночью, а более многочисленная армия строителей всё ещё усердно превращала их в неприступное укрепление.
«Ваааау...»
Малыш Линг широко раскрытыми глазами взирал на оживлённый вид базара.
«Так много людей! И эти Эхо! Вау!»
Высадившись из кареты, Айко протянула ему руку и улыбнулась.
«Много запахов, да? Не перегружайся».
Мальчик несколько раз понюхал воздух и засиял.
«Вкусно! Вкусно, вкусно, вкусно! Тётя Айко, можно нам поесть?!»
Она серьёзно кивнула.
«Конечно! Через некоторое время...»
С этими словами она сама оглядела базар.
Пока Малыш Линг был занят тем, что различал самые вкусные запахи, Айко повернулась к кучеру и указала на одно из зданий неподалёку.
«Новая гостиница? С каких пор она здесь?»
'Такое выгодное место...'
Кучер покачал головой.
«Это не гостиница».
Айко бросила на него странный взгляд.
Мужчина был очень красив и держался с галантным спокойствием — видеть кого-то столь... выдающегося... управляющим каретой с Эхо было, мягко говоря, странно.
Она мысленно вздохнула.
Ну, конечно же, кучер был красив, галантен и мечтателен. В конце концов, он был Мастером Квентином.
Айко знала, что если что-то случится, Малыш Линг сможет защитить себя лучше, чем она. Ничто не могло сравниться с силой Трансцендента, ребёнка или нет, в то время как она была жалкой Пробуждённой. Тем не менее она не собиралась выводить драгоценного сына Эффи в город без надёжной защиты.
Поэтому Квентина на день понизили до извозчика, который с самого утра возил их по Бастиону.
Разумеется, мужчина не жаловался.
Напомнив себе, что он занят, Айко подавила порыв похлопать ресницами и приподняла бровь.
«О?»
Квентин кивнул.
«Это церковь».
Она слегка нахмурилась.
«Ты имеешь в виду один из тех странных залов для медитаций, где люди определённо не молятся Нефис?»
Он усмехнулся.
«Нет, это настоящая церковь. Церковь Луны, или что-то в этом роде. Это крошечный культ... эти ребята в основном безобидны. Раньше они были кучкой странников, путешествовали с караванами и давали благословения на безопасные путешествия. Но, похоже, дела у них пошли в гору, учитывая, что они смогли купить это здание».
Айко несколько раз моргнула.
«Церковь Луны? То есть они поклоняются Богу Зверей? Мёртвому?»
Квентин покачал головой.
«Нет, они просто поклоняются луне. Если ты спросишь меня, то путешествия и наставления — это скорее дело Бога Бури... но я не очень хорошо разбираюсь в изобретении религий, так что я могу знать?»
Айко изучила скромную церковь, которая выглядела не роскошней окружающих её гостиниц, и поджала губы.
«Жаль. Я положила глаз на это место. Боги, эти чудаки действительно растут как грибы... откуда они вообще все берутся? Раньше я даже не слышала о том, что культы — это что-то распространённое».
Квентин кивнул.
«Раньше правительство строго следило за этим. К тому же не так-то просто набраться религиозного рвения в мире, где боги мертвы, и существует Заклятие Кошмара... но сейчас все по-другому. Леди Нефис была права, когда поделилась с людьми правдой о том, какая судьба ожидает Землю, но не все могут выдержать груз истины. Поэтому люди обращаются к чему-угодно, чтобы успокоить свой страх. Конечно...»
Он повернулся и посмотрел на далёкий силуэт Острова Слоновой Кости, дрейфующий высоко в небе над городом.
«Большинство обращается к Бессмертному Пламени. Зачем верить во что-то ещё, если сверху на тебя смотрит настоящая богиня?»
Айко кивнула.
'Ну, или эксцентричный полубог глядит на тебя из теней...'
Она окинула Квентина долгим взглядом.
«И всё же. Эта Церковь Луны... ты делал о ней отчёт?»
Он слабо улыбнулся.
«В последнее время слишком много крошечных сект появляется то тут, то там, чтобы делать отдельный отчёт о каждой из них. Мы собирали информацию, чтобы сделать пакетный отчёт после солнцестояния, когда всё немного успокоится».
Айко снова кивнула.
«Хорошо. Я хочу знать всё, что можно, об этих 'безобидных культистах'. Ты же знаешь, что поставлено на карту».
Квентин немного изучил её, а затем вздохнул.
«Айко... знаешь, нам было бы гораздо легче, если бы мы точно знали, что ищем».
Она покачала головой и отвела взгляд.
«Некоторые вещи слишком опасны, чтобы их знать. А некоторые вещи становятся тем опаснее, чем больше людей о них знают. Есть причина, по которой Босс держит всех в неведении, так что просто доверься его суждению».
Айко знала больше многих, но даже ей не всё было известно. Угроза, которой так опасались Меняющая Звезда и Повелитель Теней, по-видимому, была из тех, о которых никогда не следует говорить вслух.
«Тётя Айко! Смотри! Смотри!»
Малыш Линг дёргал её за руку, возбуждённо указывая на дорогу.
Там к городу приближался потрёпанный караван.
Айко слабо улыбнулась.
'Наконец-то...'

2025-06-27 17:09:02 +0000 UTC View Post

Глава 2430: Уроки тёти Айко

«Это? О, это Трансцендент Линг. Волчонок, поздоровайся».
«Привет, мистер!»
«Т-трансцендентный... Линг? Наследник Святой Афины?»
«Конечно. А что?»
«Н-но... почему он с вами, мисс Айко?»
«Почему? Я его любимая тётя. Верно, Линг Линг?»
«Верно! Тётя Айко — самая лучшая!»
«…»
«Итак, о контракте, который мы обсуждали в прошлом месяце. Если я правильно помню, цена, на которой вы настаивали, была немного завышена. Что-то насчёт отсутствия у меня рекомендаций?»
«Что? Нет, нет... ахаха, это, наверное, была канцелярская ошибка. Эти чёртовы клерки, вечно делают ошибки! Очевидно, что предложение, которое вы изначально выдвинули, было более чем справедливым, леди Айко!»
«Было, не так ли?»
«Да! Так что... стоит ли нам прямо сейчас переписать контракт?»
Тут всё прошло удачно.
«Надеюсь, вы не возражаете. Этот милашка — сын моей близкой подруги... я редко бываю в Бастионе, поэтому он настоял на том, чтобы ходить со мной повсюду».
«Тётя взяла меня в образовательную поездку!»
«…»
«Простите? Вы в порядке?»
«Это... это Святой Линг».
«О, так вы знаете этого негодника!»
«Тогда... ваша близкая подруга — это...»
«Эффи? А, прошу прощения. Кажется, вы здесь называете её Святой Афиной. Или Зверем Войны? Воспитанной Волками? Наместником Востока? Честно говоря, у неё сейчас так много титулов, что я путаюсь».
«Мамочка лучше всех!»
«И-извините. Что я могу сделать для вас, миледи? О, и для вас, почтенный Святой Линг?»
«Видите ли, я слышала, что ваш клуб очень эксклюзивен и позволяет стать членами только людям с безупречным положением. Моё положение не слишком заметно здесь, в Бастионе, поэтому я не хотела бы навязываться...»
«Нет, нет! О чём вы говорите, леди... Айко, верно? Прошу вас. Могу я предложить вам и вашему юному спутнику немного прохладительных напитков, пока я заполняю бумаги? Как вам VIP-членство? Нет, о чём это я! VVIP-членство, разумеется».
«Любезно благодарю вас. Ох, но я не думала, что у вас есть VVIP-члены?»
«Теперь есть!»
«Как чудесно. В чём дело, волчонок?»
«Тётя, спроси у мистера, есть ли у них мороженое. Линг Линг думает... что он очень освежится, если съест мороженое...»
Тут всё прошло ещё лучше.
«Добро пожаловать! Чем я могу тебе помочь?»
«Добрый день. Мой юный друг всё время настаивал на том, чтобы купить мороженое».
«Что ж, вы определённо пришли в нужное место. Так что, вы хотите купить наше фирменное мороженое?»
«Я хотела бы купить вашу лавку мороженого».
«...Простите?»
«Тётя Айко! Я хочу с фисташковым вкусом!»
«Понятно. Тогда лавка мороженого и один рожок фисташкового мороженого, пожалуйста. Могу я заплатить наличными?»
Здесь тоже всё прошло замечательно!
Некоторое время спустя Айко и Малыш Линг растянулись на скамейке в небольшом парке, наслаждаясь двумя рожками мороженого. Солнце светило высоко в небе, и они оба грелись в его лучах, усталые и глубоко довольные.
Малыш Линг облизал своё фисташковое мороженое, испустил довольный вздох и посмотрел на Айко.
«Тётя, можно задать тебе вопрос?»
Айко пожала плечами.
«Конечно, задавай».
Мальчик на мгновение задумался над своими словами.
«Это была самая лучшая образовательная поездка, тётя! Но... было ли это действительно образовательным? Дедушка Джулиус обычно даёт мне уроки, домашние задания и тесты. Это и есть образование!»
Айко слабо улыбнулась.
«Было ли это образовательно? Конечно, было! Послушай, волчонок... твои мама и папа — да и дедушка Джулиус тоже — могут научить тебя многим вещам дома. Но есть уроки, которые можно выучить только на улице. Сегодня ты должен был выучить один такой урок. Можешь рассказать мне, что это был за урок?»
Малыш Линг сосредоточенно сморщил лицо, вспоминая, где они были, с кем разговаривали и как эти разговоры проходили.
В конце концов он нерешительно произнёс:
«Что все... любят маму?»
Айко усмехнулась.
«Именно! Урок, который ты должен был усвоить сегодня... заключается в том, что иметь друзей важнее, чем деньги».
Малыш Линг задумчиво смотрел вдаль.
«Оооо...»
Айко кивнула.
«Потому что если у тебя есть правильные друзья, ты можешь заработать гораздо больше денег!»
Мальчик окинул её сомнительным взглядом. Она откусила кусочек мороженого, насладилась его нежной текстурой и насыщенным вкусом, после чего проглотила и подняла бровь.
«Что?»
Малыш Линг ещё секунду пристально смотрел на неё, а затем вздохнул и отвёл взгляд.
«Ничего. Просто... я не думаю, что ты действительно подходишь на роль учителя, тётя».
Айко возмущённо уставилась на него.
«Что? Почему?»
Мальчик снова вздохнул.
«Может быть, мне стоит попросить дедушку Джулиуса, чтобы он давал уроки и тебе...»
Айко насмешливо хмыкнула.
«Кто кого будет учить? Позволь мне сказать тебе, волчонок... у меня были лучшие репетиторы в ОССК, когда я была в твоём возрасте. Ну, до того, как моя семья обанкротилась. Деньги важны — у тебя как минимум должны быть деньги, чтобы получить образование!»
Она покачала головой и огляделась по сторонам.
Район, в котором они находились, был близок к набережной озера, так что она хорошо знала его ещё с довоенных времён. Он находился недалеко от паромной станции и рядом с одной из главных улиц — пешеходное движение здесь было отличным, а расположение позволяло легко добраться до нескольких популярных достопримечательностей. Более того, совсем рядом с небольшим парком планировалось построить один из рунических трамваев.
Именно по этой причине Айко купила лавку мороженого на углу. Она не только должна была приносить хороший доход, но и иметь здесь тайное убежище было бы весьма удобно для членов Клана Теней, действующих в Бастионе.
Конечно... район стал менее живописным с тех пор, как Айко покинула город. Например, раньше она никогда не видела здесь граффити, а теперь несколько из них марали стены окрестных зданий.
Малыш Линг тоже уставился на одно из таких сомнительных произведений искусства.
«Тётя Айко... что это за буквы? Тётя Заклятие их не переводит».
Она пару раз моргнула.
'Что...'
О чём, черт возьми, он говорил?
«Во-первых, Заклятие Кошмара — это не твоя тётя. Оно древнее, так что в лучшем случае это твоя бабушка. Дедушка? В любом случае, не ставь меня в одну категорию с Заклятием, пожалуйста».
Она нахмурилась.
«Во-вторых, не читай граффити. Там обычно плохие слова! Что со мной будет, если ты выучишь плохое слово, пока я с тобой? Боже милостивый. Твоя мама меня убьёт».
Малыш Линг несколько раз моргнул и посмотрел на неё широкими глазами.
«Тётя Айко... что такое плохие слова?»
Айко замерла.
«А?»
Сжимая своё тающее мороженое, маленький мальчик взволнованно наклонился вперёд.
«Плохие слова. Что это такое?»
Она кашлянула.
«Что, ты никогда раньше не слышал плохих слов?»
Малыш Линг энергично покачал головой.
«Нет! Но! Теперь, когда я знаю, что они существуют, я очень хочу учиться! Дедушка Джулиус говорит, что учиться — это благородное призвание! Ты научишь меня?!»
Айко сглотнула, внезапно почувствовав холод, несмотря на тёплый день.
«Тебе... лучше съесть своё мороженое, пока оно не растаяло, волчонок. Забудь, что я тебе что-то сказала».
'О, нет...'
Эффи определенно... определённо убьёт её.

2025-06-27 17:07:25 +0000 UTC View Post

Глава 2429: Тайная вечеринка

Дом Эффи был скорее уютным, чем роскошным, чего нельзя было ожидать от жилища женщины, правящей половиной всех людей в Царстве Снов. Но, опять же, он был построен ещё до Божьей Могилы, и большую часть здания её муж сделал своими руками — так что было бы странно ожидать от их дома дворцовой роскоши.
На самом деле, здание очень напоминало деревянный фермерский дом, спрятанный внутри Медальона Чёрного Зверя — Айко много раз бывала на Звериной Ферме, так что могла это подтвердить.
Конечно, дерево, использованное при строительстве и изготовлении мебели, было совсем не обычным. На самом деле оно было гораздо прочнее любого материала, когда-либо произведённого на Земле. Эффи и её муж собрали его в заколдованных лесах вокруг Бастиона. Здесь всё было сделано на века.
Так и должно было быть, учитывая, что по дому бегал ребёнок-Трансцендент. Обычно родители делают свои дома безопасными для детей, но Эффи пришлось сделать всё наоборот — она должна была убедиться, что её дом не будет полностью разрушен её ребёнком...
...Что получилось с частичным успехом.
Айко всегда была непостоянным человеком, легко приезжала и уезжала, поэтому идея укорениться на одном месте казалась ей немного странной. Тем не менее, каждый раз, когда она навещала Эффи, ей казалось, что она почти понимает эту притягательность. Эффи создала себе семью, потом построила себе жилище... потом добавила первое ко второму и превратила это в дом.
Может быть, именно поэтому она так упорно боролась.
Как бы то ни было, сегодня Айко и Малыш Линг были одни в большом доме.
Она провела его в столовую и усадила мальчика за стол, а затем пошла на соседнюю кухню. Оглядевшись там, она позвала:
«Ну, как ты поживаешь, волчонок? Ты был хорошим мальчиком?»
Он болтал ногами, нетерпеливо ожидая.
«Я хорошо себя вёл, тётя! О... но мне было немного грустно. Мамы в этот раз долго не было, потому что другим детям нужна была её помощь. Но она успела вернуться до моего дня рождения! И привезла мне подарок из... из... Западного Кадранта. Это Африка! Я прочитал об этом в книжке».
Айко наконец-то нашла то, что искала. Было бы настоящей трагедией испачкать свою роскошную одежду, поэтому она надела белый фартук и удовлетворённо выдохнула.
«Прочитал это в книге? С каких это пор ты умеешь читать, негодник?»
Когда она вышла из кухни, Малыш Линг бросил на неё жалостливый взгляд.
«Тётя Айко... мне шесть лет. Разумеется, я умею читать. Я могу читать книжки с картинками и даже книжки без картинок».
Он гордо поднял подбородок, а потом немного сдулся.
«О... но только на человеческом языке. Рунический язык слишком сложен. Так что при чтении рун мне всё равно нужны картинки».
Айко пару раз моргнула.
'Шесть лет — немного рановато, чтобы уметь читать, хотя... наверное? Когда обычно дети начинают читать?'
Она понятия не имела.
Более того...
«А? Кто учит тебя читать на руническом языке? И зачем?»
Если подумать, то, возможно, Малышу Лингу действительно нужно было знать руны. В конце концов, он был носителем Заклятия.
Айко внезапно поглотил вопрос о том, как маленький мальчик взаимодействовал с Заклятием. Показывало ли оно ему руны? Как бы оно переводило руны людям, которые не умеют читать? Показывало ли оно им вместо этого серию изображений или просто озвучивало каждое слово? Могли ли они просто понять значение рун, несмотря на то что не умели расшифровывать буквы?
...Можно ли было как-то заработать на этом деньги?
Малыш Линг хихикнул.
«Дедушка Джулиус!»
Айко вынырнула из своей задумчивости, почувствовав нотку печали, когда красивый звон иллюзорных монет, о котором она мечтала, угас.
«О? Кто это?»
Мальчик улыбнулся, всё ещё болтая ногами.
«Мой репетитор. Мама говорит, что дедушка Джулиус самый лучший!»
'Джулиус, Джулиус...'
Он же был пожилым академиком, отвечающим за всю образовательную инициативу Царства Снов?
Проклятье. Похоже, Эффи не сдерживалась, когда дело касалось развития Малыша Линга...
Покачав головой, Айко улыбнулась и вызвала свою роскошную кожаную сумочку.
«Ну, в любом случае. Тётя была очень огорчена, что пропустила твой день рождения, волчонок. Дядя Санни тоже был очень расстроен. Поэтому он приготовил тебе небольшой подарок...»
С этими словами она открыла сумочку и начала доставать один предмет за другим. Они взлетали в воздух, как по волшебству, и мягко приземлялись на стол.
Сначала появилось мороженое, затем воздушные вафли, свежая клубника, заварной торт с шестью разноцветными свечами, шоколадный пудинг, бутылочки со свежевыжатым соком... ещё мороженое...
Вскоре весь стол был завален вкуснейшими угощениями. Положив последний предмет, Айко поправила фартук и улыбнулась.
«Вообще-то, я решила устроить вторую, тайную вечеринку по случаю твоего дня рождения — только ты и я. Только самые лучшие мальчики получают такую возможность, так что держи. С днём рождения, волчонок!»
Глаза Малыша Линга стали широкими, как блюдца. Он уставился на восхитительные угощения, словно заворожённый ими, а затем дрожащей рукой потянулся за мороженым.
Однако затем он остановился и на мгновение замешкался.
Видя, что мальчик чем-то обеспокоен, Айко подняла бровь.
«Что случилось?»
Малыш Линг задержался на несколько мгновений, а затем неуверенным тоном спросил:
«Тётя Айко... я знаю, что это тайная вечеринка... но не могли бы мы оставить немного торта для мамы? Мама очень много ест...»
Губы Айко задрожали.
Стараясь сохранить спокойное выражение лица, она некоторое время делала вид, что раздумывает, а потом кивнула.
«Хорошо. Твоя мама действительно много ест. Поэтому мы отложим для неё немного этого и немного того. Потом она сможет поделиться и с твоим папой. Как тебе такая идея?»
Однако Малыш Линг её не слышал. Он уже был занят тем, что набивал щёки лакомствами.
«Шпасибо, тётя Айхо!»
Она несколько мгновений наблюдала за мальчиком, а потом вздохнула и села сама.
Подперев подбородок рукой, Айко лениво посмотрела на Малыша Линга и замолчала. Мальчик был настолько поглощён мороженым, что, казалось, ничего другого для него не существовало.
Пустые мысли крутились в её голове, пока одна из них не привлекла её внимание.
'Мы действительно должны оставаться здесь весь день? Когда Эффи сказала, что вернётся?'
На самом деле Эффи вообще ничего не говорила о том, как долго Айко должна была присматривать за Лингом.
И чем же мальчик должен был заниматься весь день? Учитывая, что у него уже был репетитор, вряд ли Эффи и его отец позволяли ему всё время бездельничать. Она знала, что они бережно обучали его с того момента, как он начал ходить, чтобы он умел контролировать свою Трансцендентную силу... он был почти в том возрасте, когда обычные дети уже ходят в школу.
Конечно, не существовало ни одной школы, которая могла бы справиться с маленьким Святым.
В конце концов глаза Айко заблестели.
«Эй, волчонок...»
Она колебалась мгновение-другое, а потом усмехнулась.
«Как насчёт того, чтобы нам с тобой отправиться в приключение? Ну... назовём это образовательной поездкой».
Малыш Линг поднял голову, его лицо было в равной степени измазано мороженым и шоколадом. Его глаза расширились.
«Образовательная поездка?»
Ухмылка Айко тоже расширилась.
«Конечно, давай назовём это так. Пусть тётя Айко научит тебя кое-чему...»

2025-06-26 08:24:21 +0000 UTC View Post

Глава 2428: Крёстная фея

«Тётя Айко! Тётя Айко! Давай полетаем!»
«Нет. Ходи на своих двоих».
«Не хочу! Ходить на двух ногах — это глупо!»
«Что? Почему это глупо?»
«Тётя Айко... надо ходить на четырёх. Разве ты не знаешь?»
«Да, но волчонок, ты же большой мальчик»
«Линг Линг не большой мальчик. Мне всего шесть лет!»
«Я имею в виду, что ты слишком большой, чтобы ходить на четвереньках. Улица недостаточно широкая».
«Так давай полетаем!»
Айко подавила улыбку.
Малыш Линг принял человеческую форму, поэтому она держала его за руку, пока они шли по тихой улице. При обычных обстоятельствах это была бы милая сцена, но они вдвоём составляли странную пару — в основном потому, что она была едва ли выше маленького мальчика.
Айко была очень миниатюрной, в то время как Малыш Линг был ненормально крупным даже в младенчестве. Теперь, когда ему было целых шесть лет, его рост не отличался от роста человека вдвое старше его. Было немного страшно представить, как будет выглядеть мальчик, когда вырастет... этот негодяй, наверное, переплюнет даже свою необычайно высокую маму, что было редким достижением.
Тем не менее, если не брать во внимание рост, то сейчас Малыш Линг выглядел как очаровательный шестилетний ребёнок. Он был настоящим ребёнком, а не неуклюжим карапузом, каким был раньше. Было очень странно видеть его таким выросшим, формирующим полноценные предложения и разговаривающим как маленький взрослый.
Айко даже не пришлось напоминать ему, чтобы он вызвал свою одежду, когда он превратился в человека! Её грудь наполнилась гордостью.
'Ах, время летит'.
И раз уж речь зашла о полёте...
Она прочистила горло.
«Мы сможем полетать, когда пройдём ворота, хорошо?»
Малыш Линг лучезарно улыбнулся.
«Договорились!»
Он замолчал на несколько мгновений, а потом задумчиво произнёс:
«Но, тётя Айко...»
«Да?»
«Лингу Лингу уже шесть лет».
«Угу...»
«Мне исполнилось шесть на прошлой неделе».
«И что?»
«Мой день рождения был на прошлой неделе».
«Логично. И?»
«Но тётя не пришла».
«Я прямо сейчас здесь, разве нет?»
«Но! А как же мой подарок на день рождения?»
Айко рассмеялась.
«Разве я недостаточно хороша для подарка?»
Малыш Линг уставился на неё широко раскрытыми глазами, загнанный в угол и поражённый.
Он нахмурился, напряжённо размышляя, а потом улыбнулся.
«Тётя Айко — это подарок! Но... ты не подарок на день рождения!»
Она ухмыльнулась.
«Ну ладно, ладно. Конечно, я принесла подарок. За кого ты меня принимаешь, волчонок?»
Наконец они достигли ворот поместья Эффи.
Как Наместнику Бастиона — да и всего Востока — Эффи полагалось жить в главной башне великого замка. Однако она сказала, что там слишком душно, и осталась на прежнем месте жительства — в большом поместье, которое когда-то находилось на окраине города.
Теперь же её поместье, как считалось, располагалось в самом центре, ведь город сильно разросся. По сути, сам факт того, что здесь жила сама Воспитанная Волками, делал окрестности одним из самых престижных и востребованных районов. Цены на землю взлетели до небес, и огромный участок, на который претендовала Эффи, когда всё вокруг было пустырём, вдруг стал стоить непомерно дорого.
Пустырь, конечно же, давно исчез. Теперь вокруг были только аккуратные улочки и зелёные деревья, со вкусом оформленные усадьбы, спрятанные за высокими живыми изгородями и элегантными заборами. Все живущие здесь люди были зажиточными и влиятельными, большинство из них имели высокий Ранг и происходили либо из старых кланов Наследия, либо из недавно возвысившихся семей Трансцендентов.
Ворота в поместье Эффи стояли широко распахнутыми — их оставили такими, когда Малыш Линг в восторге выскочил на улицу, уловив запах Айко. Сами ворота были достаточно огромными, чтобы большинство Святых могли пройти через них в своих Трансцендентных формах, но Айко всё же удалось закрыть их за собой с помощью своего Аспекта.
Правда, ей пришлось перевести дух после того, как она приложила все усилия, чтобы совершить этот подвиг.
'Ах... надо было просто попросить Линга закрыть их...'
Это было бы разумно... но у Айко тоже была своя гордость! И хотя она была готова украсть конфеты у детей, если понадобится, просить маленького мальчика о помощи было как-то неловко.
Вместо этого она подняла Малыша Линга в воздух и потянула хихикающего мальчика за собой, как воздушный шарик, пока шла по широкой дорожке.
Поместье Эффи было поистине огромным — это был целый парк, более чем достаточно просторный, чтобы её сын мог бегать по нему в своей Трансцендентной форме или чтобы она могла лежать и отдыхать на траве в своей. И это ещё не считая Звериной Фермы, спрятанной в пространственном Воспоминании, которое обычно хранил на шее её муж.
Айко потребовалось несколько минут, чтобы дойти до дома. Её каблуки-шпильки не лучшим образом подходили для гравийной дорожки, так что в итоге она тоже полетела — они вдвоём промчались по воздуху, задевая верхушки деревьев, прежде чем приземлиться возле крыльца Эффи.
Там их ждала высокая атлетичная фигура, опирающаяся на деревянную балку.
Эффи ухмыльнулась.
«Так-так-так. Ну привет, Динь-Динь¹».
Айко подняла голову и одарила бойкую охотницу неодобрительным взглядом.
«И тебе привет, Гаргантюанна. Смотри, я привела твоего Пантагрюэля²».
Эффи посмотрела вниз... а потом ещё немного вниз.
«Спасибо тебе, дорогая Дюймовочка. Ты такая милая».
Айко насмешливо хмыкнула.
«Не нужно меня благодарить, мадам Гулливер. Мне очень приятно!»
Малыш Линг посмотрел между ними с растерянным выражением лица, а затем нерешительно сказал:
«Мама... это тётя Айко. Почему ты её обзываешь?»
Эффи рассмеялась, после чего спустилась с крыльца и наклонилась, чтобы обнять Айко.
«Ей некого винить, кроме себя! Кто сказал тебе быть такой крошечной и милой, а, Айко?»
Вместо ответа Айко врезала кулаком по рёбрам Эффи.
«Ты мне блузку помнёшь! Отпусти меня, громадная угроза!»
Однако вместо этого Эффи сжала её чуть крепче.
«Я не громадная... я красивая, фигуристая и стройная. А что, ты сильно ревнуешь?»
Наконец, Айко освободилась. Отойдя на несколько шагов, она поправила блейзер и одарила Эффи сердитым взглядом.
«Если бы!»
Малыш Линг хихикнул.
Посмотрев на двух женщин — одну чрезвычайно высокую, другую чрезвычайно маленькую, — он поднял руку и помахал.
«Тётя! Попрощайся с мамой. Маме пора идти».
Айко приземлилась и пару раз моргнула.
«А?»
В этот момент Эффи кашлянула.
«О, точно. Мне нужно бежать».
Айко нахмурилась в замешательстве.
«Нет, подожди минутку. Что значит «тебе нужно бежать»? Я только пришла».
Эффи отступила назад.
«Ну, ты же знаешь, как это бывает. Я должна управлять Востоком, и всё такое. Я нужна им в замке... а Отец Линга уехал разбираться с городскими полями...»
'Что?'
Внезапно Айко охватило ужасное подозрение. Она была так взволнована этим, что её ноги оторвались от земли.
«Неужели... неужели ты заманила меня сюда... чтобы я побыла нянькой?»
Эффи была уже в нескольких шагах от неё.
«Прости!»
Айко была ошеломлена.
Она была возмущена.
«Эй, ты знаешь, кто я такая?»
Отвернувшись, Эффи ухмыльнулась.
«Конечно же, знаю! Ты же самая лучшая! Люблю тебя, веселись!»
Через секунду она ушла, оставив Айко наедине с Малышом Лингом.
Айко повернула голову и посмотрела на мальчика в полном шоке.
Малыш Линг улыбнулся и протянул ей открытую ладонь.
Его голос был очень серьёзным.
«Давай повеселимся, тётя. А ещё... мой подарок? Где он?»
Айко глубоко вздохнула, а затем выдавила из себя бледную улыбку.
'Я... думаю, я убью её...'
—————————————————————
Примечания:
1. Динь-Динь — фея, из сказки Дж. Барри «Питер Пэн».
2. Отсылка на роман «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле.
3. Про Дюймовочку и Гулливера я уже ничего писать не буду, и так понятно.

2025-06-25 16:02:41 +0000 UTC View Post

Глава 2427: Транспортная ситуация

Айко была в прекрасном настроении, когда остановила карету, которая была её любимым способом передвижения по Бастиону.
На самом деле передвижение по Бастиону было довольно сложным делом. Уже разрабатывался грандиозный проект, призванный упростить его — на центральных улицах встраивались специальные трамвайные пути, предназначенные для трамваев, наделённых силой примитивного колдовства. Рельсы были отлиты из особого сплава, который позволял им пропускать эссенцию, а сами трамваи были зачарованы, чтобы двигаться, поглощая её.
Однако теперь, когда гидроэлектростанция Ривергейт была введена в эксплуатацию, пошли разговоры о том, чтобы отказаться от магических трамваев в пользу старых добрых электрических трамваев. Айко подозревала, что в итоге будут реализованы оба типа, причём зачарованные трамваи будут служить магистралями сети общественного транспорта, а более обычные будут вспомогательными.
Первый трамвай должен был быть запущен совсем скоро. Но пока этого не произошло, у жителей Бастиона было шесть основных способов передвижения по городу.
Первый заключался в том, чтобы воспользоваться паромом и пересечь озеро. Естественно, так можно было добраться только до другого места на берегу озера — однако, учитывая, что город окружал озеро кольцом, зачастую было быстрее проплыть по воде, прежде чем продолжить путь пешком, чем проделать весь путь, ни разу не покидая суши.
Второй способ был самым простым — он заключался в использовании собственных двух ног. Однако Бастион был огромным городом, поэтому человек мог буквально идти несколько дней, так и не добравшись до места назначения, если ему нужно было попасть в отдалённую часть города. Естественно, в этом плане Пробуждённые имели большое преимущество перед обычными людьми, но даже им было бы сложно просто ходить везде пешком.
Третий способ был гораздо быстрее, хотя и несколько неудобен. Для этого нужно было нанять рикшу¹ из числа Пробуждённых — транспорт был самых разных форм и видов, от индивидуальных или двухместных повозок до тяжёлых телег, способных перевозить дюжину и более пассажиров. Их скорость и грузоподъёмность полностью зависели от личной силы тягача, и хотя большинство Пробуждённых искали лучших возможностей, некоторые рассматривали владение рикшей как надёжный способ заработать скромные деньги.
Четвёртый способ был более удобным, роскошным и престижным вариантом третьего — это был найм кареты, запряжённой Эхо. В Бастионе не было Повелительницы Зверей, а значит, не было и армии порабощённых мерзостей, которые могли бы служить двигателем гражданской инфраструктуры. Так что Эхо были следующим лучшим вариантом. К сожалению, несмотря на то, что в нынешние дни в мире было в разы больше Пробуждённых, большинство из которых вели войну против Царства Снов на многих фронтах, Эхо всё ещё не хватало, чтобы сделать этот вид транспорта широко доступным.
Только состоятельные люди имели средства, чтобы нанять карету. К счастью, Айко была одной из таких людей... поэтому она предпочитала нанимать карету, даже если существовал более быстрый способ добраться до места, куда она направлялась.
Этим более быстрым способом было оседлать ездовое Эхо. Не у всех Пробуждённых были Эхо, и ещё меньше было Эхо, на которых можно было ездить верхом, однако обладание таким животным быстро превращалось в символ высокого класса, престижа и эпатажности. Доходило до того, что впечатляющие ездовые Эхо были не только широко востребованы, но и стоили порой дороже, чем мощные боевые звери. Владение особенно впечатляющим ездовым животным могло в одно мгновение сделать Пробуждённого знаменитым и вызывать восхищение масс.
Айко, возможно, и смогла бы купить себе красивого, стильного и совершенно великолепного ездового животного... или двух... но ей совсем не нравилось ездить на них. Зачем ей болтаться на спине огромного зверя? Мало того, что это испортило бы её мастерски уложенные волосы, фактически растрепав их — настоящий ужас! — но и помяло бы одежду, не говоря уже о том, что это ограничило бы её гардероб.
'Спасибо, но не надо!'
Последний способ передвижения по Бастиону был довольно своеобразным и, как ни странно, по удобству соперничал с личными ездовыми Эхо. Более того, он был легко доступен каждому жителю, Пробуждённому или нет. Этот способ... заключался в езде на велосипеде.
Велосипеды не были очень сложными машинами, поэтому ничто не мешало использовать их в Царстве Снов. Жители Бастиона вообще очень ценили велосипеды — большинство из них по-прежнему импортировали из мира бодрствования, но некоторые уже изготавливали прямо здесь, в городе. Айко знала это, ведь она сама вкладывала огромные средства в производство велосипедов.
На самом деле, она вкладывала деньги в бесчисленное множество предприятий по всему Бастиону, но велосипедный бизнес был одним из её золотых гусей. Так что она их очень любила... но это не означало, что она была склонна использовать их в качестве средства передвижения, причём по очень простой причине.
Айко могла заставить велосипед летать... но она понятия не имела, как на нём ездить.
Всё это её до крайности смущало.
'Может быть, попросить Босса научить меня?'
Это будет забавная история, которую она однажды расскажет своим внукам... если, конечно, доживёт до этого времени...
Как бы то ни было, Айко удалось быстро поймать карету. Забравшись на мягкое сиденье, она сказала кучеру, куда хочет поехать, и откинулась назад, наслаждаясь видом и теплом солнца на лице.
Она даже начала тихонько напевать счастливую мелодию, чувствуя, что её день просто не может быть лучше.
...Она всё ещё напевала её, когда карета вдруг затряслась и резко остановилась, словно поражённая землетрясением.
Затем за окном появился огромный жёлтый глаз, который с испепеляющей силой уставился на Айко.
Кучер откинулся на спинку сиденья, крича от страха и возмущения:
«Э... Эхо?! Кто позволил своему Эхо разгуляться, чёрт возьми?!»
Вздохнув, Айко открыла дверь и вылетела из кареты.
«Следи за языком!»
Снаружи на дороге сидел огромный волк, возвышавшийся над каретой, как небольшая гора белого меха. Его хвост дико вилял, заставляя дорогу слегка сотрясаться от каждого удара. Язык волка свисал из пасти набок, он счастливо пыхтел и смотрел на Айко сверкающими глазами.
Она посмотрела на кучера и нахмурилась.
«Это не Эхо. Разве вы не видите? Это... почтенный Святой Линг. Следите за своим языком в присутствии ребёнка, мистер!»
—————————————————————
Примечания:
1. Рикша — вид транспорта, особенно распространённый в Восточной и Южной Азии: повозка (чаще всего двухколёсная), которую тянет за собой человек. Повозка, как правило, рассчитана на одного или двух человек.

2025-06-25 16:01:08 +0000 UTC View Post

Глава 2426: Тонкости печатания денег

Бастион был слишком огромен, чтобы пересекать его пешком — конечно, пункт назначения Айко находился недалеко от берега озера. Сойдя с парома, она подумала о том, чтобы поймать карету, но потом наткнулась на витрину магазина и, заворожённая, уставилась на выставленные товары сверкающими глазами.
Айко пришло в голову, что она совершила ужасную ошибку при выборе наряда. Должно быть, жизнь во мраке Мрачного Города в конце концов испортила её чувство моды... она так привыкла видеть мир только в оттенках серого, что не позаботилась добавить в свой наряд хоть капельку цвета!
'Ах, какая оплошность!'
Айко была совершенно разбита.
'Этот красный шарф... эти рубиновые запонки... эти туфли с алыми подошвами!'
Нет, нет... она не могла. В конце концов, её наряд был данью уважения преступно недооценённой иконе моды, самой Морган из Валора — а не бесстыдным подражанием. У Морган были потрясающие ярко-красные глаза, которые удерживали весь ансамбль вместе. Именно поэтому её наряды отлично сочетались с красными акцентами и рубиновыми аксессуарами!
К сожалению, у Айко не было ярко-красных глаз. Её глаза были карими, так что...
'Голубой? Зелёный? Нет, они не будут хорошо сочетаться с серебром. Розовый? Как насчёт фиолетового?'
Она уставилась на витрину магазина, почти прожигая в ней дыру.
В прошлом, когда Айко была бедной и нищей — задолго до своего Пробуждения — она проводила множество часов перед витринами магазинов, подобных этому, разглядывая потрясающие вещи, которые, как она знала, могли принадлежать ей только в её фантазиях.
Но теперь она не из тех, кто любит разглядывать витрины.
Зачем пялиться на витрины, если она могла купить в магазине всё, что захочет, или даже купить сам магазин?
Войдя в бутик, она окинула персонал нейтральным взглядом.
Профессионалы тут же оценили её одежду, аксессуары и общий вид. Мгновение спустя их выражения изменились, и яркие улыбки озарили их лица.
«Миледи! Добро пожаловать!»
Айко позволила уголку своего рта изогнуться вверх.
'Ах. Быть богатой действительно лучше всего'.
Затем она подняла руку и указала на полку.
«Это. И это. И это тоже... а ещё то, вон то, и также то...»
Она потеряла счёт времени. Через некоторое время перед ней оказалась гора разноцветных коробок, а улыбки персонала стали такими широкими, что их лица были на грани растрескивания.
«С вас... сто монет, миледи».
Айко достала свой кошелёк для монет, развязала его и высыпала всё на прилавок.
Глаза продавца резко сверкнули.
Её глаза тоже.
Теперь наступала самая важная часть — торг!
Конечно, как цивилизованные и утончённые люди, они не собирались торговаться о цене купленных вещей.
Вместо этого им предстояло торговаться о цене её денег.
Айко указала на свои монеты.
«Как видите, это монеты Рэйвенхарта в превосходном состоянии. Поэтому я готова заплатить пятьдесят».
Продавец приятно улыбнулся.
«Ах, но качество недавно отчеканенных монет Рэйвенхарта уже не такое превосходное, как раньше. Даже будь оно было таким, разумеется, они не были бы вдвое дороже... может быть, на десятую часть дороже, в лучшем случае. Мне очень жаль говорить это, миледи, но я не могу отдать вам эти прекрасные вещи меньше чем за девяносто таких монет».
Монеты, отчеканенные в Бастионе и Рэйвенхарте, должны были быть идентичными и содержать определённое количество эссенции души. Но способ их чеканки и вливания эссенции был не совсем точным. Разные монетные дворы и даже разные партии одного и того же монетного двора давали немного разные результаты.
Как правило, монеты Рэйвенхарта были более ценными, хотя это тоже зависело от многих факторов.
Айко подняла руку и покачала пальцем.
«О, но ваше зрение, должно быть, не отличается остротой. Похоже, вы не заметили, что вон те монеты — не просто монеты Рэйвенхарта. На самом деле это монеты Домена Сонг в идеальном состоянии. Если подумать, то я, кажется, тоже этого не заметила... боже, как глупо с моей стороны! Итак, я готова расстаться с сорока этими прекрасными монетами...»
Лицо продавца побледнело от страха.
Как пятьдесят монет превратились в сорок? Разве она не должна была вместо этого увеличить сумму?!
Хуже всего было то, что он даже не мог оспорить логику этой крошечной девушки...
Помимо монет, отчеканенных в Бастионе и Рэйвенхарте в эти дни, оставались ещё монеты, отчеканенные павшими Доменами Сонг и Мечей. Их качество не то чтобы превосходило современную чеканку — на самом деле, оно уступало ей в большинстве аспектов. И всё же они были намного ценнее, причём не только потому, что встречались гораздо реже.
Поскольку оба Домена чеканили деньги всего несколько лет, прежде чем исчезнуть в анналах истории, новой партии монет Сонг и Мечей, выпущенных людьми, уже никогда не будет. Их количество было ограничено и быстро сокращалось — ведь монеты эссенции можно было потратить, чтобы получить прилив эссенции в трудной ситуации.
Поэтому одна только их редкость раздувала их ценность.
Люди вообще были странными существами: они видели ценность в вещах, которые не имели её, просто потому, что другие люди не смогли бы иметь того же.
Продавец сглотнул.
«С-сорок? Н-нет, я не могу... в конце концов, мы все здесь уроженцы Бастиона. Эти... эти противные монеты Сонг... здесь не приветствуются?»
Его голос звучал неуверенно.
Айко триумфально улыбнулась.
«Деньги не пахнут, знаете ли. Но на самом деле... держу пари, что таскать с собой все эти монеты будет для вас обременительно. Как насчёт того, чтобы я заплатила чем-то другим?»
Внезапно между её пальцев появилась другая монета. Она была крупнее и тяжелее, полностью чёрная, с выгравированным символом свернувшегося змея.
Глаза продавца резко расширились.
«Это... это теневая монета?»
Он протянул вперёд дрожащую руку.
Айко ухмыльнулась, убирая свою.
«Действительно, это она. Итак, как насчёт того, чтобы я заплатила только одной?»
Продавец колебался несколько мгновений.
Если монеты старых Доменов были ценными, то Теневые Монеты были чрезвычайно ценными. Никто не знал, откуда они взялись и кто их чеканил, но каждый хотел обладать одной — это было потому, что они не были монетами эссенции.
Вместо этого это были монетами фрагментов. Их потребление не давало Пробуждённым эссенции, а вместо этого давало им фрагмент души — или даже несколько, если монета была высокого номинала.
Конечно, существовали и более простые способы получения фрагментов души. Например, покупка осколка души была гораздо более доступной, чем охота за неуловимыми теневыми монетами.
Но именно эта неуловимость, эта таинственность и большая редкость делали их настоящими сокровищами.
Теневые монеты, конечно же, производились Тёмным Замком — Чудесным Мимиком — и не стоили Айко ничего. Всё, что ей нужно было делать для их получения, — это держать Мимика на постоянной диете из ужасающих Кошмарных Существ, что было отличным способом делать деньги из воздуха.
Продавец принял монету с жадностью в глазах и выдавил из себя вежливую улыбку.
«Замечательно, миледи. Пожалуйста, посетите наше заведение ещё раз. О... вам нужна помощь, чтобы донести коробки до вашей кареты?»
Айко усмехнулась.
«Нет необходимости...»
Призвав красивую сумочку из чёрной кожи, она открыла её и положила внутрь первую коробку. Коробка была больше, чем сумочка, и, тем не менее, она исчезла без следа.
Вторая коробка тоже исчезла... и третья... и четвёртая.
Вскоре гора коробок пропала без следа.
Повязав на шею яркий платок, Айко удовлетворённо улыбнулась.
«Ну, тогда... до свидания!»
С этими словами она отозвала сумочку и в полном восторге покинула магазин.
Конечно же, она не забыла сначала забрать свои монеты с прилавка.
'А теперь... я отправляюсь на встречу с Эффи!'

2025-06-24 12:35:30 +0000 UTC View Post

Глава 2425: Выходной Айко

Айко задумчиво изучала небо.
Небо было огромным, голубым и полным солнечного света. Белые облака плыли по его мирным лазурным просторам, как сахарная вата, несомая тёплым ветром.
Она была довольна.
'Ах, наконец-то!'
Приятно было снова увидеть свет дня после столь долгого пребывания на Забытом Берегу. Беззвёздная пустота осиротевшего неба была чёрной и холодной, и даже луна не составляла ей компанию... бедняжка! Сама земля тоже была лишена тепла и света — она была тихой и спокойной, но не яркой.
Поэтому посещение Бастиона было тем, чего Айко очень ждала.
Не в последнюю очередь потому, что здесь люди могли по достоинству оценить её стильный наряд. Члены Клана Теней могли видеть в темноте, но они с трудом различали цвета — для них всё было оттенками серого. Большинство из них также не могли отличить шёлк от сатина, не говоря уже о том, чтобы оценить нюансы изысканной моды.
Теперь, когда Айко наконец-то была достаточно богата, чтобы позволить себе более изысканные вещи в жизни, оставлять свои чудесные наряды без должного внимания было подлым преступлением.
Чувствуя себя свирепой и непобедимой в своей белой шёлковой блузке, чёрной юбке, безупречно сидящем жилете и со вкусом расшитом блейзере, она решительным шагом шла по улицам Замка. Её острые каблуки пели, ударяясь о булыжники, а волосы развевались на ветру.
Все предметы её наряда были сшиты на заказ. Жилет и блейзер были со вкусом отделаны серебряной нитью, которая дополняла тонкий блеск серебряных пуговиц и запонок — последние были украшены драгоценным ониксом. Её туфли были сделаны из лакированной чёрной кожи, а крупные серебряные пряжки создавали завораживающий контраст с изящными чёрными бантиками сверху.
Айко предпочла не надевать никаких украшений, зная, что они только удешевят её образ, — ну, разве что несколько амулетов, спрятанных под блузкой для защиты.
Она выглядела утончённо, она выглядела шикарно... и, что самое главное, она выглядела чрезвычайно богато! Любой, кто хоть что-то знал, понял бы, насколько непомерно дорогим был каждый предмет её стильного наряда. Те же, кто хоть немного разбирался в моде, с удивлением узнали бы в сдержанном крое её наряда то, чем он был на самом деле.
Наряд, который носила Айко, не был просто случайным расположением дополняющих друг друга предметов одежды. На самом деле это была со вкусом переосмысленная версия костюма, который Морган из Валора носила на последнем балу Валора, разработанная и сшитая тем же портным — который, как предполагалось, ушёл на пенсию после падения Домена Мечей.
Именно поэтому всё это обошлось Айко в целое состояние.
'Оно того стоило!'
Она ухмыльнулась, едва не пропустив большую лужу перед собой. Её красивая туфелька вот-вот должна была коснуться грязной воды, когда миниатюрная девушка взлетела в воздух и грациозно спланировала к сухим булыжникам на другой стороне.
Мягко приземлившись, она обернулась и триумфально улыбнулась.
«Не сегодня, лужа!»
Не обращая внимания на пристальные взгляды прохожих, она подняла подбородок и продолжила путь уверенными — хотя и довольно скромными по длине — шагами.
Достигнув одной из внутренних стен Замка, Айко взлетела на стену, вместо того чтобы пройти через ближайшие ворота. Стоя там, она наслаждалась видом на сверкающее озеро и большой город за ним.
Бастион сильно вырос с тех пор, как она впервые увидела его. Тогда, когда Айко была юной, только что сбежавшей с Забытого Берега, на берегах озера не было даже города — все Пробуждённые, укрытые Великой Цитаделью, включая её и Кая, жили внутри Замка. За его стенами их ждал лишь пепел и Кошмарные Существа.
Теперь, конечно, всё было иначе. Бастион раскинулся вокруг озера, и ему не было видно конца — город был огромен и необъятен, в нём проживало около ста миллионов человек. В отличие от клаустрофобных городов Земли, которые бесконечно росли вверх или зарывались в землю, чтобы оставаться в узких рамках защитных барьеров, он свободно простирался во все стороны.
Здания Бастиона были сравнительно невысокими — не только потому, что строить возвышающиеся человеческие ульи в Царстве Снов, где большинство современных технологий оказались бесполезными, было практически невозможно, если только не использовать колдовство или людей с мощными Утилитарными Аспектами, но и потому, что не было необходимости строить их высоко.
Айко это нравилось больше. Ей нравилось смотреть вверх и не чувствовать себя раздавленной нависшей массой стали и бетона... или багрового коралла... и вдыхать полной грудью просторы неба.
Конечно, поддерживать город такого размера в Царстве Снов было непростой задачей. На самом деле, скорость, с которой Бастион вырос из пепла, была просто невозможной — если бы не бесчисленные Пробуждённые, работающие день и ночь над строительством домов для беженцев из Антарктиды и новых поселенцев, ничего этого здесь бы не было.
Однако город был на пределе возможностей, разрываясь по швам. В эти дни большинство переселенцев направлялись в другие Цитадели по всему обширному пространству бывшего Домена Мечей, а те, кто был на западе, отправлялись вдоль Реки Слёз, чтобы обосноваться в одной из человеческих крепостей, расположенных в её бассейне.
В Бастионе было бесчисленное множество проблем, которые нужно было решить. Всё здесь кипело и менялось, обретало форму и разрушалось, всегда находясь в шаге от полного краха...
А это означало, что было бесчисленное множество возможностей, которые можно было использовать.
Айко тоже уже не была той юной девушкой. Она тоже изменилась. Она прошла путь от управляющей игорным притоном в Светлом Замке до управляющей всем Мрачным Городом... а также могущественной теневой организацией, обитающей там.
'Естественно, есть Босс... но, будем честны. Это ходячее бедствие не может справиться даже с самим собой. Я имею в виду, как он умудрился потерять одно из своих воплощений? Кто так делает? У кого есть воплощения, и кто ходит и теряет их?!'
Айко насмешливо хмыкнула и приготовилась спуститься со стены.
Однако в этот момент вежливый голос прервал её:
«Извините, миледи... полёты запрещены во внутренних кольцах города».
Повернув голову, Айко попыталась посмотреть на Пробуждённых стражников, которые подошли к ней во время патрулирования стены. К сожалению, ей пришлось вытянуть шею, чтобы посмотреть им в глаза...
Поэтому вместо этого она воспарила вверх, пока не смогла высокомерно посмотреть на них сверху вниз.
«Полезно знать, спасибо. Однако я, очевидно, планирую, а не летаю».
Стражник, который с ней разговаривал, моргнул.
«В чём разница?»
Айко бросила на него растерянный взгляд и ответила не сразу, словно ошеломлённая вопросом.
В конце концов, она сказала:
«Скорость. Скорость — вот в чём разница».
Она планировала с помощью Пробуждённой Способности и подталкивала себя с помощью Дремлющей Способности. Так что её скорость никогда не была слишком большой.
Стражники переглянулись между собой. Второй покачал головой.
«Нет... как гласят правила, касающиеся нетрадиционных пространственных перемещений, полёт — это движение по воздуху с помощью самогенерируемой направленной силы, а планирование и парение представляют собой отсутствие такой направленной силы. Вы явно летали, миледи. Я глубоко сожалею, но нам придётся оштрафовать вас. Это действительно небольшая сумма».
Айко опасно улыбнулась.
«О? Ну, в таком случае... только через мой труп».
Они хотели оштрафовать её?
Пусть мечтают!
Охранники уставились на неё с потерянными взглядами.
«Простите?»
Айко надменно скрестила руки.
«Вы вообще знаете, кто я такая?!»
Несколько мгновений они изучали её дорогой наряд, а затем нахмурились.
«Нет, не знаем. Мы понятия не имеем. Но что значит...»
Айко лучезарно улыбнулась.
«Замечательно!»
С этими словами она позволила ветру перенести её через край стены и стремительно спланировала к толпе людей внизу. В конце концов, раз они понятия не имели, кто она такая, то не смогли бы найти её в городе с населением в сто миллионов человек.
Стражники были настолько шокированы, что на секунду опоздали с реакцией.
«Эй, подождите минутку!»
Но Айко уже ушла, наслаждаясь прекрасным благом анонимности.
'Направленная сила, направленная сила... ха, как глупо! Как будто я позволю себе потерять деньги из-за чего-то подобного...'

2025-06-24 12:33:41 +0000 UTC View Post

Глава 2424: Слово могущественнее гранаты

Пламя внезапно усилилось, и по банковскому хранилищу прокатилась волна нестерпимого жара. Фигура, заключённая в медленно расцветающем взрыве, содрогнулась и забилась в конвульсиях, странно искажённый крик достиг ушей Рейн.
Она знала, что Тиран не погибнет от пламени. Сам факт того, что она смогла произнести Имя Огня, доказывал это — в противном случае её Недостаток не позволил бы ей использовать его.
Однако он определённо пострадает от взрыва... очень сильно.
Тиран не только был более восприимчив к огню из-за Эпитета, который она ему присвоила, но и другой её Эпитет синергировал с Аспектом Корсара, ещё больше замедляя горящего Мастера.
Сам Корсар откатился в сторону от взрыва, полностью избежав его.
Вскочив на ноги рядом с Рейн, он посмотрел на неё своими пронзительными голубыми глазами и ровно произнёс из-под своей пугающей маски:
«...Я думал, ты пацифистка?»
Рейн лучезарно улыбнулась.
«Так и есть!»
С этими словами она повернулась к горящему Мастеру и отозвала Эпитет «Горючий», заменив его другим.
Гипералгезийный...
Чрезвычайно чувствительный к боли.
Рейн не собиралась признаваться, откуда она вообще знала это слово, но она знала.
И в результате странно искажённый крик превратился в странно искажённый вой.
Корсар уставился на неё своими спокойными голубыми глазами.
Но...
Рейн показалось, или высокий мужчина слегка вздрогнул?
Конечно, это было всего лишь её воображение...
Через некоторое время суматоха закончилась.
Грабители — оказавшиеся фанатиками — были без сознания и обездвижены. Сильно обгоревший труп Тирана был накрыт простынёй.
Рейн, разумеется, не убила его. Как мирный и безобидный человек, которым она и являлась, она просто заставила его выть и биться в агонии, пока Тамар и Корсар заканчивали работу.
Она предложила пощадить фанатика-убийцу и просто вырубить его, но у Корсара были другие планы. Она могла понять его решение — Пробуждённых преступников и так было трудно сдерживать, но заточение неуравновешенного Мастера требовало огромных ресурсов, которыми правительство не располагало.
Правительство и так едва удерживало мир от развала.
Как бы то ни было, блокировка банка была снята. Корсар, Рей и Флер бесследно исчезли, а Рейн и Тамар остались, чтобы поговорить с правительственными войсками.
Статус Тамар как Наследия и бывшего центуриона Седьмого Королевского легиона пригодился бы для того, чтобы объяснить, как дюжина Пробуждённых преступников и Вознесённый организатор оказались в их нынешнем плачевном состоянии.
Проверив заложников и освободив их от ограничителей, они вдвоём вышли на улицу.
Пока они ждали полицию перед дверями банка, Рейн огляделась вокруг, её взгляд на мгновение задержался на граффити, портящих стены.
Она вздохнула.
ОССК действительно изменился. Раньше в таком престижном районе не было бы граффити. Особенно если бы оно не имело никакой художественной ценности... как этот беспорядочный набор букв, нарисованных выцветшей краской.
Не было бы и сумасшедших фанатиков, грабящих банки.
Она посмотрела на Тамар.
«Эй. Мы ведь не случайно оказались в этом банке, верно?»
Тамар уставилась на неё бесстрастным взглядом. Но в конце концов она пожала плечами.
«Может быть».
Рейн подняла руку и щёлкнула её по лбу.
«Я так и знала! Но почему? Не пойми меня неправильно, я не против сорвать ограбление банка. На самом деле, это было довольно захватывающе. Но я сегодня и так занята — через час мне нужно выступать перед большой толпой!»
Она сделала жалостливое лицо.
Тамар взглянула на неё, несколько мгновений молчала, а потом вздохнула.
«Твой брат сейчас занят. Поэтому Айко попросила меня оценить работу Корсара и при необходимости поддержать его команду. Конечно... она, наверное, не ожидала, что я возьму тебя с собой».
Рейн усмехнулась.
«Так почему же ты это сделала?»
Тамар посмотрела на неё с привычной суровой хмуростью.
«Я имею в виду... от тебя довольно трудно избавиться, понимаешь?»
Редкая улыбка осветила её лицо, и она отвела взгляд.
«К тому же я хотела, чтобы ты увидела Корсара в действии, а также хотела узнать твоё мнение. Я собираю когорту, чтобы бросить вызов Второму Кошмару, знаешь ли. Я положила на него глаз, но мне нужно было убедиться, что он подойдёт».
Рейн тоже улыбнулась.
«И что думаешь? Он подойдёт?»
Тамар кивнула.
«Конечно, Астерион подойдёт как нельзя лучше».
Рейн моргнула.
«А?»
Неужели она ослышалась?
«Что ты сказала?»
Тамар посмотрела на неё в замешательстве.
«Я сказала, что Корсар подойдёт как нельзя лучше. А что?»
Рейн слегка наклонила голову.
«Ах. Я думаю, ты оговорилась».
Она указала на стену.
«Это граффити, должно быть, не выходило у тебя из головы, да?»
Там кто-то написал большими жирными буквами:
АС ТЕ РИ ОН.
«Что вообще такое астерион?»
Тамар несколько мгновений изучала граффити, словно заметив его только сейчас, а затем нахмурилась и покачала головой.
«Понятия не имею. Звучит немного знакомо, наверное?»
Где-то далеко сирены нарушили тишину.
Рейн похлопала Тамар по плечу.
«Ну... ты разберёшься с этим. Мне нужно сделать академический доклад».
Развернувшись, она начала уходить.
Странное слово застряло у неё в голове, повторяясь, как навязчивая мелодия:
'Астерион, астерион... ас-те-ри-он...'
***
В коридоре Рэйвенхарта Санни остановился и прислонился к стене.
Он только что вспомнил, как получил отчёт об ограблении банка и участии в нём Рейн.
'Она сделала что?'
«Рейн... заживо поджарила Мастера?!»
Заживо являлось ключевым словом.
А ещё она силой отозвала Эхо. Судя по всему, теперь его сестра была способна на такое.
Согласно отчёту, она вдохновилась попробовать нечто подобное после того, как увидела Аспектную Способность поджаренного Мастера, которая позволяла ему мешать Пробуждённым вызывать Воспоминания.
Если кто-то мог вмешиваться в вызывание Воспоминаний, почему кто-то не мог вмешивать в их отзывание?
«Нет, но какого чёрта она вообще лезет в драки с Мастерами?»
Он отвернулся всего на минуту... даже не так!
Одна седьмая его часть отвернулась.
Санни фыркнул, злясь на то, что Рейн оказалась в положении, когда ей пришлось столкнуться с враждебно настроенным Вознесённым. И при этом почти никто... кроме четырёх элитных агентов Клана Теней... не присутствовал, чтобы защитить её!
'Для чего я назначил Квентина в Бастион? Неужели он не мог последовать за ней в ОССК?'
Покачав головой, Санни продолжил идти.
'Мне нужно серьёзно поговорить с Айко об этом инциденте'.
Но как раз в этот момент в его голове всплыло ещё одно воспоминание из последних нескольких недель.
Санни замер, а затем издал пустой смешок.
«Айко... сделала что? Ха?!»

2025-06-23 01:15:36 +0000 UTC View Post

Глава 2423: Молчание — золото

Тиран вышел из разрушенной гостиной, словно зловещий дух, три светящихся Воспоминания горели над его плечами и головой, как три глаза свирепого монстра. Его чёрная форма была покрыта пылью, а лицо измазано в крови.
Его стеклянные глаза сверкали холодным, убийственным гневом.
Подойдя и встав бок о бок со своим Эхо, он мрачно посмотрел на трёх Теней. Хранительница хранилища встала позади них, прикрывая глаза от яркого света.
Четверо Пробуждённых против Мастера и Эхо Падшего Дьявола...
Они переглянулись.
'Может, нам стоит потянуть время, чтобы дать Рэю возможность спуститься сюда?'
Рейн на мгновение засомневалась. Она не знала плана команды Корсара, но была почти уверена, что Рэй уже разобрался с четырьмя приспешниками, которых грабители оставили охранять заложников.
Парень не был самым грозным бойцом их когорты, но он был её скрытым оружием — он был исключительно смертоносным, часто нанося удары из тени, чтобы сразить врагов намного сильнее него.
Однако из-за мощной защитной Аспектной Способности Тирана Рэю было бы сложно убить его одним ударом. Более того, им пришлось бы вступить с Вознесённым в разговор, чтобы потянуть время...
И Рейн чувствовала, что позволить Тирану заговорить будет большой ошибкой.
'Что делать?'
Корсар слегка пошевелился, снимая что-то с пояса. Глаза Рейн слегка расширились, когда она узнала то, что высокий мужчина сжимал в обеих руках.
'Г-гранаты?'
Что он собирался делать?
И какой Пробуждённый вообще таскает с собой гранаты?! Раньше она видела их только в фильмах!
Корсар, казалось, холодно улыбнулся за своей дьявольской маской.
Тамар слегка приподняла свой двуручный меч, готовясь броситься вперёд.
Флер прикрыла хранительницу хранилища своим телом.
Тиран открыл рот...
И застыл в замешательстве, не сумев издать ни звука.
Ну конечно же, он не смог.
В конце концов, Рейн только что присвоила ему Эпитет.
Тиран... стал Немым Тираном.
'Ох...'
Принудительное наложение Эпитета на нежелающего Вознесённого было сложно, утомительно, и с ужасающей скоростью сжигало её эссенцию. Зловещий Мастер, скорее всего, избавится от последствий через секунду-другую — но это было нормально.
Потому что Рейн ещё не закончила. Она хотела попробовать кое-что ещё.
Повернувшись к Эхо, она сконцентрировалась и дала ему Имя, превратив его из безымянного Эхо в Мерзкого Друга Немого Тирана.
Затем она присвоила Эхо Эпитет, связав его с данным Именем.
Эпитет был довольно прост и ничуть не противоречил природе Эхо — более того, он прекрасно ей подходил.
Вот так Мерзкий Друг Немого Тирана стал...
Отозванным Мерзким Другом Немого Тирана.
'Исчезни!'
Рейн влила свою эссенцию и силу воли в Эпитет, молясь, чтобы это нестандартное применение её Аспекта сработало.
И это сработало.
Мгновение спустя Эхо взорвалось вихрем искр, вливаясь обратно в душу Тирана.
«Атакуйте!»
Мерзкое Эхо не было уничтожено, а просто отозвано. Так что Вознесённый головорез мог легко вызвать его снова — правда, на второе проявление гротескного Дьявола уйдёт некоторое время.
Им нужно было прикончить Тирана, прежде чем это произойдёт.
Зловещий Мастер, без сомнения, был удивлён внезапным исчезновением своего Эхо. Впрочем, Тени привыкли ко всяким странным и необъяснимым вещам — в конце концов, они пришли из Мрачного Города, где правил Повелитель Теней.
...Брат Рейн был чудаком, который мог посрамить всех остальных чудаков. Если бы он провозгласил себя вторым самым странным человеком в мире — даже в двух мирах — никто не посмел бы претендовать на первое место.
Поэтому они отреагировали мгновенно.
Тамар рванула вперёд, превратившись в размытое пятно. Корсар не отставал, а Рейн и Флер следовали за ним.
Четыре чёрных оружия были нацелены на жизненно важные точки Тирана... ну, Рейн целилась немного не в цель, понимая, что не сможет попасть в нужное место.
Однако, даже застигнутый врасплох, Мастер оставался Мастером.
Тиран двигался с ужасающей скоростью, уклонившись от Тамар, несмотря на её Пробуждённую Способность. В следующее мгновение его руки метнулись вперёд, чтобы схватить её за шею, — а затем они вдвоём замедлились, словно попав в трясину.
Тиран тянулся к Тамар, которая уклонялась. Её волосы развевались на ветру, медленно колеблясь... её руки медленно перемещались на рукояти чёрного двуручного меча, надавливая и подтягивая, чтобы повернуть массивный клинок.
Клинок находился всего в нескольких сантиметрах от торса Вознесённого головореза, но при той скорости, с которой он двигался, Тиран не скоро будет порезан.
Затем Корсар врезался в Тирана, отбросив их обоих назад. Время возобновило своё обычное течение, и двое мужчин упали на пол в дюжине метров от остальных.
Что-то звякнуло, покатившись по полу.
Это... были предохранительные чеки гранат.
Глаза Рейн расширились.
«Ты сумасшедший...»
В последний момент Корсару удалось оттолкнуться, скользнув назад.
И всё же.
Когда гранаты сдетонировали, он находился не более чем в паре метров от взрыва.
Тирана внезапно окутало светом и пламенем. Пламя, осколки и ударная волна двигались медленно, однако распускались во все стороны, как странный, прекрасный, лучезарный цветок. Корсар оказался прямо перед медленно детонирующим кольцом огня и осколков, его коленопреклонённая фигура находилась прямо на пути взрыва.
«...ублюдок!»
Внутри пламени что-то двигалось.
Мастер, разумеется, не погибнет от пары обычных гранат.
Он даже не получит от них серьёзного вреда.
...Если только Рейн не вмешается.
Отозвав Эпитет «Немой», она присвоила два новых Медлительному, Горючему Тирану.
Затем она открыла рот...
И произнесла Истинное Имя Огня.

2025-06-23 01:13:54 +0000 UTC View Post

Глава 2422: Тени против фанатиков, бой

Удар кулаком по Тирану был похож на удар по бронированному сплаву... что было не так уж плохо, поскольку Джун уже имел печальный опыт разрывания голыми руками пары БТРов.
Каким бы сильным ни был Вознесённый, он всё равно подчинялся законам физики. Тирана отбросило вниз, и его затылок ударился об пол. Прежде чем он успел прийти в себя, как Джун ударил его снова, а затем ещё раз, и ещё...
Его руки двигались, как поршни, кулаки обрушивались, как гидравлические молоты. Он не мог заколоть врага до смерти, поэтому тупые травмы и сотрясение были следующим лучшим вариантом — Джун вкладывал в каждый удар столько силы, сколько мог, стараясь не сломать собственные кости в процессе.
Быть членом Клана Теней было не лишено своих преимуществ, но были и минусы. Возможно, самый существенный из них заключался в том, что слуги Тёмного Владыки больше не принадлежали к Домену Пламени, а значит, были лишены благодати Меняющей Звезды. Чудесное пламя не собиралось появиться, чтобы успокоить их боль и исцелить раны, поэтому им всегда приходилось быть осторожными.
По крайней мере, более осторожными, чем те, кто ходил в свете.
'Давай... же!'
Тиран выглядел немного ошеломлённым, но совсем не таким раненым, как надеялся Джун. Хуже того, мужчина уже приходил в себя. Из его носа и изо рта, где, должно быть, было выбито пару зубов, текла кровь, но глаза вновь приобрели убийственный блеск.
С момента отключения электричества прошло уже три секунды, хотя казалось, что гораздо больше. Это означало, что для Теней всё скоро станет намного сложнее.
Вызов Воспоминаний занимал некоторое время, но те из них, что излучали свет, обычно были самыми простыми и слабыми, а значит, их можно было вызвать быстро. Если бы хотя бы один из фанатиков отреагировал быстро, тьма, дававшая Джуну и его людям решающее преимущество, могла быть развеяна в любой момент.
Но Джун должен был сосредоточиться на Тиране. Теперь, когда тот пришёл в себя, пытаться проломить ему череп шквалом ударов больше не было вариантом — вступать с Мастером в рукопашный бой было опасной идеей даже в лучшие времена, а пытаться схватить его было чистым самоубийством.
Поэтому Джун отстранился и отпрыгнул назад, снова активировав свою Пробуждённую Способность, чтобы замедлить Тирана. Его эссенция казалась вялой, но контроль над ней был достаточно отточен, чтобы прорваться сквозь неизвестные чары.
Вознесённый фанатик всё ещё двигался с такой скоростью, которая повергла Джуна в ужас: он вскочил на ноги и вызвал вихрь искр, чтобы осветить своё окружение.
Джуну казалось, что бесчисленные искры медленно плывут по воздуху.
Он изучал своего врага.
Тиран был старше, чем он предполагал, его небритое лицо было бледным и суровым. Его снаряжение было обычным и не давало никакой дополнительной защиты. Удар ножом, выстрел в затылок, пробитие стены и многократные удары кулаком в лицо, похоже, не оказали на него существенного влияния...
Однако кровь, текущая из носа и рта, могла затруднить дыхание. Мужчина был левшой, но его правый глаз был доминирующим. Он также слегка прикрывал свою левую сторону, скорее всего, подсознательно, что намекало на старую рану, которая всё ещё давала о себе знать, или, по крайней мере, на психологическую привычку...
Не так много, чтобы с этим работать.
Джун вздохнул, деактивировал свою Пробуждённую Аспектную Способность и сделал выпад вперёд.
...За пределами опустошённой гостиной за эти три долгих секунды произошло многое.
Падший Дьявол потерял половину своего щупальца и был отброшен в угол комнаты яростным нападением Тамар. Её чёрный двуручный меч был Воспоминанием, выкованным для неё самим Санни — его зачарование было весьма озадачивающим: оружие становилось тем смертоноснее, чем быстрее двигался его владелец, и наделялось гораздо большей силой, если владелец полностью находился в воздухе, совсем не касаясь земли.
Это, а также элемент неожиданности позволили Тамар оттеснить возвышающееся Эхо назад. Однако теперь Дьявол пришёл в себя и собирался начать контратаку.
Рейн тем временем использовала первую секунду, чтобы присвоить себе Эпитет. Будучи Пробуждённой, она могла поддерживать два одновременно, поэтому она присвоила тот же Эпитет и Флер.
Он был довольно простым...
Пуленепробиваемая.
«Флер, сейчас!»
Когда хранительница хранилища прижалась к полу, две девушки бросились к грабителям. Темноту нарушали лишь вспышки выстрелов и нематериальное сияние клубящихся искр света, поэтому враги не могли толком прицелиться в них... тем не менее шесть автоматов выпустили немало пуль.
Рейн была ранена в плечо. Несмотря на Эпитет, который она себе присвоила, она не была полностью пуленепробиваемой... прямое попадание из тяжёлой рельсовой пушки наверняка пробило бы её тело насквозь. Она также не смогла бы защитить обычного человека от смерти из менее разрушительного огнестрельного оружия — в конце концов, не в природе обычных людей быть неуязвимыми к пулям.
Но она была Пробуждённой. Пробуждённые обладали некоторой степенью устойчивости к обычному оружию, поэтому Эпитет, который она себе присвоила, не должен был кардинально менять её природу. Он просто усиливал качество, которым она уже обладала, поэтому эффект был более чем достаточным, чтобы она могла не обращать внимание на попадание и продолжать двигаться вперёд, как будто ничего не произошло.
То же самое было справедливо и для Флер, хотя Эпитет, присвоенный ей, не был связан с Истинным Именем и поэтому был менее эффективным.
Они обе в целости добрались до фанатиков.
То, что произошло дальше, было вполне предсказуемо. Рейн и Флер были исключительно опытными Пробуждёнными воинами с полностью насыщенными ядрами и богатым, ужасающим опытом ведения войны в Божьей Могиле за плечами. Более того, они могли видеть в темноте, в то время как их враги — нет.
Единственная сложность заключалась в том, что Рейн не могла убить своих противников и должна была усмирить их, сохранив всем жизнь.
Грабители также уже вызывали светящиеся Воспоминания...
И всё же никому из них не удалось извлечь пользу из этого света.
К тому времени, когда проявился первый фонарь, все шестеро нападавших уже были либо мертвы, либо находились без сознания. Рейн и Флер пронеслись сквозь них с умопомрачительной скоростью, двигаясь так же быстро и неуловимо, как это делали бы настоящие тени.
В общей сложности это заняло у них не более шести секунд.
А на седьмой секунде...
Тамар прошипела, наступая на воздух, чтобы оттолкнуться назад. Эхо всё же сумело достать её своими когтями, отправив девушку катиться по полу.
В то же время Корсара вышвырнуло через разрушенную стену — однако вместо того, чтобы врезаться в пол, он крутанулся и приземлился на ноги, восстановив равновесие через долю секунды с необъяснимым уровнем невозмутимости.
Тиран и его Эхо оказались лицом к лицу с тремя Тенями, отчего по спине Рейн пробежала дрожь.
'Я думаю... мне лучше что-нибудь придумать и сделать это быстро...'

2025-06-23 01:12:31 +0000 UTC View Post

Глава 2421: В замедлении

Джун обладал довольно странным Аспектом.
Его Дремлющая Способность была малозаметной, но универсальной и очень полезной — она делала его исключительно наблюдательным.
Его чувства были острее, чем у большинства людей, и он мог различать многие вещи, которые другие не замечали. Более того, когда он был сосредоточен или полон адреналина, казалось, что время вокруг него замедляется — но это была всего лишь иллюзия. На самом деле время текло в своём обычном темпе, и скорее способность Джуна воспринимать и оценивать окружающую обстановку опережала его.
Другими словами, он видел движения своих врагов в замедлении. Джун двигался так же медленно, поскольку его скорость не получала соответствующего ускорения, — однако у него было больше времени, чтобы понять, что делают его враги, и придумать наилучшие возможные контрмеры.
Вдобавок к его и без того отличным наблюдательным навыкам и выдержке, это делало его похожим на человека с невероятно быстрой скоростью реакции и коварно острым суждением... как побочный эффект, Джун заработал репутацию человека, в жилах которого течёт лёд, поскольку он никогда не вздрагивал и не пугался, оставаясь совершенно невозмутимым, что бы ни случилось.
Его Дремлющая Способность бесчисленное количество раз спасала его шкуру — она всегда была мощной, и после многих лет специализированных тренировок Джун научился использовать весь её потенциал.
Однако его Пробуждённая Аспектная Способность была совсем не простой.
Она позволяла ему фактически замедлять время... ну, не совсем. Скорее, она позволяла ему замедлять вещи, людей и существ.
Однако была одна загвоздка. Его Способность была нацелена на область, а не на сущность — и в этой области разные вещи были затронуты по-разному.
Те, кто сильнее него, замедлялись меньше, чем те, кто равен ему по силе, в то время как те, кто слабее, замедлялись больше... кроме того, затрагивались только их тела, а способность воспринимать и оценивать информацию оставалась прежней. Неодушевлённые предметы и явления, тем временем, замедлялись сильнее всего.
Джун также не был невосприимчив к собственной Способности, а это означало, что использовать её нужно было осторожно и предусмотрительно. Он мог использовать её перед собой, чтобы замедлить летящую пулю и уйти с её пути, или, например, чтобы избежать взрыва. Но если он хотел вступить в ближний бой с сильным противником, то замедление их обоих означало бы для него смерть — ведь он пострадает больше, чем его враг.
И всё же, когда его удар в спину не смог убить Тирана, Джун погрузил всё хранилище в трясину замедленного времени, чтобы дать Рэю достаточно времени для отключения энергии.
Как только тьма поглотила весь банк, Тени получили решающее преимущество перед противником.
Джун сделал знак, давая понять о своём намерении:
[Тиран].
В то же время Тамар из Скорби тоже сделала знак.
[Эхо].
В следующее мгновение Джун деактивировал свою Пробуждённую Способность, и подземное хранилище взорвалось хаосом.
«Корсаааар!»
Голос Тирана прогремел в темноте, полный убийственного гнева... и чего-то совсем другого. На самом деле, это была полноценная звуковая атака — к счастью, Джун уже исчез со своего прежнего места, поэтому его не зацепило разрушительной ударной волной.
Флер бросилась вперёд, схватила хранительницу хранилища и повалила её на пол.
Тамар из Скорби уже разрушила свои ограничители и рванула вперёд с умопомрачительной скоростью. Девушка, казалось, ступала по воздуху, воспарив над Падшим Дьяволом, — её Метка Теней приняла форму чёрного двуручного меча, и она с размаху обрушила его на ужасающую голову возвышающегося существа.
Принцесса неторопливо шагнула в сторону, поместив массу громоздкого Эхо между собой и Пробуждёнными грабителями, а затем открыла рот, словно собираясь что-то сказать.
...Фанатики открыли огонь.
'Вы абсолютные идиоты...'
Джун потратил целую долю секунды на то, чтобы посетовать на отсутствие профессиональных стандартов у несостоятельных преступников.
Кто, чёрт возьми, стреляет вслепую в закрытом помещении? Конечно, ни Тиран, ни его Эхо не пострадали бы от обычных пуль, но шестеро Пробуждённых приспешников вполне могли стрелять друг в друга, а не в своих врагов.
И действительно, ни одна из пуль не попала в цель.
Флер и хранительница хранилища лежали на полу, Тамар из Скорби находилась в трёх метрах в воздухе, Принцесса Рейн была защищена массой возвышающегося Эхо, а Джун...
Джун был защищён Тираном.
Вознесённый фанатик уже развернулся, поэтому несколько пуль попали ему в затылок, отрикошетив от него с металлическим звоном.
«Прекратите стрелять, вы...»
Прежде чем он успел закончить фразу, Джун врезался в него, как таран.
Его целью сейчас было отделить Тирана от остальных Теней и отвести его как можно дальше от принцессы. Поэтому он схватил мужчину и позволил импульсу унести их обоих в направлении ближайшей стены.
Они ударили по ней с сокрушающей силой, пробив насквозь — Джун с самого начала знал, что если внешние стены хранилища были хорошо бронированы и даже защищены руническим колдовством, то те, что разделяли комнаты внутри, были всего лишь декоративными.
Поэтому они с Тираном упали в гостиную хранительницы хранилища под дождём обломков.
Пока они падали, Джун трижды ударил Вознесённого ножом — один раз в шею, один раз между рёбер и один раз во внутреннюю часть бедра, надеясь перерезать хотя бы одну из артерий.
К сожалению, всё тело Тирана, казалось, было защищено таинственной Аспектной Способностью. Чёрный стилет Джуна безвредно царапал кожу мужчины, не пронзая её.
Возможно, более мощное оружие справилось бы с этой задачей, но Джун был Пробуждённым, а значит, его Метка Теней была настолько же мощной, насколько мощным было бы Пробуждённое оружие.
'Проклятье'.
Обычно вызывать Воспоминания было бы плохим решением в такой ситуации — не только потому, что Воспоминаниям требовалось время для призыва, но и потому, что они появлялись в виде вихрей светящихся искр. Однако члены Клана Теней процветали во тьме, поэтому освещать себя таким образом было неразумно.
Именно поэтому Воспоминания, выкованные для них Повелителем Теней, проявлялись из нитей тьмы. Некоторые из них — в частности, оружие — можно было вызывать мгновенно.
К сожалению... Джун обнаружил, что не может вызывать Воспоминания.
Мир, казалось, замедлился, пока он смирялся с внезапным открытием, обдумывал возможные причины и приходил к вероятному выводу.
'Хм'.
Похоже, что зачарованные ограничители, наложенные на Пробуждённых заложников... вовсе не были зачарованными. Скорее, они просто предназначались для маскировки чьей-то Аспектной Способности.
Скорее всего, Аспектной Способности Тирана. Он мог подавлять поток эссенции, тем самым вмешиваясь в Аспектные Способности других Пробуждённых и не позволяя им вызывать Воспоминания.
Так... что должен был делать Джун, если его оружие не могло пронзить плоть Вознесённого фанатика, и он не мог призвать другой клинок?
Маска Тирана была уничтожена звуковой атакой, обнажив его точёное лицо. Он открыл рот, начиная что-то говорить.
Это могла быть насмешка... или ещё один звуковой взрыв.
...Обдумав варианты, Джун взмахнул кулаком и ударил Мастера по лицу.

2025-06-22 05:08:29 +0000 UTC View Post